Язык твой –враг мой

В мире
№24 (791)

Меир Даган, не так давно ушедший в отставку с поста главы “Мосада”, по праву считается одним из лучших руководителей данной спецслужбы за всю ее историю

Не случайно во время церемонии, посвященной уходу Дагана с должности, глава правительства сказал: “От имени всего еврейского народа я хочу поблагодарить вас за выдающиеся... дела во благо Израиля. Спасибо Меир”.

Уроженец СССР, Меир Губерман, позднее взявший фамилию Даган, репатриировался в Израиль в 1950 году, а в 1963-м был призван на военную службу. На всем ее протяжении он справедливо заслужил славу отважного бойца, а позже командира, которого отличал нестандартный и творческий подход. Эти же качества он перенес и в “Мосад”, главой которого был назначен в 2002 году давним другом и патроном Ариэлем Шароном. Естественно, что открытой информации об этом периоде деятельности Дагана немного, но, несмотря на определенную критику, оценивается она очень высоко. Именно “Мосаду” в период руководства Даганом различные источники приписывают множество успешных операций, как получивших огласку (например, ликвидация “министра обороны” “Хизбаллы” Имада Мурние), так и тайных, которые останутся в секрете десятилетиями. За время службы в армии, в Штабе по борьбе с террором при канцелярии главы правительства и в “Мосаде” Меира Дагана отличало весьма важное качество: он всегда был человеком дела, а не слов. Он старался максимально воздерживаться от интервью, а если давал их, то был немногословен.

И вдруг, совершенно внезапно что-то изменилось. В последние недели перед нами предстал совершенно другой Даган, дотоле неизвестный. Раз за разом бывший глава “Мосада” расширенно высказывается на самые деликатные темы - иранская ядерная программа, мирный процесс, способность премьера и министра обороны принимать ответственные решения.

Все началось с выступления на семинаре в Тель-авивском университете. Здесь он, что называется, взорвал свою первую бомбу, заявив, в частности, что атака иранских объектов, находящихся под контролем МАГАТЭ, противоречит международному праву. Бывший глава разведки подчеркнул: в отличие от ситуации в Ираке в 1981 году (тогда Израиль разбомбил иракский реактор), Иран разместил свои ядерные объекты по всей стране, что затрудняет как их обнаружение, так и эффективное уничтожение. При этом Иран доказал свою способность передислоцировать ядерные объекты, выводя их из-под контроля международного сообщества.
Основная проблема, по мнению разведчика, не в возможностях израильских ВВС нанести удар, а в способности эффективно достичь всех поставленных целей в ходе подобной операции. На вопрос о последствиях израильской атаки на иранские реакторы прозвучало шокировавшее многих: “Ничего более глупого, чем удар по Ирану, я не слышал... Атака положит начало войне с Ираном, а подобная война из событий такого разряда, когда известно, как они начинаются, но совершенно непредсказуемо их завершение... Иранцы способны обстреливать Израиль баллистическими ракетами в течение долгих месяцев, способны задействовать против Израиля “Хизбаллу”, располагающую десятками тысяч ракет, в том числе сотнями очень высокой дальности. Наконец, к этой войне может присоединиться ХАМАС и даже Сирия”.

Касаясь последних событий на Ближнем Востоке, он заявил, что речь идет о последствиях исторических проблем в арабском обществе, и добавил, что в Египте произошла всего смена лидеров, продиктованная экономическими проблемами. На взгляд Дагана, нет опасности прихода к власти “Мусульманских братьев”, т.к. они обеспокоены экономической ситуацией в стране и понимают: если Египет перестанет получать доходы от индустрии туризма, а также потеряет американскую помощь (что произойдет в случае их прихода к власти), экономическое положение значительно ухудшится.

Несколько дней спустя в “Едиот ахронот” появилось содержание приватных бесед Дагана с его знакомыми. (Здесь есть повод удивиться - если беседы были частными, то как их содержание попало в газету?) Среди прочего ему приписывалась следующая фраза: “Раньше Ашкенази, Дискин и я могли предотвратить любую опасную авантюру. Я опасаюсь, что теперь некому остановить Биби и Барака”. Это и подобные откровения вызвали естественную реакцию в правительственных кругах и не только.

Высказался и нынешний глава “Мосада” Тамир Пардо: “Я очень удивлен высказываниями Дагана. Я отлично его знаю, был его заместителем шесть лет. Я не понимаю, как он может говорить такое. Мне не знаком ни один человек подобного поведения. Не припомню похожего прецедента”.

А Меир словно закусил удила и во время очередного семинара в том же университете обрушился на премьера и министра обороны: “Военная опция должна быть для Израиля последней из рассматриваемых альтернатив. Напомню: после Войны Судного дня утверждалось, что стоявшие перед страной проблемы не были высвечены должным образом. Я не готов, чтобы такая же ответственность была на моей совести. Именно поэтому я буду высказывать свое мнение при каждой возможности. Проявляется поверхностный подход к серьезнейшим проблемам в сфере безопасности Государства Израиль. Нетаниягу и Барак оперируют лозунгами. Я не отказываю премьеру и министру обороны в том, что по должности на них лежит огромная ответственность... Они ответственны... Но, как мне уже приходилось говорить, правильное решение не однозначно зависит от того, был ли его автор избран на выборах”.

По мнению многих, неуместным оказалось и заявление Дагана по поводу скандала вокруг братьев Офер. Именно комментарий бывшего главы “Мосада” спровоцировал море разнообразных слухов, в том числе абсурдного характера.
С резким осуждением заявлений Дагана выступил министр обороны Эхуд Барак. Ряд министров от “Ликуда” высказались в жесткой форме, но инкогнито.

Наиболее откровенным был высокопоставленный источник в окружении Нетаниягу: “Меир Даган страдает от завышенной самооценки и, пользуясь своей славой, бегает от микрофона к микрофону. Ему просто моча в голову ударила, и он забыл о правилах, принятых в демократическом обществе... Неясно, что им движет. Может быть, политические амбиции... Даган говорит о войне с Ираном, хотя в течение восьми лет именно он был ответственным за блокирование иранской ядерной программы. Но она продолжается. Своими словами он ни во что не ставит нынешнего главу “Мосада”. Он просто сошел с ума, после того как ему не продлили каденцию. Своими высказываниями против атаки Ирана он наносит огромный ущерб безопасности Израиля. Это самый настоящий саботаж!”.

По мнению многих его оппонентов, свои политические устремления Даган связывает с популярным журналистом Яиром Лапидом (сын покойного лидера партии “Шинуй” Томми Лапида). При этом Дагана не останавливает трехлетний “карантин” перед активным вступлением в политику, который он по закону должен пройти. Похоже, бывший всесильный глава “Мосада” надеется, что сумеет пролоббировать отмену законной временной “узды”.

Неясно, намерен ли Даган идти в политику, но очевидно: его высказывания насчет иранской проблемы нанесли нашей стране серьезный ущерб. Когда бывший глава “Мосада” говорит о неприемлемости удара по иранским ядерным объектам и об отсутствии у Израиля возможности эффективно его осуществить, это, несомненно, является прекрасным стимулом для Тегерана и дальше развивать свою ядерную программу. Даган и его сторонники утверждают, что его высказывания продиктованы чувством ответственности и желанием донести правду до народа. В отличие от них, я думаю совершенно иначе. Если Даган так обеспокоен поведением политического руководства или его планами, ему прекрасно известны корректный адрес и форма противодействия. Такие вопросы не должны и не могут быть темой обсуждения в СМИ или просто у каждого услужливо подставленного микрофона. За последние недели Меир Даган лишился значительной доли ранее заслуженного уважения, которое к нему питали многие граждане страны.

Эфраим Ганор