Дело Чести

В мире
№37 (804)

В августе Высший армейский суд обрушился с беспрецедентными обвинениями на главного военного прокурора Авихая Мандельблита и генерала Гади Шамни, обвинив их в попытке помешать ходу следствия и повлиять на показания свидетелей. То есть по сути в тяжких уголовных преступлениях. Мандельблит и Шамни, разумеется, эти обвинения отвергают и говорят, что действовали исключительно в интересах защиты “чести и чистоты оружия ЦАХАЛа”. Но правда заключается в том, что дело лейтенанта Малуля навсегда останется грязным пятном на мундирах этих двух генералов. Да и не только на них.

В сентябре 2008 года банда палестинских террористов, пришедшая из деревни Кидум, обстреляла жителей поселения Кдумим. Любой начинающий офицер знает, что когда происходит нечто подобное, счет начинает идти даже не на минуты, а на секунды: с каждой секундой возрастает шанс того, что террористам удастся скрыться. В этой ситуации подразделение батальона “Шимшон” под командованием лейтенанта Адама Малуля входит в деревню Кидум и производит арест нескольких местных жителей, подозреваемых в причастности к теракту. Малуль прямо на месте проводит допрос, в ходе которого кричит на арестованных, хватает их за отвороты рубашек, отбрасывает в сторону и т.д.

Ничего нового в этом нет - именно с помощью такого давления на задержанных обычно и удается получить от них ценную информацию, а если среди них есть террорист, зачастую он, не выдержав давления, так или иначе выдает себя. Таким образом, Малуль действовал в пределах принятых правил игры, но с подачи израильских правозащитных организаций в итоге оказался на скамье подсудимых вместе со своим бойцом Авитаром Гадаси.

В качестве одного из свидетелей в суд был вызван командир полка Итай Вайруб, поспешивший встать на защиту своего подчиненного. На вопрос о том, оправдывает ли он излишнее применение силы, Вайруб ответил, что, безусловно, не приемлет безосновательной и беспричинной агрессивности, но считает ее допустимой до тех пор, пока этого требуют интересы безопасности Израиля и его граждан. К примеру, в ходе допроса задержанных применение силы может быть вполне оправдано и даже необходимо.

Выступая перед судьями, полковник Вайруб не удержался от вечной иронии боевого офицера по отношению к сидящим в своих уютных кабинетах “тыловым крысам”.
- Мне кажется, господа, что вы чуточку наивны, - сказал он. - Сегодня утром без пятнадцати четыре я вместе со своими офицерами и солдатами вышел на операцию по аресту террористов и до сих пор живу тем, что нам довелось за эти часы испытать. Понимаете, есть некоторая разница между тем, что вы называете “насилием” здесь, в зале суда, и тем, что происходит в боевой обстановке. Допрос - это всегда относительно агрессивная процедура. Порой необходимо наорать на подследственного, чтобы он заговорил, порой с силой прижать его к стене, а порой и ударить. Только очень наивный человек может думать, что можно проводить допрос вообще без применения силы...

Это была честная и достойная речь, но полковнику пришлось расплатиться за нее по полной программе. Адвокат леворадикальной организации “Еш дин”, известный защитник палестинцев Михаэль Сфард немедленно привлек внимание израильских СМИ к словам Вайруба. Сразу после этого в газетах, в Интернете, на радио и ТВ началась настоящая свистопляска - мол, высокопоставленные офицеры ЦАХАЛа сквозь пальцы смотрят на насилие по отношению к мирному палестинскому населению.

Лейтенант Малуль был приглашен в телестудию, где один из ведущих израильских журналистов с усмешкой задал ему вопрос, не почувствовал ли он, что теряет человеческий облик, когда избивает ни в чем не повинных людей?

- Мы ведем войну на выживание и при этом никогда не позволяем себе проявлять насилие по отношению к ни в чем не повинным людям. Но я не могу назвать ни в чем не повинными людьми тех, кто стрелял в еврейских поселенцев с целью убить их. Когда ты оказываешься в арабской деревне и пытаешься выяснить у террористов, куда они спрятали оружие, а они плюют тебе в лицо и оскорбляют тебя, ты обязан показать им, что контролируешь ситуацию и можешь с легкостью их успокоить. Если они почувствуют, что ты слаб или боишься их, все может закончиться самым страшным образом. Так меня учили, - ответил Адам Малуль. И, согласитесь, это тоже был достойный ответ.

Когда в том же интервью Малуля спросили, не сожалеет ли он о своем поступке, он прямо ответил:
- Нет. Мне не о чем сожалеть. В ходе следствия мне пытались внушить, что я сделал что-то недостойное, или что, окажись я заново в той же ситуации, поступил бы иначе. Но это не так. Если бы я не сделал то, что сделал, евреи оказались бы в опасности, и вот тогда я бы действительно чувствовал, что не выполнил свой долг по защите наших граждан. Тот, кто меня критикует, просто не знает и не понимает, что на самом деле сегодня происходит в Иудее и Самарии. В силу своего склада характера мне трудно поднять руку на другого человека, в том числе на палестинца. Я всегда говорил своим солдатам, что мы должны держаться в рамках морали даже по отношению к террористам. Но в тот день я сделал то, что должен был делать, и сожалеть мне не о чем.

Но свистопляска в СМИ продолжалась, и главный прокурор ЦАХАЛа Авихай Мандельблит и командующий Центральным округом Гади Шамни, видимо, решили пойти у них на поводу. По указанию Мандельблита генерал Шамни вызвал к себе полковника Вайруба и вынес ему выговор с занесением в личное дело и с приостановлением продвижения по службе за то, что тот своими показаниями в суде нанес ущерб ЦАХАЛу. Однако адвокату Сфарду этого показалось мало, и он подал в Верховный суд иск с требованием возбудить уголовное расследование против полковника Вайруба и командира батальона Шимона Аруша. Мнения членов Верховного суда разделились. Судья Салим Джубран считал требование Сфарда справедливым, а судья Ханан Мельцер настаивал на том, что для открытия расследования против Вайруба и Аруша нет никаких оснований. Впрочем, прения в Верховном суде были уже излишними - главный прокурор ЦАХАЛа Мандельблит, похоже, так хотел заслужить доброе слово от израильских журналистов, что сам к тому времени дал указание начать такое расследование.
Все это, по-видимому, сломало обоих офицеров, потому что на процессе над Малулем и Гадаси, возобновившемся в марте 2010 года, их показания разительно отличались от тех, что они давали прежде. По сути на этот раз они бросили своих солдат на поле боя, пусть этим полем служил теперь зал суда.

Вдобавок ко всему, суд тоже, очевидно, оказался под влиянием волны, поднятой СМИ. Он отверг утверждение защиты о том, что действия обвиняемых носили характер, вполне пропорциональный угрозе, которая исходила от террористов, признал обоих виновными и приговорил Гадаси к разжалованию в рядовые и 65 дням тюремного заключения, а Малуля - к 64 дням гауптвахты и 32 дням домашнего ареста.

Но если лейтенант Адам Малуль в итоге тоже сломался и готов был принять этот приговор, то Авитар Гадаси решил подать апелляцию в Высший армейский суд. Полковник запаса Уди Бен-Элиэзер, адвокат Гадаси, поднял все материалы процесса и задался вопросом: почему суд не принял в расчет первоначальные показания полковника Вайруба и подполковника Аруша? Вслед за этим неминуемо должен был встать вопрос и о том, что побудило обоих офицеров изменить свои первоначальные показания. Ну а затем, разумеется, выяснилась та неблаговидная роль, которую сыграли в этом деле главный военный прокурор и командующий Центральным округом. Вывод напрямую следовал из текста той жалобы, которую генерал Шамни подал на полковника Вайруба. По мнению судей Верховного суда, оба они не могли не понимать, что своими действиями влияют на следствие, оказывают давление на свидетелей и мешают Малулю и Гадаси защищаться. Сейчас Мандельблит и Шамни, как уже было сказано, кивают друг на друга и утверждают, что были движимы самыми лучшими побуждениями. Видимо, как раз теми самыми, которыми известно куда вымощена дорога.

Барух Розин
“Новости недели”


Комментарии (Всего: 2)

Какое может быть "ДЕЛО" когда честь генетически отсутствует?

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Барух, ну ты вааще! Чмур, короче

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *