От Леонардо до Левина

Культура
№38 (805)

Если ваше высказывание не будоражит окружающих, можете вообще не высказываться
 Бернард Шоу

Колкий, острый на язык, аналитичный и злой в своих оценках, Бернард Шоу, чьи даже выдернутые из текста прозаические строчки-эпиграммы будоражили общество во всей его многослойности, заверял, что всегда был на линии огня политических и интеллектуальных конфликтов. Высказывания его частенько называли словесными карикатурами.
А вот карикатуры рисованные?

Честь и хвала их создателям – уму, прозорливости, остроумию, а зачастую и мужеству художников их сотворивших. Объять необъятное невозможно так же, как раскопать и показать все груды насмешливого творчества бесчисленных художников-юмористов, что накопило человечество за последние века, но музей Метрополитен собрал в своих залах удивительную коллекцию сатирических рисунков европейских и американских мастеров – от Леонардо да Винчи до американца Дэвида Левина (знаменитое это имя произносится с ударением на втором слоге).

Ну а ещё гремят тут такие имена, как Тьеполо, Гойя, Хогарт, Делакруа, Тулуз-Лотрек, Домье...
Вот с чем согласиться не придётся, наверно, никому, так это с той парой слов, которыми начинается длинное название экспозиции, – «Добрый юмор...» Вот уж нет! Милые, добрые дружеские шаржы найти трудновато.

Во всём гигантском представленном в Мет собрании (163 бесценных артефакта из музеев разных стран, из американских коллекций и фондов, но более всего – из собственных запасников) едва нашлось несколько считанных, по-настоящему дружеских набросков, рисованных в полной мере с тёплым юмором.
Это, прежде всего, та литография, где встречаются две равновеликие личности – Домье и Гюго.

Да не карикатура это вовсе! Просто в стилистике карикатуры, с доброй усмешкой, написал такой своеобразный, углублённо психологический портрет гениального своего друга Оноре-Викторин Домье, вознеся его на пьедестал – из созданных им, его прославивших книг.

Чуть-чуть поироничней, но тоже по-доброму и дружески «подкарикатурил» Бенжамэн Рубо Эжена Делакруа с его Медеей. Да вот ещё баталист Горас Вернэ, балуясь изредка карикатурами, исключительно, кстати, добрыми, исхитрился в рисунке со смешинкой известного в ту пору композитора показать значительность личности.
Может, вам (уверена, что посетят неординарную эту выставку многие) удастся отыскать ещё что-нибудь дружественное – как, говорится, Бог в помощь. Ну а мы направимся к той точке, где расположены рисунки, экспозицию открывающие.

Леонардо. Добрым и терпимым его не называли. Был к глупости, самонадеянности и пыжащейся бездарности беспощаден. Карикатур, в нашем понимании, не писал, но изловить у него какие-то элементы абсурдистских контрастов, юмористическое разрешение сюжета, сатирические намётки в его повороте, композиции, отдельных фигурах можно.
Особенно в эскизах. Как в этой, например, блистательно выполненной в сложнейшей технике кьяро скуро «Мужской голове в профиль».

Великим физиономистом был гений. Его потерянные рисунки мы чаще всего знаем по отличным копиям, некоторые из них – в экспозиции: гротескную голову Леонардо повторил Франциско Мельци, другие подобные наброски – чех Венцеслав Голлар, потом талантливый безвестный голландец, потом...

Совершенно для него неожиданные искромётные портреты-зарисовки завещал потомкам ещё один гений – Джанбатиста Тьеполо. Персонажей своих изобразил со спины. Уверена, что современники их узнавали, а мы просто изумляемся тому, как, не видя лица, чётко определяем: этот жирный тип – скупердяй и неряха, этот – легкомысленный ловелас и пустомеля, а тут вышагивает власть имущий жестокий самодур.

Голландец Питер ван дер Хейден в графическом своём шедевре, перерисовав знаменитую картину-гротеск Брейгеля Старшего, подчеркнул и усилил уже выявленную великим живописцем страшную и в то же время карикатурную сущность всех бьющихся за деньги и мерзость и подлость самой ситуации. А что, собственно, изменилось?
А потому совершенно закономерно, что мастерски закамуфлированные слабости и пороки человеческие, а уж тем более отсутствие достоинств очень жёстко и язвительно, со старательнейшим «копанием в естестве» наших уже современников в той серии карикатур, которая вынесена за пределы первого зала и представлена как совокупный логотип экспозиции.
Итак, кого же «раздели» пред очами публики знаменитые карикатуристы? Вот уж точно: «...когда нас поджарят, разрешит все вопросы сковорода».
Это что за глыба? Да, конечно же! Это ослеплённый немеренными властью и богатством Джей Пи Морган, финансист безусловно выдающийся, но человек жестокий, бессовестный и безжалостный. Джозеф Симпсон угадал в нём всё.

Зигфрид Волднек замахнулся на Буша. В бытность того президентом, между прочим. И показал – дутую значительность и попытку изобразить наличие мысли.
Ух, как подколол «классика» поп-арта Клаэса Ольденбурга Дэвид Левин, изобразив его лепную голову-короб с приоткрытой крышкой, куда всяк может подбавлять бредовые идеи.
Ещё один замечательный американский газетный карикатурист, поколением старше Левина, – Эл Гиршфилд. Вот нашёлся ещё один «добрый» рисунок: одной вроде бы небрежной линией сумел Эл показать, как вдохновенно и виртуозно покоряет рояль 94-летний Артур Рубинштейн.

И – в цвете – собрал Гиршфилд в одной, то ли доброй, то ли весьма  язвительной выразительнейшей групповой карикатуре кучу-тучу именитейших своих современников, многие из которых и нам знакомы: Эрнест Хемингуэй, Мэри Пикфорд, продюсер Сол Юрок, один из отцов Голливуда Дэррил Занук, Марк Шагал и даже Дуайт Эйзенхауэр в канун своего президентства.

Открывается и кое-что любопытное: оказывается, прославленный  тенор Энрико Карузо известен был и как карикатурист, чьи рисунки регулярно появлялись на страницах одной из нью-йоркских газет.

Но если доверимся мы властелину времени и вернёмся назад века на четыре, а потом будем шагать в обратном направлении к самим себе, то встретим усмешливые, звонко сатирические шедевры Франсуа Винсена, Питера ван дер Борха, потом плодовитейшего Томаса Роуландсона, Уильяма Хогарта, Гойи, Джеймса Гиллрея, Джорджа Вудворда, Уильяма Остина, экспериментировавшего с новой и в наше время успешно используемой формой карикатуры...

Дошагали наконец-то до XIX века, когда Домье, Делакруа, Дорэ, Гранвиль возвели разоблачительную политическую карикатуру на немыслимую прежде вершину, сделав её острейшим оружием в объявшей Францию политической борьбе. Живший тогда в Париже Николай Васильевич Гоголь писал в Россию: «Здесь всё политика».
Ну а посетив эту выставку, вы наверняка скажете: «Здесь всё – талантливая, убойной силы сатира».
Кстати, нередко и в наши дни актуальная. Напомню: музей Метрополитен находится на манхэттенской 5-й авеню между 82-й и 84-й улицами (поезда метро 4, 5, 6 до остановки «86 Street»).


Комментарии (Всего: 2)

Автор дал краткий анализ явления в живописи довольно распрасранённого и необычайно интересного и одновременно социальноо значимого.Нужно отметить,что это блесящий срез мало известного публике культурного слоя,который Шкляревская сделала аккуратно и последовательно подобно
хорошему археологу.Мне кажется,что хто зародыш искусствоведческой книги,которая,если будет написана станет явлением в познании ещё одной
грани великих и малоизвестных художниковв.10.10.2ö11

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
Спасибо. Очень интересно.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *