Время выбирать камни. История драгоценных камней

Мир страстей человеческих
№43 (1070)

Шандарахнуть камнем по кокосу способна каждая обезьяна. Вот поэтому в процессе очеловечивания мира камни играют одну из наиглавнейших ролей. Разумеется, те самые первые люди сначала пользовались камнями,  которые по руку попадались.  При помощи камней можно было укокошить зазевавшуюся еду, выяснить отношения, например, раз и навсегда решить, кто в пещере хозяин, обустроить жилище, поразвлекаться. 

Потом научились делать из камней инструменты, и техническая мысль пошла развиваться полным ходом.  

Параллельно обнаружилось, что не все камни серы, как кошки ночью. Передовые строители развитого неолита начали вгрызаться в землю, чтобы выковырять из нее нефрит, жадеит, яшму, горный хрусталь, агаты, обсидиан и другие симпатичные камушки. 

Наиболее твердые из них, дающие при разломе острую кромку, шли на изготовление орудий для убиения четвероногих источников пищи и двуногих антипатичных личностей. Из красивых камней делались изображения божеств, руководящих природными стихиями. Надо ж было к ним подольститься, да и с просьбами легче обращаться к материальному воплощению могущественной силы, нежели метать желания в белый свет как в копеечку. 

А поскольку добро и зло – вечные спутники, то для отпугивания гнусных носителей последнего тоже были нужны обладающие волшебной силой предметы. Производство амулетов набрало такую силу, вес и скорость,  что благополучно добралось и до наших монотеистических времен. 

Камням приписывались определенные магические свойства. Одни защищали от врагов, другие изгоняли хворь, третьи привлекали удачу. 

Поскольку происходило это все задолго о того, как Кольт сделал людей равными, то тем, кто смог выделиться из общей массы, очень хотелось подчеркнуть свой статус, доставшийся либо в результате усилий, либо по наследству. Чтобы окружающие сразу и, желательно, издалека понимали, что перед ними не какой-нибудь лузер, а важная персона. 

Людей начали встречать по одежке. И, разумеется, по украшениям. 

Первыми увешивать себя побрякушками начали мужчины. И желание сменить ожерелье из ракушек на нечто более долговечное и менее доступное широкой публике привело к зарождению ювелирного ремесла. 

Следом за мужчинами и женщины сообразили, что красота – это еще полдела, что  в обрамлении блестящих побрякушек она будет куда более очевидной. А ее отсутствие окажется не столь заметным.

Возникшая на рубеже третьего и второго тысячелетий до нашей эры астрология тоже не оставила минералы без своего внимания и, войдя в силу,  прикрепила к каждому из двенадцати знаков зодиака свой камень, обладающий определенными магическими свойствами. Одним знакам достался камушек попроще, другим назначили что подороже. 

Впрочем, клиентами астрологов во времена стародавние могли быть лишь те, кто вполне способен был позволить себе и подороже. 

Да и ценность камней менялась со временем. Некогда гранат считался одним из самых-самых дорогих камней. Глубокий мясной цвет его был символом целительства. Уважающий себя военачальник царских кровей должен был иметь на случай ранения при себе оберег с гранатом –  вместо походной аптечки. 

И вообще гранат служил украшением лишь правителям - как символ права сосать кровушку верноподданного трудового народа. А сейчас гранатовые украшения по карману и студенточкам, живущим на стипендию.

Согласно результатам археологических изысканий, начиная со второго тысячелетия до нашей эры стали появляться ювелирные изделия с камнями-самоцветами – изумрудом, рубином, сапфиром и, позже всех, с алмазом. 

Природная форма самоцветов далека от тех искрящихся сложных многогранников, которые мы привыкли видеть в ювелирных украшениях. 

Естественно, ни пилить, ни резать столь твердые материалы  в те далекие времена люди не умели. Самой продвинутой технологией было, приложив немало усилий и как следует потратив время, раздолбать алмаз в мелкую крошку, наклеить ее на металлический диск и получившимся наждаком шлифовать самоцветы. 

Изобретение этого способа принадлежит ювелирам древней Индии. 

Со временем он получил широкое распространение и, в измененном виде, пережил века. 

Расплескивая трудовой пот цистернами, мастера со товарищи-подмастерья могли лишь слегка подправить природную форму драгоценных камней. А поскольку достичь большего людям оказалось не под силу, то появился и святейший запрет на изменение восьмигранной (октаэдрической) формы кристаллов. 

Нельзя сказать, что табуирование сие резко тормознуло развитие ювелирного искусства, ведь первые удачи по подпиливанию твердых самоцветов относятся лишь к началу пятнадцатого века. А до тех пор ювелиры довольствовались обработкой более податливых камней. 

Прекрасными образцами такой работы являются геммы – художественная резьба по камню.  Резчики воплощали в этом материале мифические сцены, изображения богов, героев, правителей. Представители знатного сословия заказывали у мастеров личные печати, питающие иллюзию неприкосновенности их корреспонденции.

В средние века управление народами поделили между собой мировые религии, строго регламентировавшие человеческую жизнь - от смутных мыслей простолюдинов до стратегических монарших решений. Камни обрели соответствующие функции. 

Булыжник, хоть и большей частью тихо лежал себе среди собратьев в редких тогда мостовых, но порой использовался для побиения провинившихся перед небесами индивидуумов. А более ценные камни руками мастеров (в Европах – как правило,  из монашеского сословия, на более продвинутом тогда в вопросах изящных искусств Востоке – из потомственных ювелиров) превращались в предметы культа и знаки власти. 

Свойства, приписываемые камням, разнились в зависимости от местности и, соответственно, источников информации, уходивших корнями в язычество. 

До наших дней дошли некоторые европейские средневековые сборники, описывающие мистические свойства камней. Такие сборники называли «Лапидариями». 

В то же время наиболее продвинутые ученые пытались классифицировать камни не столько по магическим, сколько по физическим признакам. 

Так Абу ибн Сина, великий персидский  ученый и врачеватель, завоевавший мировую известность тогда, когда никаких средств массовой информации не было и в помине, создал классификацию драгоценных камней, которая применялась до середины восемнадцатого века.   

Наиболее популярным среди знатных потребителей ювелирных шедевров был полихромный стиль – когда на одном изделии присутствовало несколько камней разных цветов.  

Драгоценные камни обрабатывали шлифовкой -  тем самым, изобретенным в Индии способом. Как правило, сошлифовывали наиболее плоскую сторону камня, в результате чего образовывалась гладкая площадка. В 1465 году фламандский ювелир Лодевик ван Беркем наконец додумался до способа фасетчатой обработки твердых минералов – огранки. Ювелирные украшения, наконец, заиграли той самой привычной нам красотой. 

Событие сие пришлось на начало эпохи Возрождения. Искусство и его носители начали осторожненько высвобождаться из-под руководящей и направляющей, а главное, карающей длани религий. Сословные ограничения на использование ювелирных украшений также ослабли. 

Разумеется, огранка не была столь совершенной, как сейчас. Мастера шли по пути наименьшего сопротивления. И только в шестнадцатом веке технологии привели к тому, что форма обработанного камня стала изрядно отличаться от исходной. 

С развитием геологии открывались все новые месторождения. Технологии добычи тоже не стояли на месте. Драгоценные камни перестали быть предметом вожделения только самых  знатных и богатых особ. Однако по-прежнему стоили дорого. Что и создало предпосылки к великой афере. 

В восемнадцатом веке австрияк Георг Фридрих Штрасс открыл способ «превращения» стекла в бриллианты. Куда там средневековым алхимикам, корпевшим над созданием философского камня в надежде понаделать золота из металлолома. 

Вводя в кусочки стекла свинцовые соли, Штрасс добивался благородного блеска. И чтобы уж совсем комар носа не подточил, на грани «бриллиантов» напылялся металл. 

Ограненные стекляшки были до того похожи на настоящие драгоценности, что умелец неплохо на них заработал.  А когда афера вскрылась, то он не только не получил пинка от закона, но, напротив, был обласкан властями и в итоге стал королевским ювелиром. А детища его получили имечко своего создателя – стразы. 

В конце девятнадцатого века появились первые синтетические камни, выращенные французом Эдмоном Фреми из расплава оксида алюминия. Однако отцом-основателем технологии взращивания искусственных самоцветов считается другой француз, Огюст Вернейль. 

В начале двадцатого века он смог в своей лаборатории вырастить сначала рубины, а затем получил и корунд. Сырьем, как и у Фреми, был вовсе не углерод, которым пользуется матушка-природа, а окись алюминия и окись хрома. И для процесса выращивания не потребовалось закапывать сырье на многие километры вглубь земли или воздействовать на него давлением в полсотни тысяч атмосфер.  Вернейль использовал высокие температуры – 2000 градусов, получаемые на водородной горелке. Камни не имели дефектов, свойственных минералам, и поражали воображение размерами.  

Технология довольно быстро была обкатана, дополнена и внедрена, после чего синтетические рубины, сапфиры, изумруды, александриты и прочие сверкающие камушки  украсили ушки, шейки и пальчики модниц, не обладавших сверхтугими кошельками или крайне состоятельными ценителями их красоты. 

Техпроцесс искусственного получения алмазов из углерода в том виде, который применяется и в настоящее время, появился в середине прошлого века. Однако алмазы, изготовленные таким образом, используются в основном для производства абразивных материалов.

Префикс «нано», хоть и был закреплен в Международной системе единиц аж в 1960 году, в обыденной речи укоренился не так давно. Представить что-то нанообразное нам, мыслящим в километрах и милях, литрах и пинтах, килограммах и фунтах, довольно сложно. Шутка ли: одна наносекунда – это одна миллиардная доля секунды, за которую и в затылке почесать не успеешь.

А нанометр? Одна миллиардная доля метра. 

Разница как между благосостоянием человека, у которого всего один доллар, и того, у которого их миллиард.  

Нанотехнологии проникли и в мир создания драгоценных камней, что позволяет надеяться на формирование исторического плана по обеспечению всех и каждой бриллиантовым ожерельем. 

Впрочем, нет, не позволяет. Но результаты исследований довольно интересны. Ученые из университета Райс (Хьюстон, Техас), экспериментируя с углеродными нанотрубками – полые трубочки из углерода диаметром в несколько нанометров – получили в итоге алмазные нанокристаллы идеальной структуры. 

Крохотные, конечно. Только в микроскоп их и видно. Но умные люди что-нибудь еще придумают. И, может быть, как во время попыток создать философский камень был изобретен фосфор, так и при проведении очередных высокотехнологичных опытов побочным продуктом окажутся самоцветы, неотличимые от тех, что зреют глубоко-глубоко под землей.

Прошлое мы измеряем тысячелетиями и веками, настоящее – годами и днями. Настоящее – близко и ощутимо. И меняется очень быстро. Еще недавно черно-белый телевизор был роскошью, а сегодня у младших школьников в карманах крутые смартфоны.  

Меняются и судьбы камней. И простых, и драгоценных. Искусственные материалы вытесняют их понемногу.

И все-таки хочется нам и дом из настоящего камня, и авторскую драгоценную камею под воротничок, и настоящих бриллиантов на пальцы.

Ирина Грановская