Ледниковый период Александра Буравского

Кинозал
№50 (346)

Мне уже приходилось писать о том, что в связи с упадком сегодняшнего российского кинематографа многие талантливые люди ищут применение своих сил не в «большом кино», а на телевидении - в жанре так называемого мини-сериала. Появившись в качестве «нашего ответа» латиноамериканским «мыльным операм», российский телесериал постепенно вытеснил всех своих зарубежных конкурентов и сегодня является, пожалуй, самым популярным в народе видом искусства. Конечно, не все его образцы находятся на одном уровне качества, немало там откровенной халтуры и спекуляций на модных темах. Но сегодня речь у нас пойдет о произведении, в котором, на мой взгляд, нашли свое отражение совершенно новые для этого жанра идеи и тенденции и которое по этой причине имеет все шансы стать тем рубежом, за которым открываются принципиально новые горизонты и возможности.
Называется оно «Гангстерские войны. Ледниковый период», а отличается от многих своих посвященных криминалу собратьев принципиально иным отношением авторов к своим героям и ситуациям, в которые они попадают. Для сравнения можно привести также невероятно популярный сегодня сериал «Бригада», в центре которого группа молодых друзей, которые, отчасти по природной склонности, а отчасти силою обстоятельств, становятся крутыми бандитами. Их образы, а в наибольшей степени, естественно, образ главного героя - Саши Белова - поданы в лучших традициях романтизма, всегда отличавшегося готовностью видеть в уголовниках сложные, мечущиеся и, с определенными оговорками, весьма даже привлекательные натуры.
«Ледниковый период» является полной противоположностью «Бригады» - в первую очередь потому, что ее главным героем является милиционер, подполковник уголовного розыска Игорь Клепко. Все события поданы именно с его точки зрения, а она в общем-то проста и понятна: бандиты - это бандиты, и место им в тюрьме. Никакой романтизации преступного мира при таком раскладе, конечно, и быть не может, что само по себе уже является, на мой взгляд, колоссальным достижением и сдвигом геологических масштабов.
В свою очередь такая позиция создателей сериала определяет и их отношение к жизни в целом, позволяя им совершенно точно расставить акценты, показать внутренний мир героев так, чтобы и фильм смотреть было интересно и одновременно не скатываться в дешевку столь модного сегодня «шансона». Очень увлекательно закрученная фабула сочетается в картине с достоверными, почти что лишенными каких бы то ни было натяжек диалогами, остроумными и неожиданными сюжетными поворотами и замечательной актерской игрой. Кроме исполняющего главную роль Александра Абдулова, в «Ледниковом периоде» заняты такие прекрасные актеры, как Ирина Розанова, Игорь Лифанов и знаменитый режиссер Владимир Меньшов. Особенно следует отметить операторскую работу, благодаря которой Москва предстает на экране как живая, и музыкальное сопровождение, построенное на лучших песнях группы «ДДТ».
Сценарий «Ледникового периода» написан известным своим многолетним сотрудничеством с Алексеем Германом Эдуардом Володарским в соавторстве с Александром Буравским, который этот фильм и поставил. Буравский в своем время закончил факультет журналистики МГУ, потом Высшие курсы режиссеров и сценаристов. Работал над сценариями таких популярных фильмов, как «Непрофессионалы», «Мордашка», «По главной улице с оркестром», совместно с Сергеем Бодровым-старшим поставил фильм «Катала», а затем перебрался в Америку. Здесь Буравский сделал две картины: «Священный груз» и «Потанцуй со мной» (в американском прокате она называлась «Out of the Cold»). Теперь вот опять вернулся в Россию, и сразу такой успех. Эта несколько необычная творческая биография показалась мне настолько интересной, что я решил разыскать Александра и расспросить его о том, как ему работалось в США и как работается дома, что он думает об основных тенденциях американского и российского кинематографа и какие у него планы на будущее. Но начался наш телефонный разговор, естественно, с «Ледникового периода».
- Александр, как вообще возник этот проект?
- Идея принадлежала продюсеру Дэвиду Гамбургу, который снимает очень популярный сегодня документальный телесериал «Криминальная Россия». Эта тема у нас всегда будет актуальна. Она, можно сказать, вечная. Я даже предлагал создать партию под названием «Наш дом - криминальная Россия». Так вот, Дэвид в какой-то момент решил сделать не документальный, а художественный сериал. Меня же эта идея заинтересовала даже не так тематикой, как самим Дэвидом. Это очень яркий и очень талантливый человек, с которым просто хотелось работать. Я тогда жил в Америке, но, получив его приглашение, сразу же прилетел в Москву.
Главный замысел состоял в том, чтобы не столько снять фильм о бандитах, сколько создать положительного героя. И тогда я задумался: можем ли мы надеяться на какие-то положительные изменения в нашей стране, и если да, то на какого героя можно в этом отношении рассчитывать? Я подумал: а что я, собственно говоря, люблю в России? И понял, что люблю я ее интеллигенцию. И, как ни парадоксально это прозвучит, но я решил, что справиться со всей нынешней обстановкой может только интеллигент в милицейской форме. Потому что только у него достанет духа пройти через все искушения и побороть естественный для всякого человека страх. Вот так возник Игорь Клепко. А вокруг него появились совсем молодые мальчишки, которые, наоборот, еще не прошли никаких искушений и полны романтических иллюзий. Но главный герой - это все-таки подполковник Клепко. Умудренный жизненным опытом, высочайшего класса профессионал, который еще не спился, еще не покончил жизнь самоубийством, и еще не продался. Все это может произойти с ним впоследствии, но пока этого не произошло.
Я с самого начала пытался искать личные мотивировки для моего героя и обязательно находил их. Главный вопрос для меня формулировался так: почему он продолжает тянуть эту лямку? Почему он не бросит это, казалось бы, совершенно безнадежное дело? Поэтому мы в первой же серии показали, как бандиты убивают двух его молодых сотрудников, за которых он чувствует вину и ответственность, так как именно он увлек их милицейской работой. Мне хотелось показать человека сострадательного. Я и сам отношусь к людям этого типа. Мне безумно жалко стариков, которые вынуждены считать каждую копейку перед тем, как войти в магазин.
Но, помимо психологической достоверности, мы еще стремились к тому, чтобы сделать фильм увлекательным. Хотелось, чтобы картина была зрелищной. Чтобы в ней были и пиф-паф, и ой-ой-ой. То есть и стрельба, и чувства.
- Сколько лет Вы прожили в Америке и как давно живете в Москве? Где Вам больше нравится?
- Я всегда еду за работой и за новыми впечатлениями. Так в 1990 году я переехал в США. Преподавал в университете. В нескольких театрах ставились мои пьесы. Но в Калифорнии я полностью переключился на кино, что для этого места совершенно естественно. В Америке я прожил пять лет. Написал сценарий, поставил фильм. Сейчас я не могу сказать, что полностью живу в России. Чемодан я до конца так и не распаковал. Да и вообще, в Лос-Анджелесе я по-прежнему чувствую себя, как дома.
- Тот факт, что Вы долго жили и работали в Америке, облегчил постановку фильма в России или, наоборот, затруднил ситуацию?
- То, чему я научился в Америке, - это профессия. И это бесценно. Но Америка для сегодняшних россиян стала уже далека, она больше не является предметом вожделения. Люди, у которых есть деньги, поедут в отпуск не в США, а купаться в Египет или Турцию, или посмотреть Венецию или Париж. Если человеку нужен костюм или машина, он мечтает о «Мерседесе» и «Ягуаре» или о нарядах от итальянских или французских дизайнеров. Поэтому никакого особого отношения ко мне, как к человеку, пожившему и поработавшему в Голливуде, не было.
- А что-нибудь Вас удивило в том, как делается кино в России?
- Да. Тот факт, что цензуры практически нет, но я не знаю, хорошо это или плохо. У меня в фильме, например, есть очень отрицательный герой - продажный правительственный чиновник, которого я поначалу сделал помощником премьер-министра. Помощников ведь сотни - кто там будет разбираться? Но на съемках актер, который представлял этого героя, случайно сказал «заместитель премьер-министра». Так в фильм и вошло, что меня страшно пугало. А никто, как выяснилось, кроме меня, на это вообще не среагировал. То есть цензуры, конечно, нет, но данный случай говорит в первую очередь о том, что люди привыкли, что они не видят ничего особенного в том, что человек такого ранга ходит по баням с проститутками и бандитами. Все это прочно вошло в наш быт. «Наш дом - криминальная Россия» - это ведь не просто партия, это образ жизни.
Сегодня уголовники уже не выставляют себя напоказ, но это не означает, что вы на каком-то этапе не напоретесь на бандита или взяточника. Реальных изменений не видно. Хотя во многих отношениях жить стало спокойнее, появились люди, которые работают честно. Но в процентном отношении это не очень большое пространство. Молодому здоровому парню по-прежнему выгоднее всего быть бандитом. Никто не хочет быть врачом или ученым. Адвокатом вот еще быть престижно, чтобы за большие деньги оправдывать бандитов и освобождать их от суда.
- Как в России относятся к американскому кино?
- Американское кино любят, но доходит, к сожалению, не все. Здесь, как это ни смешно, до сих пор популярен Эрик Робертс. Прокатные компании побаиваются покупать серьезные фильмы, потому что они могут не собрать полных залов и риск слишком велик. Поэтому покупают только самые крупные блокбастеры, что создает несколько искривленное представление об американском кинематографе.
- Хотели бы Вы сделать в России что-нибудь еще?
- У меня есть несколько проектов, над которыми я сейчас работаю, но я пока не готов о них рассказывать.
- Часто ли Вы смотрите кино? Что любите?
- Я старомодный. Люблю большое американское кино 70-х - 80-х годов. Богдановича, Эшби, Копполу. Что касается современных режиссеров, то я не поклонник Майкла Бэя. Но вообще я люблю большое голливудское кино. Не суперблокбастеры, но добротный, хороший Голливуд. Хотя мексиканский фильм «Сука-любовь» я считаю лучшей картиной последнего времени.
- А как Вы оцениваете состояние сегодняшнего российского кинематографа?
- Из того, что было сделано за последнее время, мне особенно понравились «Вор» Чухрая, «27 украденных поцелуев» Нанни Джорджадзе и «Свадьба» Лунгина. Но вообще сложно об этом судить, потому что здесь все слишком зависит от случая. Кому удается достать деньги, тот и получает возможность снимать. А кто достает деньги? Те, кто шьется вместе с богатыми. Ни к таланту, ни к творческим возможностям это не имеет никакого отношения. К тому же российское кино иногда элементарно сложно посмотреть. В новых кинотеатрах идут только большие американские картины. А русские фильмы надо ловить на видео.
- Какие достоинства и какие недостатки Вы видите в американском и русском кино?
- Это совершенно разные явления и сравнивать их невозможно. Голливуд - это индустрия. Там невероятная конкуренция режиссеров, операторов, сценаристов, артистов, специалистов по компьютерной графике. В американском кино есть, конечно, элемент коммерции, но там есть и хорошее кино.
- Например?
- Например, «Дневник Бриджет Джонс».
- Но это же английский фильм.
- Да, я вообще очень люблю английский кинематограф и стараюсь не пропускать ничего из того, что делается в Великобритании.
- Вам не кажется, что Вы себе немного противоречите?
- Да, противоречу, ну и что?
Ничего страшного в том, что Александр Буравский противоречит самому себе, я тоже не вижу. С людьми по-настоящему творческими и талантливыми это довольно-таки часто случается. И кто, собственно говоря, сказал, что надо обязательно быть последовательным? Главное ведь, чтобы прошел ледниковый период, чтобы тронулся лед, а остальное - это уже дело наживное.