ГЕЙШИ и ПОЛИТИКИ

Легко ли быть современной женщиной?
№28 (376)


Опрос, проведенный газетой «Асахи», показал, что среди различных профессий по рейтингу доверия японские политики занимают одно из последних мест, наряду с гадалками и прорицателями. В то же время прагматичные японцы пришли к выводу, что по своей природе политика - это «грязный», но необходимый бизнес. Они уже привыкли к постоянным скандалам, связанным с коррупцией в верхах. Однако личная жизнь политиков, в отличие от западных стран, не оказывала какого-либо значительного влияния на отношение к ним избирателей. Это, конечно, не означает, что японские политики ограничиваются семейной жизнью и не имеют женщин на стороне.

В течение ряда веков в Японии существовало разделение женщин: одни предназначались для семьи, другие - для свободной любви, или, вернее, для секса. В средневековой Японии эта любовь была связана, прежде всего, с материнской заботой о детях, а не с отношениями между мужчинами и женщинами. Даже самый сложный иероглиф, обозначающий любовь, состоит из двух более простых иероглифов – матери и ребенка.
Традиционная культура Японии давала большие возможности мужчинам пользоваться услугами жриц любви. На протяжении многих веков их предоставляли «веселые кварталы» Токио и Осака. В древней столице Японии – Киото, в многочисленных школах обучали японских куртизанок высокого класса. Маленьких девочек учили играть на национальных музыкальных инструментах, петь, вести светские беседы; однако они становились профессиональными гейшами, когда обретали богатого покровителя. С точки зрения японской морали, такие связи являлись совершенно нормальными, и популярность гейши повышала роль её патрона в обществе. Жены не только не устраивали сцен ревности, но с улыбкой расплачивались, когда девушки приводили загулявшего мужа домой.
Недавно в Лондоне вышла книга «Гейша, которая очаровала Запад». Она посвящена жизнеописанию японской куртизанки по имени Садаяко, жившей на рубеже XIX и XX веков и получившей широкую известность в европейских странах как актриса, певица и танцовщица. Её «карьера» началась в 13 лет, когда она стала любовницей первого, после революции Мэйдзи, премьер-министра Японии Хиробуми Ито.
После войны проституция в Японии была официально запрещена, «веселые кварталы» сожжены, институт гейш также претерпел значительные изменения и приспособился к новым европеизированным нормам морали. Японию обычно называют «витриной демократии» в Азии. С этим утверждением нельзя не согласиться, но следовало изменить в нем порядок слов - «витриной азиатской демократии». В течение послевоенных лет японцы адаптировали западные демократические ценности к своей традиционной культуре, морали, этике, которые и диктуют нормы поведения японских политиков. Большая японская политика делается, в основном, не в парламенте или правительстве, а «за кулисами», на циновках, в небольших ресторанчиках, расположенных в узких улочках старых кварталов Гиндзы и Акасака. Японская иерархическая система способствовала тому, что премьер-министрами становятся политики в довольно преклонном возрасте. Поэтому сведения о том, что они имеют любовниц, должны свидетельствовать об их потенциальных возможностях во всех областях. Так, в начале 60-х годов японские журналисты попытались использовать западные методы предвыборной борьбы и обвинили тогдашнего премьер-министра Мики, - ему в то время было за 70 лет - в том, что у него две любовницы. На что Мики, к большому удовлетворению избирателей, ответил, что у него не две, а пять любовниц.
Не удивительно, что прагматичные японцы не могли понять, почему американцы так ополчились против связи президента Клинтона с молодой женщиной, в то время когда экономика США процветала. Именно в этот период рейтинг американского президента в Японии достиг своего пика.
Наиболее значительный сексуальный скандал в послевоенной Японии был связан с «аморальным поведением» премьер-министра Уну в конце 80-х годов. Кстати сказать, он был единственным премьером, который находился после войны в советском плену и написал об этом периоде своей жизни роман (позднее на его основе был сделан фильм). Гейша, с которой был близок Уну - ему в это время было 75 лет - написала в одну из газет о том, что он не сдержал своих обещаний предоставлять ей ежемесячно определенную сумму денег. Но вот что примечательно: в письмах, которые в большом количестве стали приходить в редакции газет от японских женщин, их возмущение было направлено не на защиту семейных ценностей, а против нечестного поведения японского премьера по отношению к своей любовнице. И во время очередных парламентских выборов японские избирательницы, обычно поддерживавшие правящую консервативную партию, голосовали против её кандидатов, и впервые за послевоенный период, ЛДП лишилась большинства в верхней палате, а сам Уну - поста премьер-министра.
Предыдущий премьер-министр Мори был самым непопулярным главой правительства Японии в послевоенный период. Его отставке способствовала появившаяся в одном из таблоидов информация о том, что 40 лет назад, когда Мори был еще студентом, он был задержан полицией в одном из «чайных домиков». По правде говоря, эта информация прошла бы незамеченной, если бы премьер-министр не решил подать в суд иск на журнал, требуя опровержения и компенсации в сто тысяч долларов за нанесенный ему моральный ущерб. К его несчастью, полиция подтвердила достоверность публикации в журнале и его обвинили в намерении через суд получить деньги от японских налогоплательщиков.
Заменивший Мори на посту премьер-министра нынешний премьер-министр Коидзуми не только не скрывает своих амурных похождений, но, наоборот, включает их в свой имидж политика нового типа. Японцам изрядно надоели безликие политики, лишенные какой-либо индивидуальности. Его свободная прическа, а-ля Бетховен, модные костюмы, увлечение тяжелым роком и караокэ привлекли к нему внимание молодежи и особенно женщин. Даже его личная жизнь не повлияла на его рейтинг. Коидзуми развелся 20 лет назад со своей женой, известной джазовой певицей, и не намерен бросать холостяцкую жизнь. Он проводит немало времени в ночных барах. Даже сообщение, появившееся в газетах о том, что в начале 90-х годов молодая гейша, его любовница, покончила с собой, так как якобы он не захотел на ней жениться, не сказалось на его рейтинге. Популярность политика, которого на Западе назвали бы плей-боем, говорит о значительном изменении самосознания японского общества.
Последний скандал получил широкую огласку в связи с тем, что в нем был замешан второй человек в правящей партии, генеральный секретарь ЛДП и наиболее вероятный кандидат на пост будущего премьер-министра Японии, Таку Ямасаки. Эмансипированная гейша одного из токийских баров поведала на пресс-конференции, что на протяжении 10 лет у нее был роман с Ямасаки и что он вынудил её сделать два аборта. « Я решила рассказать об этом, - заявила она, - потому что не хочу, чтобы премьер-министром Японии стал такой человек, как Ямасаки. Фактически я была его секс-рабыней».
Незадолго до пресс-конференции была опубликована книга Ямада, в которой она сообщала о различных интимных подробностях поведения своего именитого любовника. Само название книги «Сенсэй» довольно симптоматично. Дело в том, что это слово означает в Японии «учитель», «наставник», «крупный государственный деятель», и относится не столько к профессии, сколько подчеркивает уважение к тем, кого называют этим именем. Книга японской гейши обсуждает вопрос, насколько применимо это почетное звание к лидеру Японии. Гейша пишет о том, что Ямасаки требовал от нее готовности обслужить его в любое время дня и ночи. Во время свиданий он любил смотреть порно-фильмы и говорил, что если потерпит поражение на выборах, то, вероятнее всего, станет продюсером в секс индустрии. Во время зарубежных поездок, Ямада должна была носить соответствующую форму - школьную в азиатских странах или морскую - в Вашингтоне. Наряду с этими, так сказать невинными шалостями, она пишет и о мазохистских наклонностях своего любовника.
Таку Ямасаки - относительно молодой по японским критериям политик. Ему 63, он отец троих детей. Он отказался комментировать обвинения в свой адрес, сославшись на то, что его отношения с любовницей - это его проблема. Он подал иск против журнала, опубликовавшего откровения гейши о необычных сексуальных предпочтениях её любовника и потребовал взыскать с журнала 250 тысяч долларов. Вполне возможно, что он и выиграет этот процесс, но главная для него опасность связана не с сексом. Дотошные японские журналисты выяснили, что генеральный секретарь ЛДП включал в состав своих зарубежных официальных поездок свою любовницу. А это уже грозит обвинениями героя этой истории в коррупции, а именно: использовании государственных средств в личных целях.
В Японии набирает силу феминистское движение: все чаще японки стали подавать в суд, обвиняя своих боссов в том, что в Америке называют харассментом. Изменяется роль японок в семье: все больше становится поздних браков; многие женщины, предпочитают карьеру замужеству. Японки стремятся к власти и уже добились немалых успехов в этой области. От женщин-избирательниц в значительной степени зависит исход парламентских выборов. И, наконец, дело дошло до того, что гейша устраивает пресс-конференцию с разоблачениями одного из наиболее вероятных кандидатов на пост будущего премьер-министра Японии. Рушится мир традиционной Японии, мир воинственных мужчин и безответных хрупких женщин.
Семен Вербицкий