ПОДОЗРЕВАЮТСЯ ВСЕ...

Литературная гостиная
№36 (803)

- Вот это да. Не может быть! - я даже присвистнула, глядя на экран компьютера. - Вот влипли, блин. А я, как дура, детективами всю жизнь зачитывалась.
Не отрывая обалдевшего взгляда от монитора, я кликнула мышкой на печать. Принтер деловито вздохнул и тут же выдохнул. Опять, небось, что-то заклинило. Сто раз говорила дочери, что пора покупать новый.

В реальной жизни подобные детективные истории выглядят куда более прозаичнее, если не сказать страшнее. Неплохо, конечно, абстрагировавшись от наших реалий, сидеть, забравшись с ногами в кресло, да еще укутавшись в плед. Рядом на журнальный столик поставить чашку кофе, заваренного в настоящем финджане и заедать его пряными сушками. И тогда самый кайф - хороший, добротный детектив, но не слишком длинный: не люблю, когда история растянута, как сериалы, которых я терпеть не могу.
Кофе в финджане моего Беню научил варить один старый араб, с которым он когда-то работал на стройке. И не только заваривать, но и названия добавок всяких, что они в кофе кладут, на листочке написал.

С тех пор мой Беня классно варит кофе. Такого вкусного я еще ни в одном ресторане не пила.
Он вообще-то все делает классно, когда его с дивана столкнешь.

Вот недавно целую неделю долбила ему по мозгам: кран в ванной комнате плохо закрывается, почини и почини. А в пятницу, когда увидела, как он после нашего возвращения с базара преспокойненько примостился на диване и приготовился смотреть спортивный канал, просто столкнула его с любимого кожаного друга. И что вы думаете? Пока я на кухне мясо перемолола и котлет нажарила, он и кран починил, и ванную помыл, потолок в ней побелил, да еще и кафель надраил так, что он блестел как зеркало.
И в этот долбанный детектив мы попали тоже из-за моего Бени.

Все началось еще полгода назад, когда моему благоверному исполнилось сорок пять. В сорок он день рождения не отмечал: отец его болел, не до того было. А вот закадычные друзья муженька Гришка и Мишка отметили свое сорокалетие, как полагается, в ресторане - с танцами, выпивкой и дракой.

Когда же мне в прошлом году “сороковник” стукнул, Бенька начал меня заранее доставать: давай справим в ресторане, давай справим. А я ему:
- Тоже счастье великое для женщины - сорок лет. Чему радоваться-то? Теперь только успевай считать морщины. Только попробуй кому сказать, что мне уже столько, я тебе последние волосинки с твоей блестящей от плеши башки повыдергиваю. Вот тебе на следующий год сорок пять, себе и справляй! Мужчин морщины украшают.

Он и замолк до своего дня рождения. А потом... Боже, как он меня замучил! Думаю, когда наша дочь замуж соберется, мы столько времени рестораны искать не будем.
Короче, нашли мы один русский кабак в промышленной зоне Петах-Тиквы. Маленький, уютный, кормят по-домашнему и цена приемлемая. Когда мы с хозяином обсуждали условия, тот сказал, что если у нас гостей будет не меньше тридцати пяти человек, то он может в этот вечер закрыть свой ресторан для других посетителей.

Моему эта идея просто втемяшилась в голову... Прямо достал он меня! Только где мы столько людей найдем? Ресторан-то русский. Еда там не кошерная, музыка русская, значит, соседи и сотрудники отпадают.

Как мы искали гостей для этого мероприятия - отдельная история, о которой я расскажу в другой раз. В конце концов набрали с горем пополам тридцать две персоны. Больше ну никак...
А тут выходим как-то из банка вдвоем, а нам навстречу Марик, наш бывший соученик по ульпану. Первые полгода после приезда в Израиль мы с Беней и Марик со своей женой Софой жили неподалеку друг от друга, на съемных квартирах. И каждый вечер вместе вышагивали в вечерний ульпан. Они были старше нас лет на десять-пятнадцать, а в Союзе работали инженерами в одном КБ.

Софа была такая интеллигентная дама, постоянно носившая шляпы, которая ко всем обращалась на “вы”, а мужа своего называла в глаза Марк, а за глаза - Марк Рафаэлович. Израиль и израильтян с их левантийской суматошностью, отсутствием пунктуальности и пофигизмом ее высококультурная натура понять не могла, и потому иврит ей не давался. Их шестнадцатилетний сынок, бесцельно покрутившись в местной школе пару месяцев, вообще уехал к бабушке в Москву - получать аттестат зрелости на родном языке.

Зато Марик схватывал новый язык на лету. Ко времени окончания ульпана, когда остальные ученики уже разбрелись по курсам, стройкам и уборкам, он уже помогал какому-то маклеру работать с русскоговорящими клиентами. Его благоверная, так и не поняв загадочную еврейскую душу, философски относящуюся к балагану, творящемуся в стране, уехала в Канаду к старшему брату. А Марик здорово раскрутился. Купил шикарный дом в дорогом районе, завел молодую подружку и ходил гордо, с вежливой высокомерной улыбкой на тонких розовых губах.

На чем он сделал деньги, никто не знал. На расспросы, чем же, он занимается, только загадочно улыбался и отвечал:
- Бизнесом.
И предвосхищая последующие вопросы, добавлял:
- В разных областях. Настоящий бизнесмен должен быть гибким и держать нос по ветру. Поэтому постоянно меняю сферу деятельности.
В общем, прохиндей еще тот. С такими людьми лучше никаких дел не иметь.

Так вот, возвращаясь к нашей встрече. Рядом с Мариком вышагивала высокая крашенная блондинка лет тридцати с “плюсом” - с внешностью модели. Мы на секунду остановились, вежливо раскланялись и собрались было идти своей дорогой. Но Марик решил, видимо, похвастать перед нами молодой женой и начал разговор.
- Друзья, познакомьтесь, это моя жена Лилия.

Молодая женщина высокомерно протянула нам руку так, словно нам полагалось пасть на колени и подобострастно облобызать украшенные дорогущими кольцами мраморно-холодные наманикюренные пальцы.

- Дорогая, это мои друзья Роза и Беньямин, с которыми я вместе учился ивриту в ульпане, - в вальяжном голосе Марика звучали нотки подобострастия, что на него было непохоже.
Понятно, молодая жена! С Софой, помнится, он разговаривал совсем по-другому.
- Кстати, старик, - он повернулся к моему мужу, - у тебя, кажется на днях день рождения? Я помню, когда узнал о том, что у вас с Софой день рождения в один и тот же день с разницей в двенадцать лет, перестал верить во все гороскопы. Более разных людей, чем вы с ней, я еще не встречал!
Тут мой аж зашелся:
- А что, - говорит, - Марк Рафаэлович, приходите-ка вы с Лилечкой ко мне на день рождения. Я аккурат в ближайшую субботу его в ресторане отмечаю.
У Марка в глазах промелькнула лукавая искорка:
- А вы знаете ребята? Мы придем! У нас, правда, были кое-какие планы на эту субботу, но их можно и перенести. - Он неожиданно широко улыбнулся. - Я так соскучился по вам, друзья.
Он похлопал Беню по плечу, и они направились к Варде, служащей банка, которая специализировалась по работе с клиентами-бизнесменами.
Увидев, как строгая Варда при виде Марка расплылась в широкой улыбке, я проворчала:
- Конечно, сразу видно - деловар. Наша с тобой Яфа, когда видит наши заискивающие физии, тяжело вздыхает, понимая, что мы пришли за очередной ссудой.
- А чего ей вздыхать? Банк на наших ссудах такие пенки снимает, что они должны нам красную дорожку стелить, а не козью морду строить, - возмутился Беня.
- С нас такие же пенки, как с обезжиренного молока. Ты лучше скажи: какого черта ты пригласил этого напыщенного проходимца с его фифочкой? У нас же простая компания собирается. У тебя же Гришка как выпьет, так начнет ругать всех: правительство, банки, поликлиники, своего начальника марокканца... А говорит-то он как! Если его речуги пропустить через программу-цензор, которая матерные слова заменяет на “пи-пи”, то останутся только предлоги и одно слово - дерьмо. Гришка уверяет, что оно вполне литературное.
А твоя любимая тетя Фаня? Ей достаточно пробку от водки понюхать, и все - раскраснеется, скинет туфли и давай плясать. Ты перед этими хмырями только опозоришься.
- Ладно, - примирительным голосом сказал Беня, - что сделано, то сделано, назад не вернуть. Может, все пройдет нормально.
Сказать честно, все прошло достаточно сносно. И Гришка не сильно буянил, и тетя Фаня после гипертонического криза вела себя спокойно. Марк пришел один и сидел весь вечер в сторонке, поглядывая на всех свысока и снисходительно улыбаясь. И хотя его крыса на наше торжество не явилась, он подарил Бене чек на сумму, которая покрыла три заказанных места. Я была очень довольна, а Бенька наоборот - расстроился.
- Глупая ты баба, Роза, хоть и книжки умные читаешь. Если такие люди, как Марк, дарят денег больше, чем следует, - жди подвоха.
- Не умничай, - ответила я. - Он не дурак, знает, что мы слишком хорошо его изучили, чтобы еще раз поддаться на его авантюры.
Лет десять назад Марк втянул нас в какую-то финансовую пирамиду. Это удовольствие обошлось нам в пять тысяч шекелей, то есть в одну (на тот момент) полную зарплату мужа, да еще мы потратили кучу нервов. Марк тогда представил себя такой же несчастной жертвой, как и мы. Но, судя по тому, как улыбалась его тогдашняя подружка Верка, он нам лапшу на уши вешал. Однако доказательств у нас никаких не было.

А ведь как в воду глядел мой мужик-то. Только на этот раз все оказалось круче.
Месяца через два, аккурат в пятницу, когда Беня заварил свой знаменитый кофе и разлил по чашкам, мы сели на диванчик и приготовились смотреть “Семь сорок” по русскоговорящему каналу, вдруг раздался резкий звонок телефона. Я молча посмотрела на мужа, давая понять, что брать трубку не собираюсь, потому что в такое время мне не звонят. Бенька недовольно буркнул что-то, но трубку поднял.

Я назло врубила полный звук. Постная физиономия мужа и фальшивая улыбка на лице говорили о том, что он не слишком рад слышать голос звонящего.
- Верно кто-то из моих, - подумала я.

Но поговорив пару минут, он что-то записал в записную книжку и положил трубку.
- Кто это? - спросила я, уменьшив звук.

Он махнул рукой.
- Да вот Марик, очевидно, решил, что мы достаточно попользовались его денежками. Пора бы и отдать их законному владельцу. Он, видишь ли, пригласил нас на свое шестидесятилетие в ресторан...

Легко сказать - пригласил. У них там, небось, така-а-я публика, а мне надеть совершенно нечего. Пришлось побегать по всем торговым центрам города в поисках приличного прикида.
Бенька ходил со мной мрачный, и только приговаривал:
- От этого жлоба одни расходы. Какой бес попутал меня связаться с ним?

И, вздыхая, добавлял:
- То ли еще будет!

Первый шок мы получили, когда нашли это заведение, которое Марик снял для юбилея. Оно находилось где-то на задворках промышленной зоны Ашкелона - небольшое двухэтажное здание с видом на какую-то маленькую фабрику, которая в темноте казалась гарнизонной тюрьмой.
- Да что эта Лилька с нашим Мариком сделала? - схватившись за локоть мужа, я с трудом вытаскивала из сыпучей гальки тонкие каблуки своих новомодных дорогущих туфель, - он же на себе, любимом, никогда не экономил.

Я споткнулась.
- Вот буржуи экономные, блин. Что такое, свободных денег не было - все в обороте? Если я поцарапаю свои новые итальянские туфли, потребую вознаграждение за материальный ущерб. И не приму взамен никакое китайское дерьмо - только равноценный обмен.
- Не обольщайся, те, что на твоих ногах, наверняка, тоже китайские, - Беня даже не смотрел на меня.
Я видела его профиль и заметила, как его тонкие ноздри чуть подрагивали, словно у охотничьей собаки, которую хозяин вывел на прогулку, а она чует, что предстоит охота.
Молодой мужчина в форме охранника осмотрел мою сумку, спросил Беню, есть ли у него личное оружие и, проведя вдоль костюма специальным прибором, пропустил внутрь. Обычная процедура в Израиле. Хотя что-то во взгляде охранника мне не понравилось, но я не могла понять, что именно.

Внутри зала было в общем-то вполне уютно. Правда, все вокруг, несмотря на добротность, подходило под определение “остатки былой роскоши”.
Марик в шикарном костюме с красной бабочкой и Лиля, на этот раз выкрашенная в рыжий цвет, в черном вечернем платье с заколотой где-то в районе декольте огромной брошью с бриллиантами, встретили нас у входа в зал и подвели к сидевшим за столом гостям. Других посетителей, кроме сидевших за нашим большим столом, в зале не было. Видимо Марик, как и мы, закрыл зал для своего юбилея. Может, и он нас пригласил для ровного счета?
Нас с Беней представили как старых друзей и посадили в конец стола.

Познакомившись с остальными гостями, мы получили еще один шок. Такой разношерстной компании я еще не встречала. Как правило, большинство гостей на юбилее бывают объединены между собой родственными связями, часто это - сослуживцы или друзья детства, иногда - соседи. Но чтобы все гости познакомились прямо на вечеринке!.. Подобного я не видела! Создавалось впечатление, что хозяева просто взяли телефонную книжку, открыли ее наугад и пригласили всех знакомых, вписанных туда в разное время.

Все гости были хорошо знакомы с Мариком, Лилю раньше видели очень немногие. Ну, еще бы. После того, как Софа отказалась дать ему развод, потребовав через адвоката в виде отступного половину имущества, а Марик показал ей фигу, он стал менять гражданских жен каждые два года, почти одновременно с машинами.
Поначалу гости робко жевали салатики и запивали лимонадом. Но вот один из них поднял первую рюмку за юбиляра. И пошло, поехало...

То ли еда в ресторане была вкусной, то ли мысль о том, что кругом только незнакомые люди, с которыми вряд ли еще раз встретишься, но народ потихоньку раскочегарился, и пошел уплетать подаваемые один за другим горячие блюда, обильно запивая их горячительными напитками.

Живой музыки не было. Вместо нее один из официантов периодически подбегал к стойке, которая в обычное время служила баром, и менял диски.
Я тоже было включилась во всеобщую эпидемию обжорства, но напряженный взгляд Бени остановил меня.
- Что с тобой? - спросила я его на ухо. - Мы такие бабки дали этому хмырю, можно есть и пить в два горла. В этой дыре две порции столько не стоят.
- Ты обратила внимание, куда Марик конверты с деньгами дел?
- Ну да. Крысе своей отдал, чтобы она в сумку положила. Ты лучше объясни, почему это она ходит сегодня сама не своя. Хоть бы один раз улыбнулась для приличия, мымра. Мне вообще кажется, что Марик свой юбилей несколько раз справляет, каждый раз приглашая разную публику, чтобы денег больше наварить.
Брови Бени взметнулись ввысь.
- Ты думаешь?

Но тут наш разговор был прерван каким-то толстяком, который влез на пустующий пятачок сцены.
- Господа, прошу внимания, - он поднял руку, призывая тишину в зале. - Меня зовут Давид Тенгизович, я - хозяин этого ресторана. Уважаемый Марк Рафаилович - мой старый знакомый. Когда-то мы с ним дружили, но жизнь сложилась так, что однажды его женщина сбежала ко мне. Ты извини Марк, что я при всех рассказываю об этом. Ведь это уже в прошлом. Ты же знаешь, что потом она сбежала и от меня...

Вдруг я услышала прямо за своей спиной глухой звук упавшего на пол предмета и резко обернулась. У стенки, прямо за мной, стояла Лиля; ее небольшая белая, украшенная бисером сумка, валялась на полу. Увидев приближающегося к ней Марка, она резко нагнулась, подняла сумку и быстро пошла в сторону женского туалета.
- А сейчас, - продолжал свою речь хозяин ресторана, - я хотел бы пригласить на сцену нашего уважаемого Марка Рафаиловича, который не помнит зла и не просто пригласил меня на свой юбилей, а узнав, что я только что приобрел вот это заведение, согласился провести здесь свой юбилей. Тем самым оказал мне огромное уважение и сделал, так сказать, рекламу ресторану...
Толстяк первый зааплодировал приближающемуся юбиляру. Народ за столом с удовольствием поддержал аплодисменты.
- Клянусь тебе, Марк, я перед всеми людьми говорю, - толстяк прямо светился от счастья, - ты еще узнаешь, каким я могу быть благодарным.
Юбиляр протянул было руку к микрофону, но тут подбежавший шустрый старичок почти вырвал его из рук и заскрипел на весь зал.
- Я тоже хочу рассказать о Марике, господа. - Старичок хитро улыбнулся, словно знал какой-то секрет, о котором никто из присутствующих и не догадывался. - Когда он начал делать свои первые самостоятельные шаги в должности маклера, я был одним из его первых клиентов. Ты помнишь, как предлагал мне одну квартирку на Жаботинском?
Старичок повернулся к юбиляру, который утвердительно закивал.
- Старый Мойше, - говорящий ударил себя в грудь, - почувствовал что-то неладное и попросил сына проверить квартирку. И что? Оказалась - она проблемная. Один из трех наследников решил втайне от других продать ее и умотать за границу. Я понял, что наш молодой маклер просто неопытен и наивен, и не знает, на что способны дети Адама. Я ему тогда открыл глаза и он мне десять раз “спасибо” сказал. Так я предлагаю выпить за человека, который не только не помнит зла, как правильно заметил предыдущий оратор, а умеет быть благодарным за сделанное ему добро!

Старик поднял кверху бледный указательный палец и расплылся в улыбке, ожидая аплодисментов. А к сцене уже пробиралась полная пожилая женщина... Но хозяин ресторана опередил ее, объявив о сюрпризе для юбиляра.

В этот момент усатый повар вкатил в зал тележку с вертелом, на котором аппетитно светилась прожаренная половина тушки барана.
- Всех желающих прошу подойти с тарелками, - объявил хозяин.

И хотя прорвавшаяся все-таки к микрофону тетка верещала свою историю о “Маричке”, ее уже мало кто слушал. Гости выстроились в очередь за источающей аромат грузинских специй и чеснока бараниной...

Когда Марк после замолкнувшей наконец дамы взял слово, гости постарались соблюсти приличия. Те, что уже сидели за столом, с сожалением оторвались от вкусного блюда и захлопали. Те же, что стояли в очереди, попытались это сделать, не выпуская тарелок из рук.
Марк поблагодарил всех за оказанную ему честь и сошел со сцены...
- Роза, - я быстро проглотила кусок баранины и обернулась.
Марик, подошедший ко мне, выглядел озабоченным.
- Ты Лилю случайно не видела?
- Нет, - замотала я головой и уже собиралась вернуться к еде, но, вспомнив, сказала: - Она же в туалет пошла. Уже минут как пятнадцать- двадцать.
- Ты не могла бы заглянуть туда и посмотреть, что она там делает так долго.

Я кивнула. Хотела было оставить свою сумочку Бене, но его поблизости не оказалось.
В смежном с туалетом предбаннике никого не было. Несколько больших зеркал в ажурных рамках, укрепленных вдоль стены, показали мое отражение и напомнили о том, что помада на губах давно стерлась.

Я подошла к зеркалу, вытащила из сумки помаду и подвела губы.
- Вот дура, - подумала я. - Решила, что иду в изысканное общество, и накупила дорогих вещей. На фиг мне эта помада за стольник? Я бы у нашего Юваля пять штук за те же деньги взяла.
И вдруг... В соседнем зеркале я увидела отражение проема, ведущего в туалет. На полу возле закрытой двери одной их кабинок лежали черные туфли. Не просто так лежали. Они были на ногах, и я уже начинала догадываться, на чьих...
Мирьям ХЕЙЛИ
Продолжение в следующем номере