КУБИНСКИЙ БАЛЕТ В НЬЮ-ЙОРКЕ

Вариации на тему
№44 (392)

В Нью-Йорке выступал Национальный балет Кубы. Это не просто известный театр, это один из лучших среди мировых театров, чей репертуар основан на классических балетах. При этом компания очень молода по сравнению с остальными известными труппами, я не говорю уж о французском или русском балете, но даже Американский балетный театр, созданный в ХХ веке — «старше».
Кубинский театр возник пятьдесят пять лет назад, его создала Алисия Алонсо, одна из лучших балерин мирового балета прошлого века. Русский зритель моего поколения может помнить гастроли Алисии Алонсо в России, она была едва ли не первая западная балерина (наряду с француженками), которая приехала в советскую страну на гастроли. Алонсо приезжала дважды, в 1957и 58 годах. Я всегда буду помнить ее выступление в классическом балете «Жизель» и в «Кармен» на музыку Бизе/ Щедрина в постановке Азария Плисецкого. Как бы гениально ни танцевала Майа Плисецкая Кармен, Алонсо танцевала не хуже, она была другой, просто другой уже по своему испанскому темпераменту. Алонсо была ярчайшей актерской индивидуальностью.
Балерина работала в различных странах мира, в том числе танцевала с труппой Американского балетного театра. В 1948 году Алонсо вернулась на Кубу и основала компанию «Национальный балет Кубы», (где была первой прима-балериной), а затем и школу.
Вероятно, кубинцы оказались способными танцовщиками. За пятьдесят пять лет существования, повторяю, театр вышел на международный уровень, сейчас во время гастролей в Нью-Йорке первое, чем я восхищалась, это профессионализмом кубинских танцовщиков. Дело не в отдельных премьерах, в труппе много талантливых танцовщиков, но я не заметила действительно выдающихся артистов, но общий профессиональный уровень труппы очень высок. Причем, наибольшее впечатление производят танцовщики-мужчины. Недаром именно кубинские танцовщики, уехавшие в другие страны, стали сегодня звездами мирового балета, как, например, Карлос Акоста. Одним из самых любимых премьеров нью-йоркского зрителя является кубинец Мануель Кареньо (его младший брат Джоел Кореньо — лидирующий солист кубинского балета, но в спектаклях, которые я видела, он не выступал). Кто-то из американских критиков назвал эту плеяду кубинских и других латиноамериканских танцовщиков, которые сегодня занимают лидирующие положение в балетном мире, как когда-то занимали танцовщики из России, «новыми русскими». Имеется ввиду, естественно, не наше понимание этого термина..
Талантливые кубинские артисты опираются на очень хорошую школу, т.е. они прекрасно выучены. В школе, повидимому, большое внимание уделяется устойчивости и умению вращаться, потому что как мужчины так и женщины владеют этим искусством в совершенстве (не преувеличиваю). У женщин выработан крепкий носок, т.е. они очень твердо стоят на пальцах. Я говорю здесь не об индивидуальных достоинствах премьеров, но о школе, потому что твердый носок и умение делать все виды пируетов и высокий легкий прыжок свойственны всем солистам, которых я видела. Умение владеть руками и корпусом пусть с точки зрения русской школы, может быть, и не совершенны, но во всяком случае лучше, чем у выпускников американской школы. Кроме того природная грация и изящество кубинских танцовщиков играют большую роль в их сценическом поведении.
Кубинцы привезли в Нью-Йорк две программы: классический балет «Дон-Кихот» и сборный концерт. Кроме отрывков из классических спектаклей, о чем я скажу позже, в программу включен интересный современный бессюжетный балет хореографа Азария Плисецкого «Canto Vital» на музыку из «5-той симфонии» Густава Малера . Можно было бы перевести это название «Песня природы», потому что четыре действующие лица названы в программе: Природа, Зверь, Рыба и Птица. Но главное в этом номере — изобретательная фантазия хореографа, который поставил для четырех танцовщиков-мужчин вариации, в которых использован, по-моему, весь арсенал мужских прыжков в их классическом и современном виде. Очень интересное зрелище: торжество мужского танца в полете, красота мужского тела и пластике! И все четыре исполнителя танцуют на вполне приличном уровне..
Но вершиной этой программы был для меня балет «Кровававя свадьба». Балет поставлен знаменитым испанским танцовщиком Антонио Гадесом. Это гениальная постановка, а поэтому давно созданный балет смотрится с неослабевающим интересом и сегодня. Балет создан по мотивам поэмы Гарсиа Лорки на музыку Эмилио де Диего, хореография основанан на испанском фольклоре. Исполнен балет тоже на высоком уровне: Жавиер Торрес — Жених и Аруадна Суарес — его мать выше всех похвал. Только исполнитель главного героя (того, с которым сбегает со своей свадьбы Невеста) показался мне довольно вялым. .
А вот бесконечные переделки классической хореографии вызывают возрожения. Классическую хореографию кто не переделывал! От балерин времен Мариуса Петипа, Льва Иванова и Михаила Горского, которые сочиняли эти балеты, до исполнителей и хореографов всех времен и народов. В принципе это закономерное явление: некоторое обновление классики, созданной в позапрошлом столетии, является условием существования ее до сих пор. Но изменения могут быть грамотными, сделанными осмысленно, со знанием законов классическго танца, а могут быть безграмотными. Переделки, сделанные кубинцами, кажутся мне чаще всего — бессмысленными и идут в ущерб балету.
Показывают второй «акт лебедей» из «Лебдиного овера» (оригинальная хореография Льва Иванова). Открыватеся занавес, лебеди уже находятся на сцене, а не выходят из кулис — пусть так, в конце концов акт специально подготовлен для самостоятельного существования в отрыве от балета. Но почему белые лебеди трясут кистями рук как исполнительницы циганского танца? Почему вообще уничтожен гениальный ансамбль лебедей Иванова, лебеди постоянно образуют группы, на сцене все время присутствуют какие-то «завиточки» из танцовщиц в лебединых пачках. Не менее вольно поступили и с шедевром Петипа, знаменитым адажио Одиллии (черного лебедя) и Принца, хотя там, в отличии от «акта лебедей» я понимала причину измененй. Хотя бы идея перестановок была понятна: кубинцы хотели в хореографии подчеркнуть визуальный образ злой хищной птицы. Хореография Петипа узнаваема, но акценты переставлены немузыкально, собственные хореографические сочинения Алисии Алонсо, которая обновила дуэт на кубинской сцене, неинтересны, неэквивалентны хореографии Петипа. Становится плохо понятным, в чем смысл адажио: Одетту эта птица действительно почти не напоминает, а Принц влюбляется в нее с первого вдгляда. Такая трактовка — Принц не обманулся сходством, а только влюбился в другую девушку — вполне возможна, но в целом балете, где есть развитие идеи, а на в отдельном дуэте. е.
Я видела в своей жизни одну испонительницу, которая также старалась придать самому хореографическому рисунку черного лебедя зловещие контуры. В начале 70 годов в Ленинграде на сцене Малого театра оперы и балета совсем недолго выступала Елена Степаненко. Это была бы уникальная балерина, но ее карьера была насильственно и трагически прервана на самом взлете. И все таки ее выступления тогда в балете «Жизель» и «Лебединое озеро» я до сих пор помню и за всю свою длительную жизнь зрительницы не встречала ничего подобного. Так вот Степаненко не меняла хореографию, а насколько я помню, только «заостряла» рисунок хореографии (намеренно угловатые руки и т.д.). И таким образом достигала нужного эффекта. Но это воспоминание — дань прошлому, вернемся к кубинскому балету.
И уж совсем неожиданными и обидными показались мне значительные перемены в балете «Дон-Кихот»...
То, что некто Салвадор Фернандес слегка изменил либретто Петипа, это как раз в порядке вещей (причем в програмке Фернандос назван единственным либретистом, но это мелочи), то, что балет сокращен по сравнению с оригиналом, это даже необходимо сегодняшнему зрутелю. Но вот тот факт, что все характерные танцы заменены классическими, это просто, на мой взгляд безграмотность тех, кто эти изменения вносил. Классический балет вообще держится на трех компонентах: классическом танце, характерном и пантомиме. А балет «Дон-Кихот» насыщен великолепными характерными танцами, испанскими и циганскими, естественно — театрализованными. Первое огорчение я испытала, когда вместо характерного танца Эспады увидела торреро, танцующим классические па: аттитюд, большой батман, арабеск...Ну просто вариация Принца, а не испанского торреро! Утешением было исполнение Эспады обольстительным красавцем Джаймом Диазом (мысленно прошу прощения у танцовщика, думаю, что моя транскрипция его фамилии на русский язык — не верна)! Сколько было в этом Эспаде того подлинного испанского темперамента, испанской горделивой манеры исполнения, которой порой недостает нашим исполнителям испанских танцев! Вот бы увидеть Диаза в классической редакции балета! Так нет ... аттитюд, большой батман...к сожалению, не только кубинцам, но и европейским и русским хореографам иногда кажется, что любое красивое движение можно вставить куда угодно, как будто оно не имеет никакого своего смысла! !
Но то ли благодаря исполнению артиста, то ли все таки хореографы позаботились, привкус исапнского танца в роли Эспады остался. Но когда я увидела классические танцы на музыку циганской сюиты, тут я загрустила... Это было вопиющее расхождение музыки и хореографии. Когда же, наконец, мы дождались знаменитого гран-па в последнем акте, то к этому моменту было уже скучно смотреть балет. И это — «Дон-Кихот», один из самых ярких, театральных, веселых классических балетов! Нельзя своевольно обращаться с классикой, не задумываясь, зачем были созданы те или иные танцы. Наверно, Горский это хорошо понимал, когда создавал балет, перемежая характерные танцы с «испанизированной» и чистой классикой, комедийной пантомимой. На этих контрастах и строится спактакль, драматургия всего хореографического полотна. «Выдернув» характерные танцы из балета, создатели кубинского спектакля обеднили, опростили этот балетный шедевр, тем более что их собственная хореография однообразна и неинтересна..
Но закончу я все таки на бравурной ноте. Ах, как танцевали главные партии Китри и Базиля Барбара Гарсиа(типичная кубинка, слегла напоминающая лицом Алонсо) и Ромел Фромета (испанец с явными примесями африканской крови). Это была давно не виденная мною равноценная пара высокопрофессиональных исполнителей! Артисты танцевали, сами явно получая удовольствие от балета, легко и весело разыгрывали они свою любовную историю, и также легко, весело и с шармом исполняли знаменитый последний дуэт. (Хорошо были исполнены и классические вариации в сцене сна Дон-Кихота). Так что балет я досмотрела с удовольствием, а публика устроила кубинцам восторженную овацию. Не скоро мы теперь увидем трехактный классический балет в Нью-Йорке!
На аплодисменты вышла и сама Алисия Алонсо, и зрительный зал встал, приветствуя знаменитую балерину.