ЗАПАДНЫЕ ОРГАНЫ ДЕРЖАТ НА ПРИЦЕЛЕ РОССИЙСКИХ ОЛИГАРХОВ

Лицом к лицу
№42 (390)

Бывший журналист агентства Франс Пресс и телеканала ТФ1, Филипп Мадлен - сегодня известен как один из крупнейших французских экспертов по спецслужбам всего мира. Он автор таких фундаментальных трудов, как «Террористическая галактика», «Война полиций», «Золото диктатур», «Мафиозная Франция», «Кокаиновый след», «Голлисты и деньги», «Шираковский клан», а также нескольких триллеров. Его последняя книга - 850-страничная биография президента Жака Ширака.

- В последнее время вас отличает сугубо научный подход к французским рыцарям плаща и кинжала. Вы даже заканчиваете докторскую диссертацию, которая посвящена их соперничеству...
- Беда в том, что их во Франции великое множество. Это наша особенность. С давних времен галльские племена воевали друг с другом. Вот и наши спецслужбы, которых я насчитал целых восемь, занимаются тем же. Порой трудно понять, что они делают. Их обилие отражает разделение французского общества. Оно уходит своими корнями в начало ХХ века - к делу капитана Дрейфуса. Его приговорили к пожизненной каторге в результате клеветы сотрудника военных спецслужб. После этого скандала у них отобрали часть прерогатив,в частности сбор информации во Франции, и доверили ее контрразведке. Далее, в годы Второй мировой войны каждый отряд Сопротивления имел свою спецслужбу, и после войны они конкурировали между собой. И сегодня каждая пытается отвоевать себе территорию за счет других: подчиненная МВД контрразведка Управление по наблюдению за территорией (ДСТ), Главное управление внешней безопасности (ГУВБ), которое входит в состав минобороны, Служба общего осведомления и проч., и проч. Каждый министр желает иметь свое подразделение, а военное ведомство и МВД соперничают между собой на высшем уровне...
- Почему же самые высшие власти Франции не наводят порядок?
- По той причине, что они не слишком-то ими интересуются. В результате терроризмом занимаются четыре разные структуры, контрразведкой - три, экономикой - пять, не считая частных. Я боюсь, что спецслужбы больше времени тратят на решение административных проблем, чем на сбор информации. Кроме того, во Франции нет высокой шпионской «культуры», какая есть в России, в Германии, в Великобритании или в Японии
- Значит, у вас не было и больших шпионов?
- Нет, у нас только маленькие шпиончики, которым тем не менее иногда удавались замечательные операции.
- Французы гордятся делом Фэруэлла, считая его самой успешной операцией за всю историю своей контрразведки. Агент «Фэруэлл», он же Владимир Ипполитович Ветров, долгие годы работал во Франции и был расстрелян в СССР в 1985 году за предательство....
- Он работал в КГБ и передал Франции сотни ценнейших документов, имеющих отношение к военным тайнам. Ветров погиб при странных обстоятельствах. Он много пил, убил свою жену, ему дали срок и отправили в лагеря. Там он «запел», на него донес заключенный. И только тогда им занялось КГБ.
- Но у вас были и крупные проколы. Пару лет назад военная разведка ГУВБ завела дело на самого президента Жака Ширака...
- ГУВБ, как утверждают, провело расследование, связанное с поездками Ширака в Японию, где, по моим подсчетам, он был, как минимум, раз 40. Скорее всего, это была рутинная проверка, связанная со слухами. Говорили, что Ширак, якобы, имеет сына в Японии, но никаких доказательств тому нет. ГУВБ обвинили в том, что они «шьют» дело главе государство. Поскольку шефом ГУВБ в ту пору был социалист месье Куссерон, бывший дипломат и посол в Турции, его уволили.
- Выходит, военной разведкой манипулировало стоящее у власти левое правительство?
- Напротив, манипулировали правые, шираковцы. Они хотели представить все таким образом, будто бы левый шеф ГУВБ хочет скомпрометировать Ширака.
- Писатель Ле Карре называет все это «большой игрой»...
- В ней все обычно проигрывают. Никто никогда всего не знает. Во Франции Служба общего осведомления прозевала такое историческое событие, как студенческие волнения мая 68-го года. Западные спецслужбы были застигнуты врасплох, когда появился Горбачев. Они не ожидали краха Советского Союза. Американцы проморгали 11 сентября. Заниматься спецслужбами - все равно что ходить по лабиринту с зеркалами. Все пытаются использовать друг друга.
- Ровно 20 лет назад Миттеран выслал из Франции 60 российских дипломатов, подозреваемых в шпионаже. Говорят, что сделано это было с подачи американцев...
- Высылка явилась результатом «дела Фэруэлла». Благодаря Ветрову, французы смогли определить большинство сотрудников КГБ и ГРУ. Я сам присутствовал вместе с другими журналистами при их отъезде в аэропорту. Нет, они песен не пели. Высылаемые на родину дипломаты были вне себя и что было силы пускали нам в ноги багажные тележки.
- Но среди них оказались - как впоследствии выяснилось - люди абсолютно невиновные ...
- Тюрьмы, как вы знаете, полны невиновными. Всегда есть люди, которые, не являясь штатными сотрудниками спецслужб, на них работают. И это никому неизвестно. Настоящий шпион никогда не похож на шпиона. К тому же русские имеют скрытный характер, они не экспансивные французы или итальянцы.
- Наверное, и без того известно, «кто есть кто» в российских организациях во Франции?
- Есть система аккредитации всех сотрудников, которым занимается совместно МИД, ДСТ и ГУВБ. Они следят за карьерой каждого дипломата и журналиста, всегда знают, где они раньше работали. Конечно, визы все равно дают. Это, в некотором роде, обмен любезностями... Тем не менее идет постоянное наружное наблюдение. В течение долгих и лет и, возможно, поныне, в доме напротив российского посольства стоит камера, которая снимает всех входящих и выходящих.
- Не растеряла ли Россия своего могучего шпионского потенциала по сравнению со временами могущественного КГБ?
- Русские сохранили высокий профессионализм. Многие сотрудники, не считая высшего руководства, остались. Но вот в Чечне спецслужбы терпят поражения, ибо их заставляют заниматься не свойственным им делом. Примерно то же самое происходило с французами в Алжире.
- Разве не наносит утечка российских агентов на Запад непоправимый урон разведструктурам России?
- Беглецов было не так уж много. Кроме того, утечку удалось сократить после того, как российские спецслужбы с начала 90-х годов стали сотрудничать западными и достигли негласной договоренности не поощрять утечку.
- В чем проявляется нынешнее сотрудничество спецслужб России и Франции?
- Идет постоянный обмен информацией. Русские, в частности, хотят вернуть капиталы, которые ушли из страны и среди прочего очень интересуются олигархами, которые имеют свой бизнес или собственность во Франции. Французы дают им много сведений о том, чем олигархи занимаются, стилем их жизни, их делами. Люди всегда уязвимы через свое окружение - телохранителей, нянек, гувернанток. Среди них всегда удается завербовать осведомителя. Собирают информацию, которую я бы назвал «превентивной». Когда кто-то из олигархов переступает границы дозволенного, его предупреждают или могут ударить по рукам. И когда ему говорят «Убирайтесь!», он обычно вопросов не задает. Наряду с сотрудничеством по официальной линии существует не менее эффективная кооперация на личном уровне, которая дает превосходные результаты. Я бы даже сказал, что сегодня отношения с русскими коллегами у французских спецслужб лучше, чем с американскими.
- Насколько я понимаю, американцы активно шпионят за французами...
- Они за нами, мы - за ними. Несколько лет назад сотрудница ЦРУ завербовала министра. После чего мы изгнали из страны без лишнего шума 7 - 8 американцев. Нашей друзей интересует прежде всего экономическая информация. Так, «Боингу» удалось заполучить досье с предложениями концерна «Эрбас индастри» об обновлении самолетов-заправщиков для американской армии, цены на которые были на 15 процентов ниже. Тогда «Боинг» вмешался на правительственном уровне и добился отлучения «Эрбас индастри»... В ДСТ есть особое подразделение, насчитывающее 200-300 сотрудников. Они работают с французскими предприятиями и обучают их тому, как защищать себя от шпионажа.
- Почему британцы с американцами добились, с вашей точки зрения, наибольших успехов в шпионском ремесле?
- Ответ заключается, как это ни банально, в чувстве патриотизма: «We are proud of our country» - «Мы гордимся своей страной». И это самое чувство побуждает англосаксонских интеллектуалов участвовать в некоторых операциях спецслужб, чего не стали бы никогда делать французские мыслители. Они всегда решительно против.
- Именно британские высоколобые типа знаменитой кэмбриджской пятерки предавали свою любимую родину и служили Советам...
- Да, но они это делали исключительно по идеологическим причинам. У французов, к счастью, мало предателей.
- Ну а ваш министр обороны и ближайший друг Миттерана Шарль Эрню, ныне покойный, которого подозревали в том, что он продавал секреты?
- Он не причинил никакого вреда и пал жертвой расследования журнала «Экспресс». К тому же он имел дело с румынами, которых всегда лучше остерегаться. Эрню много пил и много болтал. Но он даже не был тем, кого называют «агентом влияния». В конце концов ДСТ признала, что в его деле ничего не было.
- Является ли заслугой спецслужб то, что Франции в последние годы удалось избежать террористических актов?
- ГУВД удалось внедрить своего сотрудника на границе между Пакистаном и Афганистаном. Он подкупил таможенников, которые передавали ему данные обо всех французах, которые пересекали границу. Таким образом, засекли всех французов мусульманского происхождения из наших пригородов, которые ездили туда на «стажировку». Они были взяты на мушку. Но вот агента ГУВБ, который блестяще провел операцию, сослали служить в армию. Он провинился тем, что имел любовную связь с пакистанкой, нарушив заповедь, согласно которой офицер на службе заграницей на это не имеет права.
- Насколько эффективен во Франции политический контроль за деятельностью спецслужб?
- Их контролируют, на мой взгляд, плохо. Всего несколько лет назад ввели частичный парламентский надзор за бюджетом ГУВБ, который имеет секретные фонды для спецопераций. Чтобы ее совершить, не надо запрашивать разрешения политиков. Патрон ГУВД берет на себя все полноту ответственности. Никто из политиков не скажет: «Убей вот этого». На жаргоне спецслужб такая операция называется «омо» (от французского «homicide» - убийство. - Ю.К.). Но это особые случаи. Ликвидировали немецкого торговца оружием, поставлявшего оружие алжирцам во время войны. У спецслужб нет никакого политического прикрытия, и они сами подталкивают парламентариев на усиление контроля. Чем больше контроля, тем больше денег. Они хотят, чтобы в Национальном собрании о них знали, знали о методах их работы.
- Ваши спецслужбы всегда отличал радикальный антикоммунизм. Может ли сегодня стать их сотрудником член ФКП?
- Думаю, нет. Как и любой, кто относится к крайним левым и к крайним правым типа Национального фронта. Да и представитель зеленых, которых считают «безответственными». Из-за нападений «Гринпис» недавно издали декрет, запрещающий сообщать маршруты поездов, на которых перевозят ядерные отходы. Хороший шпион должен быть свободным от политических симпатий. Нужны люди уравновешенные во всех отношениях. Виктора Суворова, например, на службу не взяли бы - он слишком экстремист.
- Остаются ли и поныне секс и деньги главными приманками для вербовки?
- Главная приманка все-таки деньги. Нравы в современном обществе настолько свободны, что сексом никого не удивишь. Хотя проститутки остаются информаторами всех разведок. Кстати, женщины работают в спецслужбах лучше, чем мужчины. Они строже следуют правилам и нормам, лучше организованы... Мир разведки многоцветный, как радуга. Он включает и профессионалов высочайшего класса, и мелких осведомителей, которые два раза в жизни передают агенту что-то, с их точки зрения, «ценное». Проблема заключается в том, чтобы управлять всей этой разношерстной публикой. Известны случаи в США и в Израиле, когда разведчики придумывали осведомителей, которых на самом деле не было, чтобы получать за них деньги. А вообще, 95 процентов информации можно добыть открытым путем. Остальное - компиляция и анализ. Так работает и хороший журналист.
- Следят ли сегодня французы за русской эмиграцией, которая в прошлом была нашпигована агентами НКВД И КГБ?
- За ней следят и французские, и русские службы. В разведке нет никогда полной уверенности, никогда не знаешь, кто за кем наблюдает, кто на кого работает. Никто друг другу не верит... В сущности, немногие работают только ради денег. Одних просто интересует это ремесло, которое они считают романтическим. Другие становятся шпионами, как я уже говорил, из чувства патриотизма. Тем, которым платят, чаще всего не верят.
- Ну а чем занимаются французские разведчики в России?
- Тем же, чем и другие - промышленным шпионажем. В стране остались прекрасные ученые и инженеры. Несмотря на то что три четверти ее субмарин проржавели, Россия остается крупной ядерной державой. Значит, надо следить. Наконец, мы покупаем в России нефть, и нас интересует, насколько стабильно ваше государство.