Главный противник в регионе. Так ли уж безоблачны российско-иранские взаимоотношения?

В мире
№26 (793)

Наверное, каждый человек хотя бы раз ловил себя на мысли, что он повторяет какие-то определенные действия, или начинает беспокоиться о возможно не выключенном утюге, или в испуге шарахается от перебегающей через дорогу черной кошки, перекрещивая при этом пальцы рук. Если эти навязчивые состояния появляются редко, то это, как говорил Карлсон, “Дело житейское”. Но если эти мысли становятся главенствующими, то уже нужно говорить о психическом заболевании - “неврозе навязчивых состояний”.

Именно это просматривается в навязчивом антиизраилизме иранских властей, периодически забывающих о собственных проблемах ради очередной подстрекательской акции.

Что же, у Ахмадинеджада нет других проблем? Да сколько угодно. Один конфликт с аятоллой Хаменеи дорогого стоит. Да еще и стремление руководителей стражей исламской революции и лидеров ополчения “Басидж” дорваться до власти - им сегодня за 50, нужно успеть, а то старая элита засиделась у кормушки. Для укорота Ахмадинеджада аятоллы поступили тривиально, в духе сталинских рецептов 1937 года, взяли да и арестовали ближайших помощников президента по обвинению в колдовстве и связях с джиннами. А в иранских тюрьмах могут разговорить любого. Так что внутриполитическое кольцо вокруг Ахмадинеджада сжимается.
А как с внешнеполитическим?

На юге ССАГПЗ (союз, в который входят Бахрейн, Кувейт, Катар, Оман, Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия и примкнувшие к ним Иордания и Марокко) готовит войска к противостоянию с Ираном, привлекая для этого как собственные объединенные силы и ресурсы, так и наемных профессионалов. А на севере, у Каспийского моря, вообще чудеса творятся. Там усиленно остывают теплые отношения с главным защитником Ирана - Россией. Это остывание началось с 2009 года, когда Дмитрий Медведев выразил неудовлетворение по поводу закрытой программы по строительству второго иранского ядерного центра, да еще и заблокировал поставки С-300.

Нужно учесть, что в последние годы Иран был одним из главных покупателей российской военной техники, а для России это важнейшая, после углеводородов, статья экспорта. Но “это было, было и прошло”. О том, что дружба уходит в прошлое никто прямо не объявит. Еще Талейран говорил примерно 250 лет назад, что “Язык дан дипломату для того, чтобы скрывать свои мысли”, но поступки скрывать труднее. В частности, Россия объявила о резком увеличении своего военного присутствия на Каспии. Каспийская флотилия получит 16 новых кораблей, авиационные части и, что самое главное, ракетные комплексы “Бастион” для уничтожения надводных кораблей сверхзвуковыми ракетами “Яхонт” с дальностью до 300 км. Очевидно, что высшее российское руководство считает каспийский регион наиболее опасным.

Но все же, против кого все это? Каспий - закрытое море, это только в мультфильмах вражеская подлодка всплывает на Чистых прудах. Кроме России на Каспии есть всего четыре государства: Азербайджан, Казахстан, Туркмения и Иран. По боевой мощи Каспийская флотилия и сегодня многократно превышает ВМС любого из прикаспийских государств.

Проблема на Каспии есть, и она все та же, нефтяная. Иран не очень заинтересован в освоении морского шельфа, у него вполне хватает запасов нефти и газа в Персидском заливе, где есть нефтеналивные терминалы, привычные морские пути. А вот Туркменистану очень важно пробиться в обход России со своим газом на рынки сбыта в Европу, и сделать это возможно только по дну Каспийского моря, через Азербайджан. Естественно, Россия, мягко говоря, не приветствует такое развитие событий. Туркменистан обладает четвертыми газовыми запасами в мире и представляет для России серьезного конкурента. Туркменский газ уже поставляется в Иран и Китай, но газа много, а Европа очень привлекательный рынок. В сложившейся ситуации у Туркменистана есть один естественный союзник - Иран -  как фундаменталистская страна, стремящаяся распространить свое влияние на среднеазиатское постсоветское пространство. Туркменистан и Иран объединяет многое, это и протяженная общая граница, историческая и конфессиональная близость. В былые времена Туркменистан был частью Персии, да и сегодня в Иране многочисленное туркменское население. Отношения этих стран вполне прагматические, обе страны - изгои, Иран - из-за своей ядерной программы, а Туркменистан из-за тоталитарного режима, созданного Туркменбаши и не исчезнувшего после его кончины. На этой площадке они входят в реальное противостояние с Россией. А когда острие противоречий направлено в “мягкое подбрюшье России”, или что еще хуже, против нефтегазовых интересов, то дело обычно принимает серьезный оборот.

Можно скрупулезно подсчитывать боевые возможности прикаспийских стран, но к чему? Оставим это адмиралам. Даже без подсчета ясно, что сверхзвуковые “Яхонты”, насквозь простреливающие Каспийское море, направлены против Ирана.

А что нам сообщил про ирано-российские отношения вездесущий Wikileaks? Ни много, ни мало, а то, что сам Владимир Путин приказал организовать саботаж иранской ядерной программы в 2006 году. А Кириенко сказал, что он намерен затянуть поставку стержней для реактора в Бушере на продолжительный период, и что в его намерения не входит поставка ядерного топлива в Бушер”.

Вот так Иран из партнера как-то потихоньку стал превращаться в вероятного противника России. Будем надеяться, что сложившаяся ситуация послужит для России основанием не только отдаляться от Ирана, но и больше сблизиться с Израилем.

Владимир ЯНКЕЛЕВИЧ, военный обозреватель
“Секрет”