«Перед непознанным нами ликом». Михаил Шемякин

Культура
№39 (806)

В царстве воздуха! В равенстве слога глотку
кислорода! В прозрачных и сбившихся в облака
наших выдохах! В том мире, где звезда обретает
свой облик...
Иосиф Бродский

«Я торчу на стальной пружине...» Именно здесь, в нью-йоркском Сохо, на 81 Greene Street, в зале знаменитой галереи Mimi Ferzt, снова предложившей нам нечто особенное – экспозицию нашедших отображение в рисунках и акварелях метафизических изысканий, нет, исследований парадоксального человеческого мышления художника Михаила Шемякина, я по-настоящему, теперь уже глубоко и твёрдо, убедилась в нерасторжимой его связи с Иосифом Бродским. Гениальный поэт, так же как Шемякин, умел искать и находить «в провалах памяти, в её подвалах» осевшие крупицы оборотившегося мыслями золота. А уж их, поэта и художника, общность в нескончаемом поиске, в тщетных, увы, усилиях понять, что есть «бесконечность человека по обе стороны добра и зла» очевидна.

Прежде всего, я поняла, что такого Шемякина попросту не знала. Что он для меня абсолютно нов. Хотя, конечно же, на прежних его многочисленных, в том числе и в этой галерее, выставках его «Метафизическую голову» уже видела. Но одна, среди работ совсем иной стилистики и направленности, она не заставила надолго остановиться, вдуматься и попытаться раскодировать мысленный посыл художника. Хоть и подсказывало подсознание, что это философски осмысленная шифрограмма человеческого мозга, изрешёченного подступившими бедами, постоянными мучительными сомнениями, поисками решений, страстями, обидами и страданиями. Но трудную разгадку зачастую оставляешь на неопределённое «потом». И вот, это «потом» стало настоящим.

Нынешняя выставка у Мими Фёрзт названа коротко: «Метафизическая голова». Их, голов, то есть, метафизических притом, много. Рисунки-акварели, серия которых зачата была ещё в 1972-ом, год спустя после выдворения опального художника из кажущегося в ту пору всё ещё нерушимым Союза, но пятью годами позднее создания им знаменитого трактата «Метафизический синтетизм». Искусствоведы в штатском сочли трактат едва ли не антисоветчиной: ведь он был исследованием связи искусства с религией. К попытке глубинно познать все извивы, все неожиданные повороты и развороты человеческой мысли и рождающего её мозга возвращался Шемякин на протяжении двух десятков лет. Во всяком случае, последняя в экспозиции работа датирована 1992 годом.

Очень коротко о метафизике (вдруг кто-то подзабыл). Энциклопедия определяет её  как философское учение о недоступных опыту принципах бытия (тут я неожиданно для себя открыла, что принадлежу к клану метафизиков: моему опыту принципы нынешнего бытия, ну, никак не подчиняются, недоступны в абсолюте). Кроме всего прочего, является метафизика (опять же согласно выкладкам энциклопедии) противоположным диалектике философским методом, рассматривющим явления в их неизменности и независимости друг от друга и отрицающим внутренние противоречия как источник их равития.

Но если очень внимательно проследить, как в кажущейся запутанности линий шемякинских «Голов» и «Бюстов» (а каждая из по-змеиному извивающихся этих линий и есть обнажённый нерв) отражены наскакивающие друг на друга внутренние противоречия, любого из нас буквально раздирающие и фиксирующиеся мозгом (и сердцем, разумеется), то убеждаемся: отнюдь не в неизменности, а в развитии.

В  р а з в и т и и. Идём вдоль стены, на которой в строго хронологическом порядке выстроились – одна за другой – картины бурь, в мозгу нашем бушующих, всякий раз иных, потому что двух одинаковых катаклизмов не бывает.

И Шемякин,  исследователь по природе своей (ему присуждены три почётные докторские степени за энциклопедическое исследование образов различных времён и культур) показал, как меняются во времени взгляды, характеры, действия и противодействия – через их проекцию в мозгу. И Шемякин смог (смог!) всё усложняя и усложняя рисунок-исследование, выявить, проанализировать и схематически показать эти метаморфозы, эти неизбежные, порой тотальные изменения процессов, в мозгу происходящих, а значит, функций мозга и управляемого им поведения – во всех его проявлениях – отдельного человека во времени.

А так как человек, хочет он этого или не хочет, – это частица общества, то шемякинские рисунки уподобились движущимся кадрам, высветившим то, что произошло за это очень значительное для общества и для истории 20-летие. Сделал это Михаил Шемякин подробно, мучительно подробно, рисуя отражённое в мозгу, в нервах, в провальных, а иногда и удачей завершающихся порывах наших Время. А ведь «если время играет роль панацеи, то в силу того,что не терпит спешки». Бродский дополняет художника, 20 лет последовательно изучавшего въевшееся в мозги наши непрошедшее время, которое, хоть и не терпит спешки, но бежит куда быстрее, чем хотелось бы, и слишком часто преподносит сюрпризы не из приятных, а чаще всего, и вовсе устрашающие.

Те, кто умеет думать, – вперёд! Эта выставка для вас. Кстати, завершается она 12 октября, а ехать к галерее Mimi Ferzt надо поездами метро N or R до Prince Street.
А открывается экспозиция огромным живописным полотном. Абстракция? Поначалу непонятная даже. Но, вглядитесь! В сплетении линий проступает главный персонаж любой (талантливой, естественно) картины, любого романа и любой жизни – судьба. Но ещё большее впечатление произвёл на меня один из рисунков (как всегда, в дружном единении с акварелью), который можно расценить как на редкость точную по всем мысленным параметрам, по невероятному какому-то эмоциональному накалу иллюстрацию к поэме Бродского:
Значит, нету разлук. Значит, зря мы просили прощенья
У своих мертвецов...
Мама моя незабвенная, услышь меня!

***********************************************************************************************************

Chemiakin
METAPHYSICAL COMPOSITIONS 1973-1993
Открытие выставки в четверг 22 cентября, 6-8pm
Выставка продлится до 10 октября
MIMI FERZT GALLERY
81 GREENE ST NY NY 212 343 9377
WWW.MIMIFERZT.COM