Право на прошлое

Америка
№81 (1212)

Легислатура штата Нью-Йорк рассмотрит законопроект, который разрешит усыновлённым и удочерённым детям узнавать правду о биологических родителях и других кровных родственниках по достижению совершеннолетия. Впервые подобный билль появился в 1993 году и с тех пор изредка всплывал в Сенате и Ассамблее, получая большинство голосов "против".

Штат Нью-Йорк начал скрывать информацию о биологических родителях детей, воспитываемых в приёмных семьях, в период губернаторства (1933-1942) Роберта Лемана. Инициаторами закона стали ещё существовавшие в те времена приюты, а также католическая церковь и сообщества психологов. Все лоббисты утверждали, что правда о биологических родителях нанесёт детям непоправимый урон, так как большинство матерей сирот - проститутки, а отцов - преступники. Следовательно, куда безопаснее создать для приёмных детей миф о героически погибших родителях. Ребёнок будет гордиться, если узнает, что его настоящий отец погиб на фронте, а благородная и любящая мать, например, умерла от рака.

Ещё одной причиной для наложения грифа секретности на прошлое приёмных детей стали биологические отцы и матери, которые встали на путь истинный  и решили вернуть уже привыкших к приёмным родителям детей. Такие истории часто заканчивались убийствами и самоубийствами. Загруженные работой нью-йоркские судьи ненавидели вести процессы о делёже детей между биологическими и приёмными родителями. Поэтому когда Леман предложил судьям засекретить прошлое детей, оказавшихся в приёмных семьях, те сразу же согласились.

Многие читатели даже не представляют, с какими трудностями сталкивались взрослые приёмные дети на протяжении последних восьми десятилетий. В качестве примера можно привести жительницу апстейта Кэтрин Т., которая с 1980 года пытается узнать правду о биологических родителях.

Кэтрин родилась в 1962 году и почти сразу же попала в приёмную семью Джона и Элизабет Т. В её свидетельстве о рождении приёмные родители числятся биологическими. Сама Кэтрин узнала, что воспитывалась в приёмной семье только в день своего совершеннолетия. Джон и Элизабет решили, что взрослая 18-летняя девушка должна узнать правду. Впрочем, всей правды приёмные родители так и не рассказали. Они удочерили Кэтрин через специальное агентство, которого уже давным-давно не существует.

Таким образом, ни одной зацепки для обнаружения биологических родителей у Кэтрин не оказалась. Она наняла адвоката и попыталась добиться справедливости через суд. Первый иск девушка подала в адрес штата Нью-Йорк, который выдал заведомо лживое свидетельство о рождении.

Иск был отклонён на досудебной стадии. Эксперт по нью-йоркскому законодательству объяснил, что заведомо ложные Birth Certificates - норма, когда речь идёт о детях из приёмных семей. Это необходимо для спокойствия как опекунов, так и детей. Что касается биологических родителей, то о них стоит думать в последнюю очередь. Если ребёнок оказался в приёмной семье, то для этого были весомые причины и лучше не ворошить прошлое, пытаясь установить эти самые причины. 

Кэтрин была шокирована услышанным и спросила, существует ли вообще реальный сертификат о её рождении. Эксперт ответил, что все Birth Certificates нью-йоркских сирот хранятся в штатных архивах, и получить к ним доступ можно только через суд.

Кэтрин подала второй иск и проиграла его за один день. Консервативный судья из апстейта так и не смог понять, зачем взрослой 20-летней девушке, которая учится, работает и готовится рожать ребёнка от своего мужа, потребовалась информация о биологических родителях.

Кэтрин пыталась объяснить, что просто хочет знать правду и восстановить свою родословную. В частности, ей очень хотелось узнать настоящие фамилии отца и матери. Это помогло бы восстановить иммиграционное древо. Белая Кэтрин даже не знала, какая именно кровь течёт в её венах: ирландская, итальянская, голландская, еврейская, русская или может быть сразу несколько кровей. Судья отверг все доводы и посоветовал девушке сосредоточиться на своём настоящем и будущем.

В этом году Кэтрин исполнилось 57 лет. Она по-прежнему не знает, кем именно являются её биологические родители. Суды Нью-Йорка отказывают ей в доступе к оригинальному сертификату о рождении и объясняют это нежеланием создавать прецедент.

В 2017 году Кэтрин была уверена, что осуществит свою мечту. Тогда билль о легальности получения оригинальных Birth Certificates совершеннолетними людьми, выросшими в приёмных семьях, прошёл в двух Палатах штатной легислатуры и оказался на столе губернатора Куомо. Однако приёмные семьи с несовершеннолетними детьми стали так активно давить на главу Имперского штата, что он наложил вето на законопроект, который являлся выражением здравого смысла.

Тогда Куомо повёл себя трусливо и цинично.

Во-первых, он боялся проиграть на выборах 2018 года. Решение было мотивировано исключительно собственной выгодой. Он отказался помочь десяткам тысяч людей, оказавшихся в положении Кэтрин.

Во-вторых, разгорающийся скандал Куомо скрыл с помощью молниеносно развернувшейся кампании в поддержку абортов. Мол, чем меньше нежелательных детей - тем меньше сирот. Чем меньше сирот - тем меньше приёмных семей. Чем меньше приёмных семей - тем меньше искателей правды вроде Кэтрин.

Финальное голосование о снятии грифа секретности на прошлое взрослых приёмных детей должно состояться после летних каникул. Подпишет ли билль Куомо, который, кстати, имеет законодательную возможность избираться на пост губернатора бесчисленное количество раз - большой вопрос. Если у главы Имперского штата всё-таки хватит смелости рассекретить прошлое приёмных детей, то ему придётся держать оборону перед десятками тысяч разгневанных опекунов.

Что касается Кэтрин, то она по советам пользователей социальных сетей собирается нанять частного детектива, который через коррумпированных клерков и архивных экспертов узнает всю правду. На справедливость и здравый смысл Кэтрин больше не рассчитывает.

Евгений Новицкий