Русский праздник в Филадельфии

Репортерский дневник
№52 (348)

Первая столица Соединенных Штатов Филадельфия обычно ассоциируется в сознании с американской революцией и борьбой за независимость от британской короны. Именно в этом городе в ложе “Девяти сестер” Бенджамин Франклин и его единомышленники разрабатывали основы американской конституции, здесь закладывались основы нового государственного устройства, здесь формировалось будущее правительство. О тех днях в Филадельфии напоминает все. И названия улиц, и бесконечные памятники, и, конечно же, знаменитый “колокол свободы”. Но есть тут и частичка России. В самом центре города, среди всех его бережно сохраненных для туристов исторических достопримечательностей, стоит русский собор Святого Андрея Первозванного. Здесь в воскресенье 15 декабря состоялся самый настоящий Праздник Православия, официально посвященный столетию со дня освящения этого храма, но в действительности связанный еще с несколькими, по-своему ничуть не менее торжественными и значительными событиями.
Основанный в 1897 году как Братство Святого Андрея Первозванного собор является старейшим Православным храмом в Филадельфии, но его история связана не только с жизнью русской общины в Северной Америке, и с историей российского флота, поскольку собую роль в становлении Братства сыграло прибытие в Филадельфию в 1898 году представителей Российского Императорского Флота. Одна из филадельфийских судостроительных компаний, “Крэмп и сыновья”, получила тогда подряд на постройку двух военных судов - крейсера первого ранга “Варяг” и броненосца “Ретвизан”, и русские офицеры и матросы принимали активнейшее участие не только в инспектировании постройки судов, но и в жизни православной общины. Они вливались в ряды первых прихожан Собора, делали щедрые пожертвования на обустройство храма, дарили прекрасные святые иконы, некоторые из которых и сегодня украшают Царские Врата и Алтарь Собора.
8 декабря 1902 года Собор был освящен епископом Тихоном, будущим Патриархом-Исповедником Московским и Всея Руси. Первую Божественную Литургию в приходе служил протоиерей Александр Хотовицкий, впоследствии принявший мученическую кончину и, так же, как и Святитель Тихон, прославленный Русской Православной Церковью в Лике Святых.
История “Варяга” и “Ретвизана” тоже оказалось мученической. 8 февраля 1904 года, в самом начале русско-японской войны, корабли российского флота были внезапно атакованы японской военной эскадрой. Несмотря на серьезные повреждения корпуса, “Ретвизан” оказал ожесточенное сопротивление врагу и был спасен командой, которая вывела его на мелководье. А 9 февраля 1904 года японская флотилия блокировала корейскую бухту Чемульпо и потребовала сдачи стоявших там на рейде двух российских кораблей, одним из которых был “Варяг”. Отказавшись капитулировать, команда “Варяга” вступила в неравный бой против 24 японских военных кораблей. 109 моряков погибли в том коротком, но героическом сражении, а сам крейсер пришлось затопить, но он навсегда остался в народной памяти как символ отваги и жертвенной мужественности русских моряков, их бесстрашия и готовности беззаветно служить своему Отечеству.
С памятью о “Варяге” и “Ретвизане” неразрывно связана и жизнь Свято-Андреевского Собора в Филадельфии. Каждый год в феврале прихожане этого храма собираются на панихиду по героически погибшим морякам, а имена членов экипажа “Варяга” и “Ретвизана” внесены в поминальную книгу прихода. О связи с флотом напоминает и вывешенный с внутренней стороны Царских Врат храма Андреевский флаг - главный корабельный кормовой флаг Российского Флота, символика которого уходит корнями в глубокую древность. Апостол Андрей был братом Апостола Петра. Именно они были первыми призваны Спасителем на апостольское служение, отчего Андрея и называют Первозванным. Поскольку до встречи с Христом оба брата были рыбаками и ловили рыбу в Галилейском море, они считаются покровителями моряков. Апостол Андрей также является покровителем земель, заселенных славянами. Он первым принес Благую Весть в Киев и Новгород, где оставил наперстные кресты. Все это и обусловило выбор связанной с его именем символики для Российского Флота сделавшим Россию морской державой Петром I.
История русского флота богата многими героическими страницами, но на одной из них надо остановиться особо, потому что, не рассказав о ней, понять многое из того, что происходило 15 декабря в Свято-Андреевском Соборе, будет невозможно. Связана эта страница с именем знаменитого адмирала Федора Ушакова, который в 2000 году был канонизирован Русской Православной Церковью и торжественной встречей иконы которого и открылся праздник в Филадельфии. Один из основателей Черноморского флота, а с 1790 года его командующий, Федор Ушаков был выдающимся военачальником. Среди военных успехов созданной им флотилии - ряд крупных побед над турками, приведших к победе в русско-турецкой войне 1787-1791 годов. За всю свою жизнь адмирал Ушаков не проиграл ни одного сражения (а их у него было 43) и не потерял ни одного корабля. Ни один из служивших под его началом матросов не попал в плен к неприятелю. Светские историки связывают это с высочайшим профессионализмом адмирала, но люди верующие понимают, что все дело было в его искренней вере в Бога и в праведной жизни.
Будущий адмирал родился 13 февраля 1745 года в маленькой деревне Бурнаково Романовского уезда Ярославской губернии. Родители его, хоть и из древнего дворянского рода, были людьми небогатыми, но глубоко религиозными. Родной дядя мальчика Иван Ушаков принял монашеский постриг под именем Феодора, был известен своим благочестием, способствовал возрождению традиции старчества в России, а уже в наше время был причислен к Лику Святых.
Сам Ушаков шестнадцатилетним юношей отправился в Петербург, где он поступил в Морской корпус, который он закончил в 1766 году в звании мичмана. Когда в 1768 году в связи с русско-турецкой войной началось возрождение Азовской военной флотилии, Федор Ушаков оказался в числе офицеров, переведенных на Дон. Затем, командуя ботом “Курьер”, он ходил по Азовскому и Черному морям, а в 1783 году был откомандирован на Черное море, где князь Потемкин создавал для России новый, Черноморский флот. Ушаков, уже в чине капитана 1-го ранга, активно участвовал в строительстве морской базы в Севастополе, в постройке кораблей в Херсоне. За успехи в этих делах Екатерина II в 1787 году произвела его в капитаны бригадирского ранга. А свой первый орден - Святого Владимира 4-й степени - он получил за самоотверженную работу по борьбе с эпидемией чумы, результатом которой стало спасение жизней сотен матросов. Так ратная служба с самого начала сочеталась у него с христианским служением ближним.
Через полгода началась русско-турецкая война, которая прославила имя Ушакова не только в России, но и далеко за ее пределами. Летом 1788 года эскадра Ушакова вышла в море и 3 июля встретилась с турецким флотом у острова Фидониси. Турки вдвое превосходили русских по числу кораблей, имели тройной перевес в орудиях и первыми открыли огонь по русскому авангарду. Расстояние не позволяло русским кораблям вести эффективную стрельбу из 12-фунтовых пушек, и командовавший авангардом Ушаков предпринял смелый маневр. Он приказал фрегатам обойти головные турецкие корабли с наветренной стороны, а сам на “Святом Павле” вышел из строя и атаковал флагманский корабль Гассан-паши. В результате продолжавшего около трех часов боя турецкая эскадра была разбита, и Потемкин произвел Ушакова в контр-адмиралы, поручив ему возглавить весь Черноморский флот.
С этого момента началось подлинное становление этого флота, стали закладываться его боевые традиции. В мае 1790 года Федор Ушаков ходил с эскадрой под стены Синопа и Анапы, жег и топил неприятельские корабли, огнем своих пушек наводил ужас на турецкие гарнизоны. В августе, следуя с эскадрой из Севастополя к Очакову, Ушаков обнаружил стоявшую на якоре у острова Тендра турецкую эскадру и немедленно атаковал ее, вынудив бежать в устье Дуная.
Еще одна блистательная победа была одержана Ушаковым в сражении у мыса Калиакрия. Турция тогда намеревалась нанести решительный удар России, чтобы добиться выгодного для себя мира. Султан призвал на помощь флот из африканских владений, во главе которого стоял знаменитый алжирец Сеит-Али, пообещавший отомстить Ушакову за недавние победы над Оттоманской империей и привезти его в Стамбул в цепях.
31 июля 1791 года у мыса Калиакрия Ушаков обнаружил турецкий флот, стоявший на якоре под прикрытием береговых артиллерийских батарей. Появление русской эскадры вызвало среди неприятеля самую настоящую панику. Турки начали рубить канаты и ставить паруса, но Ушаков принял удивительное по своей находчивости решение и повел свой флот между турецкими кораблями, отрезая их от береговых батарей. Боевая линия турок была сломана, а их корабли стреляли друг в друга. Сам Ушаков на флагманском корабле “Рождество Христово” погнался за пытавшимся уйти Сеит-Али. Первым же выстрелом с русского флагмана на алжирском корабле разнесло фор-стеньгу. Отлетевшая от нее щепа тяжело ранила хвастливого предводителя турок, и его пришлось унести с палубы в каюту. Только наступление ночи и перемена ветра спасли турецкий флот от полного уничтожения. Но все равно в Стамбул вернулись лишь 10 из 80 кораблей Сеит-Али, причем вид их был ужасен. Некоторые из них были без мачт и совершенно непригодны для дальнейшего употребления. Палубы были завалены трупами и умирающими от ран матросами. А в довершение всего корабль самого Сеит-Али, войдя на рейд, стал тонуть на виду у всех. “Великий! Твоего флота больше не существует”, - доложили турецкому султану. Это поражение перечеркнуло последние надежды Порты и приблизило подписание победного для России Ясского мирного договора. По окончании войны Ушаков был вызван в Петербург и произведен в вице-адмиралы.
По заключении мира с Турцией Ушаков немедленно приступил к решению бытовых проблем Черноморского флота. Трудно было с размещением на берегу матросов и прочих нижних чинов: они жили в хижинах и казармах, находившихся в низменных местах бухты, где от гнилого воздуха, исходящего от болот Инкермана, люди часто болели и умирали. Ушаков, как и в период борьбы с чумой в Херсоне, стал принимать самые решительные меры к прекращению болезней. В удобных, возвышенных и наиболее здоровых местах им были построены казармы и госпиталь. Он заботился об устройстве дорог, рынков, колодцев и вообще о снабжении города пресной водою и жизненными припасами. Бывало, что из казенных сумм, определяемых на содержание Черноморского флота, те или иные поставлялись несвоевременно - тогда Ушаков выдавал из собственных денег по несколько тысяч в контору Севастопольского порта, чтобы не останавливать производства работ.
Освободясь на время от ратных дел, прославленный адмирал, который “к вере отцов своих оказывал чрезвычайную приверженность”, имел теперь возможность более предаваться молитве: сохранилось драгоценное свидетельство о его жизни в Севастополе, когда он “каждый день слушал заутреню, обедню, вечерню и перед молитвами никогда не занимался рассматриванием дел военно-судных; а произнося приговор, щадил мужа, отца семейства многочисленного; и был исполненный доброты необыкновенной...”
В 1796 году на Российский престол вступил Император Павел Первый. Это было время, когда революционная Франция, свергнув своего короля и залив всю страну кровью, приступила к захватническим войнам. Султан Турции Селим Третий принял предложение Российского Императора о союзе, и в начале августа 1798 года Ушаков получил Высочайшее повеление “тотчас следовать и содействовать с турецким флотом противу зловредных намерений Франции”.
Задачей эскадры было взятие Ионических островов, расположенных вдоль юго-западного побережья Греции, главный из которых - Корфу считался неприступным. Коренные жители занятых французами островов были Православными греками, и Ушаков обратился к ним с письменным воззванием, призывая их содействовать в низвержении французского ига. Ответом была повсеместная вооруженная помощь греков, воодушевленных прибытием русских.
Первыми, несмотря на стойкое сопротивление французов, русские десантники освободили остров Цериго, затем Занте... После сдачи французского гарнизона, Ушаков с офицерами эскадры съехал на берег для слушания благодарственного молебна. Звоном колоколов встретили греки своих освободителей. Улицы украсились выставленными в окнах русскими флагами с Андреевским крестом, почти все жители имели такие же флаги в руках Матери, в слезах радости, выносили детей, заставляя их целовать руки русских офицеров и герб России на солдатских сумках. То же самое было на острове Кефалония: жители поднимали русские флаги и помогали десантникам отыскивать французов, скрывшихся в ущельях.
Правда, турки были недовольны. Особенно им не нравилось милостивое обращение русских с пленными французами. Когда Ушаков принял первых пленных на острове Цериго, турецкий адмирал Кадыр-бей попросил его о позволении употребить против них военную хитрость. - Какую? - спросил Ушаков. Кадыр-бей отвечал: - По обещанию Вашему, французы надеются отправиться во Францию и лежат теперь спокойно в нашем лагере. Позвольте мне подойти к ним ночью и всех вырезать. Разумеется, Ушаков отказался. Для него как для настоящего христианина такое было попросту невозможно.
Знаменательными событиями сопровождалось и взятие острова Видо. Турки, входившие в состав десанта, озлобленные упорным сопротивлением французов, принялись резать головы всем пленным, попавшимся в их руки. Но русские офицеры и матросы кинулись вслед за турками, и так как мусульманам за каждую голову выдавалось по червонцу, то русские начали собственными деньгами выкупать пленных. Заметив, что несколько турок окружили молодого француза, один из русских офицеров поспешил к нему. Узнав, что за выкуп требовался червонец, но не имея столько при себе, офицер отдал туркам часы - и голова француза осталась на плечах... Увещания и угрозы не могли привести турок к послушанию; тогда командир русских десантников составил каре из людей своего отряда, чтобы в середине его укрывать пленных, и тем спасена была жизнь весьма многих. К двум часам пополудни остров Видо был взят. На следующий день, 19 февраля 1799 года, пала и крепость Корфу, взятие которой буквально потрясло весь мир. На освобожденных от безбожников французов островах Ушаков создал первое свободное греческого государство после разгрома Константинополя - Республику Семи островов. Неслучайно греки называли его “отцом” и рыдали, когда Ушаков был отозван в Петербург.
Между тем в Северной Италии русские под предводительством Суворова громили “непобедимую” армию французов. Суворов просил адмирала Ушакова с юга оказать ему поддержку. Эскадра Ушакова с десантом стремительными передвижениями по Адриатике и вдоль юго-западных берегов Италии, вызывая зависть и ненависть самого Нельсона, наводила панику на французские гарнизоны. Первым русские моряки взяли город Бари, где, как известно, покоятся украденные латинянами у греков мощи Святителя Николая Чудотворца, затем Неаполь, а 30 сентября 1799 года вошли в Рим. То были времена величайшей славы русского оружия, особенно если вспомнить, что всего 16 лет спустя, разгромив собравшуюся под знаменами Наполеона армию всей Европы, войска Александра I взяли и Париж, где выстроенные на площадях казацкие полки в первый день Пасхи на “Христос Воскресе” своего Императора отвечали громогласным “Воистину Воскресе!”
Но в начале своего царствования Александр I под влиянием своих советников сделался союзником Наполеона Бонапарта, и Ионические острова, только что завоеванные Ушаковым, были вновь переданы французам. Адмиралу предстояло пережить и это. 19 декабря 1806 года он подал прошение об отставке, избрав для жительства тихую деревню Алексеевку в Темниковском уезде, вблизи Санаксарского Рождество-Богородичного монастыря, где в годы его ратных подвигов молился о нем его родной дядя - старец Феодор.
Сохранилось свидетельство тогдашнего настоятеля монастыря иеромонаха Нафанаила о завершающем периоде земной жизни Ушакова: «Адмирал Ушаков, сосед и знаменитый благотворитель Санаксарской обители, по прибытии своем из Санкт-Петербурга, вел жизнь уединенную в собственном доме, в деревне Алексеевке, расстоянием от монастыря через лес версты три, который по воскресным и праздничным дням приезжал для богомолья в монастырь к службам Божиим во всякое время. В Великий пост жил в монастыре по целой седмице, вместе с братией стоял на каждой службе, постился, исповедывался и причащался Святых Христовых Тайн; часто жертвовал на монастырь крупные суммы и всегда подавал нищим возле храма».
Когда началась Отечественная война 1812 года, адмирал Ушаков из-за болезней и почтенного возраста не смог принять участия в боевых действиях, но вместе с темниковским соборным протоиереем Асинкритом Ивановым он устроил госпиталь для раненых, дав деньги на его содержание. Две тысячи рублей им было внесено на формирование 1-го Тамбовского пехотного полка. Все, что имел, отдавал он “на воспомоществование ближним, страждущим от разорения злобствующего врага...” Еще в 1803 году им были внесены двадцать тысяч рублей в Опекунский совет Санкт-Петербургского воспитательного дома; теперь он всю сумму с причитающимися на нее процентами передал в пользу разоренных войной. “Я давно имел желание все сии деньги без изъятия раздать бедствующим и странствующим, не имеющим жилищ, одежды и пропитания”, - писал он в сопроводительном письме Императрице. Не только крестьяне окрестных деревень и жители города Темникова, но и из отдаленных мест приезжали к нему многие. Со страдальцами, лишившимися имуществ, делился он тем, что имел; обремененных скорбию и унынием утешал непоколебимою надеждой на благость Небесного Промысла. “Не отчаивайтесь! - говорил он. - Сии грозные бури обратятся к славе России. Вера, любовь к Отечеству и приверженность к Престолу восторжествуют. Мне немного остается жить; не страшусь смерти, желаю только увидеть новую славу любезного Отечества!”
Ушаков усердно молился, поминая ушедших из жизни своих соратников, родственников, случайно встреченных на дорогах людей, желал здоровья живущим и раздавал все, что имел, всем, кто приходил к нему с просьбой, кто тихо надеялся, кто безмолвно стоял с протянутой рукой на паперти. Остаток дней своих, по словам того же иеромонаха Нафанаила, адмирал провел “крайне воздержанно и окончил жизнь свою как следует истинному христианину и верному сыну Святой Церкви 1817 года октября 2-го дня и погребен по желанию его в монастыре подле сродника его из дворян, первоначальника обители сия иеромонаха Феодора по фамилии Ушакова же”.
Когда большевики пришли к власти, Санаксарский монастырь закрыли, часовню, выстроенную над могилой святого героя, разрушили, честные его останки в 1930-е годы осквернили последователи Емельяна Ярославского. Но в 1944 году, когда в связи с возрождением русских Православных традиций была создана государственная комиссия, она произвела раскопки на территории Санаксарского монастыря и вскрытие могилы адмирала Ушакова у стены соборного храма. Его честные останки оказались нетленны, что и было отмечено в соответствующем документе комиссии.
Речь о причислении адмирала Ушакова к Лику Святых шла уже давно, но официально с этим предложением впервые выступил в 1995 году писатель Валерий Ганичев - автор блистательной книги и множества статей об Ушакове. Его поддержали миряне и клирики Саранской епархии, а также главнокомандующий Военно-Морским флотом России адмирал флота Владимир Куроедов. В обращении на имя Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II говорилось: “Своей праведной земной жизнью Федор Ушаков явил миру ярчайший образец беззаветного служения Отечеству и своему народу как на поле брани, так и на ниве благотворительности и милосердия, пример православного воина, которому была ниспослана помощь Божия. По нравственным заповедям адмирала Ушакова Российский Военно-морской флот живет и ныне.”
Канонизация Святого Праведного Феодора Ушакова состоялась 30 ноября 2000 года, а недавно было принято решение о передаче его икон с частицами святых мощей во все морские храмы Московской Патриархии, в том числе, естественно, и в Свято-Андреевский собор в Филадельфии, что чудесным образом совпало со столетием со дня освящение этого храма и таким образом возвращает нас после столь длительного, но, кажется, совершенно необходимого, отступления непосредственно к теме данной статьи.
Прекрасное солнечное утро 15 декабря началось в Свято-Андреевском соборе со встречи иконы Святого Праведного Феодора Ушакова и частицы его святых мощей, которые вместе со своим благословением передал храму Управляющий Саранской епархией епископ Варсонофий. К настоятелю собора протоиерею Марку Шинну, клирикам и многочисленным прихожанам присоединились специально приехавшие на праздник Управляющий приходами Московской Патриархии в США, викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II епископ Зарайский Меркурий, протоиерей Александр Голубов, диакон Игорь Паначев и другие священнослужители Свято-Никольского собора в Нью-Йорке. В 10 часов началась Божественная Литургия, которую по архиерейскому чину служил епископ Меркурий в сослужении клира Свято-Андреевского и Свято-Никольского соборов и во время которой был рукоположен в сан пресвитера Иосиф (Крюков). Переполненный нарядно одетыми прихожанами храм, замечательный хор, сосредоточенные лица молящихся, среди которых были и высокие приглашенные на праздник гости: посол Российской Федерации в США Юрий Ушаков, первый советник посольства РФ Александр Кожурин, постоянный представитель Российской Федерации при ООН Сергей Лавров, генеральный консул РФ в Нью-Йорке Вячеслав Павловский, консул РФ в Нью-Йорке Николай Пащенко, президент Российской морской академии адмирал Игорь Касатонов, морской аташе при посольстве РФ в США капитан 1-го ранга Михаил Козырин, военный аташе при посольстве РФ в США полковник Олег Степанов, а также представители Филадельфийской мэрии и Конгресса США и, естественно, многочисленные русские и американские журналисты, в том числе и операторы московского телевидения.
После окончания Божественной Литургии состоялся Крестный Ход с иконой Святого Праведного Феодора, а когда все вернулись в храм, епископ Меркурий произнес проповедь, в которой он в частности сказал: “Во всем происходящем сегодня мы видим неразрывную связь времен. И коли существует эта связь времен, значит, все мы едины в своей ответственности перед Богом и перед своим Отечеством, в своем служении, в своей верности творить добро, в своих трудах не ради самих себя, а ради Славы Божией. Вся эта религиозная, историческая нить связывает нас воедино, делает нас ответственными перед Лицом Божиим, перед лицом наших собратьев, перед лицом истории.”
Владыка Меркурий также зачитал послание прихожанам от Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, в котором были и такие слова: “Истинно Дух Святой дышет, где хочет. Сегодня мы празднуем юбилей освящения Свято-Андреевского собора, осеняющего Благодатью Веры один из старейших городов Соединенных Штатов Америки - Филадельфию. Этот храм - свидетельство нерушимой веры русских моряков, возводивших в каждом уголке мира, в котором они находились, храм Богу своему, бывшему им, сущим в далеком море, упованием и защитой... Этот храм стал знаменем русских моряков, которое осталось реять в веках и после того, как на дно опустились “Варяг” и “Ретвизан”. И сегодня, когда под своды этого собора входят мощи одного из величайших православных русских моряков Святого Праведного Феодора Ушакова, все становятся причастниками славы и истинного существа Российского Флота, утвержденной не только победами на морях и океанах, но и великими подвигами духа, просвещенного Христовой Верой. Поистине сегодня Торжество Православия. “Вера и верность” - эти слова, выгравированые на высшем ордене Российской Империи, являлись для русских моряков, начавших строительство этого собора, главными и определяющими добродетелями ратного служения Отечеству. Сейчас, сто лет спустя после освящения собора, можно твердо сказать, что наследники героев “Варяга” и “Ретвизана”, прихожане Свято-Андреевского собора не посрамили памяти этих мужественных людей, сохранив построенный ими Дом Божий, защитив его от внутренних разделений и от нападений врагов извне. Да хранит Господь вашу веру в веках! Да умножит мир и единодушие среди своих чад! И пусть этот храм станет непотопляемым кораблем в многосложном, лукавом и бурном потоке жизни, дабы все вы, как верные кормчие гребцы, исполненные любви друг к другу в Господе нашем, достигли на этом корабле тихой пристани Царствия Небесного. Благословение Божие да пребывает со всеми вами!”
После Владыки Меркурия с кратким приветствием к прихожанам и гостям собора обратился посол Российской Федерации в США Юрий Ушаков, который рассказал, что как раз недавно совершил паломническую поездку в Санаксарский монастырь к мощам Святого Праведного Феодора Ушакова.
За этим последовало освещение новых колоколов собора, специально отлитых для него в России, и открытие новой выставки в существующем при храме музее, где представлено множество уникальных экспонатов, связанных как с историей самого собора, так и с историей Российского Флота.
Конечно, такие дни запоминаются на всю жизнь, и поэтому очень хочется поблагодарить всех, кто принимал участие в организации, подготовке и проведении этого самого настоящего Праздника Православия, и повторить еще раз тропарь Святому Праведному Феодору Ушакову, который теперь будет звучать в Свято-Андреевском храме в дни его памяти:
“Державе Российстей архистратиг непобедимый явился еси, агарянскую злобу нивочтоже вменив и разорив: ни славы мирския, ниже богатства взыскуя, но Богу и ближнему послужил еси. Моли, святе Феодоре, воинству нашему даровати на враги одоление, Отечеству во благочестии непоколебиму пребыти и сыновом Российским спастися.”