ОПАЛЬНЫЙ ПРЕЗИДЕНТ

В мире
№20 (787)

Кризисная ситуация в иранской верхушке достигла своего апогея. В сообщениях иранских Интернет-СМИ в начале недели говорилось, что духовный лидер страны Али Хаменаи предъявил президенту Махмуду Ахмадинеджаду настоящий ультиматум: или он отменяет решение обо увольнении министра по делам разведки Хейдара Мослехи, или сам уходит в отставку.
Все началось после того как Мослехи, являющийся одним из людей Хаменаи, был уволен президентом, не потрудившимся даже объяснить причины своего решения. В ответ на это духовный лидер страны, фактически являющийся лидером и во всем остальном, заявил, что министр останется на посту. С этого момента между Ахмадинеджадом и Хаменаи началась своего рода война на истощение. Президент не только не изъявил готовности подчиниться, но, наоборот, продолжил настаивать на том, что назначение и увольнение министров входит в его компетенцию по иранской конституции.

Тот факт, что Ахмадинеджад по сути бросил вызов устоям режима аятолл по такому, на первый взгляд, незначительному поводу, не может не вызвать удивления. Тем более, на данный момент создается впечатление, что за ним не стоит какая-то серьезная поддержка. Даже подавляющее большинство в той или иной степени оппозиционных религиозных авторитетов приняли сторону Хаменаи, подтвердив, что духовный лидер страны по принятой в Исламской республике иерархии стоит над конституцией.
И еще одна более чем могущественная структура, во многом ради которой Ахмадинеджад и старался, повернулась к нему спиной. Решение президента назначить вместо Мослехи главу своей администрации Эспандьяра Рахима Машеи должно было угодить Корпусу стражей исламской революции (КСИР). Таким образом, главная спецслужба, кроме разведки непосредственно КСИРа, оказалась бы под контролем близкого к Корпусу человека. Само собой, кроме этого желал Ахмадинеджад угодить и самому себе, а если точнее, своим политическим амбициям и планам. Через два года в Иране состоятся президентские выборы, в которых он участвовать не может. При этом президент очень желает, чтобы “наследник престола” продолжал его линию. В качестве такового Ахмадинеджад видит Эспандьяра Рахима Машеи, свою правую руку и родственника (их дети состоят в браке).

Однако командование КСИРа безоговорочно приняло сторону Али Хаменаи. Более того, в опубликованном им коммюнике было сказано, что “решения не должны приниматься под влиянием джинов, фей и демонов”. Так как слухи о том, что Ахмадинеджад пользуется помощью колдунов и предсказателей, ходят довольно давно, намек был достаточно прозрачным.

Не совсем понятно, чем руководствовался Ахмадинеджад, когда решился на столь острую конфронтацию, и почему вовремя не отступил перед столь могущественными силами. Впрочем, жесткий рационализм не всегда берет верх в его делах и в высказываниях. Будучи религиозным фанатиком и идеалистом, президент Ирана очень часто предпочитает действовать по принципу “что на уме, то и на языке”, и его агрессивная риторика в отношении Израиля является в данном случае отличной иллюстрацией.

Теперь, если Ахмадинеджад все же пойдет на попятный, его статус всерьез пострадает. С другой стороны, каким бы ни был финал данного дела, оно уже стало серьезным ударом и по нему, и по всему режиму. До сих пор разногласия между исполнительной властью и духовным лидером случались неоднократно, но каждый раз, когда верховный аятолла принимал окончательное решение, президент или министры беспрекословно подчинялись. Более того, делалось все это кулуарно. Теперь же ярко выраженные политические дрязги вынесены на всеобщее рассмотрение, а Али Хаменаи пришлось стать их полноценным участником, что совсем не идет на пользу его имиджу.

Многие эксперты не исключают, что Ахмадинеджад поставил своей целью окончательно поколебать нынешние устои, попытавшись беспрецедентно поднять статус исполнительной власти в Иране перед властью духовной.

Пока же духовная власть продолжает усиливать нажим. Поступает информация об арестах ряда сторонников Ахмадинеджада, обвинениях их в коррупции и экономических проблемах страны. Так как за экономическую политику отвечает в первую очередь президент, то претензии за происходящее можно адресовать именно ему. На этом поприще духовное руководство давно проявляло недовольство Ахмадинеджадом, и все основания к этому у него есть. Сама по себе неэффективная иранская экономика изрядно “прогнулась” в последнее время под воздействием международных санкций, несмотря на то, что мировые цены на нефть крайне высоки. Очень плохая экономическая ситуация всегда является отличным фундаментом для политических свар и отличным поводом для принятия кадровых решений.

В конце минувшего года, под влиянием международного экономического нажима, иранские власти объявили о резком сокращении субсидий на хлеб, бензин и ряд товаров первой необходимости. Насчет масштабов выделявшихся субсидий однозначного мнения нет. Согласно официальным утверждениям, они достигали 100 (!) миллиардов долларов в год, но по более распространенным оценкам были ниже этой цифры примерно в 3-4 раза. Как бы там ни было, президент заявил, что подобный шаг положительно скажется на экономике страны: мол, бензина и хлеба станут расходовать меньше.

Наряду с отменой субсидий, приведших к подорожанию, власти предприняли ряд популистских мер. Так, малоимущие семьи стали получать пособия в размере нескольких десятков долларов в месяц, в городах страны, в отличие от сельской местности, была поднята минимальная зарплата. Ведь население городов является наиболее активным политически, чем в столь бурное на Ближнем Востоке время никак нельзя пренебрегать, и в данном контексте подобная попытка “бросить кость” выглядит вполне логично.

В конце апреля цены на хлеб, являющийся основным пищевым продуктом для большинства жителей почти 75-миллионной страны, выросли на 25%. Однако с бензином, цена на который крайне важна для всех владельцев автомобилей и тех, кто занят в сельском хозяйстве, дела обстоят еще хуже. Хотя, надо заметить, иранским ценам на топливо позавидовал бы любой израильский, и не только израильский, водитель. Итак, если до сих пор литр бензина, продававшийся по месячной квоте 60 литров на каждого владельца машины, обходился последнему в 10 американских центов, теперь тариф увеличился в 4 раза, а саму квоту снизили до 50 литров месяц. За литр бензина, продающегося с превышением квоты, водитель заплатит уже 70 центов.

Производство бензина является настоящей ахиллесовой пятой иранской экономики. Мощностей местных нефтеперерабатывающих заводов совершенно не хватает, поэтому огромное количество топлива приходится импортировать. В этих условиях его продажа на внутреннем рынке по явно убыточным ценам выглядит крайне проблематичной. С другой стороны, крайне проблематично и резкое недовольство граждан, которых внезапно заставили платить намного больше. Благодаря этой мере власти намерены сэкономить до 15 миллиардов долларов.

Сокращение субсидий, параллельно с ростом выплат населению, уже привело к серьезной инфляции, которая, по оценкам экспертов, составляет сейчас 25-30% в месяц, хотя официальные данные говорят о показателях более низких примерно в два раза. Но и они, в свою очередь, выросли более чем в полтора раза по сравнению с предыдущим летом, когда инфляция в стране была самой низкой за последние десятилетия.

Кризисная ситуация наблюдается в Иране и в банковской сфере. Еще с конца зимы здесь действуют различные ограничения на валютные операции, например, на снятие со счета сумм, превышающих определенный лимит. В таких условиях не только усиливается недовольство, но и резко повышается активность валютных спекулянтов и финансовая нестабильность.

Возвращаясь к невольному “герою” противостояния президента и духовного лидера, стоит отметить, что ему удалось, что называется, отличиться на этой неделе непосредственно по основному фронту работы. Почти уволенный министр по делам разведки заявил, что на самом деле американцы отнюдь не ликвидировали Осаму Бин-Ладена, а тот умер ранее естественной смертью. Более того, Мослехи добавил, что у него имеются доказательства этого утверждения. Осталось только дождаться их предъявления.

Не оставили в Иране без внимания и высказывание бывшего главы “Мосада” Меира Дагана, назвавшего гипотетическую атаку иранских ядерных объектов Израилем “глупой идей”. “Важно, что сионисты признают факт обдумывания глупых идей, потому что таковые приходили им в голову и в прошлом. Мы неоднократно заявляли, что наша ядерная программа преследует сугубо мирные цели и инспектируется МАГАТЭ. Те или иные заявления представителей незаконного сионистского образования никакого значения для нас не имеют”, - заявил пресс-атташе иранского МИДа.

Тем временем в иранской ядерной программе (на этот раз в менее опасной ее составляющей) на днях был сделан шаг вперед. После длительных задержек, связанных, по некоторым оценкам, с кибернетической атакой при помощи вируса Stuxnet на иранские компьютерные системы, наконец-то был запущен энергоблок АЭС в Бушере.
 “Новости недели”