"Ла Синагога"

Жизнь общины
№48 (292)

Нет, пожалуй, в мире другого города, который бы менял свой демографический облик столь быстро и часто, как Нью-Йорк. Вот только несколько любопытных примеров из истории столицы мира, разноязыкое население которой упрямо сохраняет свои традиции в «плавильном котле» американского общества.[!]
«Маленькая Италия» в Манхэттене давно и плотно заселена выходцами из Юго-Восточной Азии. Сохранились лишь популярные среди туристов итальянские рестораны и подозрительные клубы, в один из которых наведывались последний «крестный отец» нью-йоркской мафии Джон Готти сотоварищи из облюбованного итальянцами квинсовского района Ховард-Бич.
А в другой части Квинса, во Флашинге, не так давно разгорелись страсти по поводу многочисленных вывесок на корейском и китайском языках. Местные «аборигены» вдруг почувствовали себя чужаками в родном городе и потребовали от властей запретить иноязычную рекламу. « Новые американцы» из азиатских стран тут же указали на многочисленные в Бруклине вывески на хибру: выходит, их следует запретить тоже, закон ведь один для всех. Сити-холл растерялся, но сами же азиатские бизнесмены предложили компромиссный вариант – дублирование своих иероглифов английским текстом, всем понятным.
Наиболее быстрым изменениям, пожалуй, подвержена еврейская община города. Старожилы бруклинского района Краун Хайтс еще помнят время, когда широкий бульвар Истерн паркуэй регулярно перекрывался на главные еврейские праздники для народных гуляний. Там и до сих пор располагается всемирная штаб-квартира любавических хасидов, но бульвар уже перекрывают для многотысячного карнавала карибских народов.
Зато стремительно выросло еврейское население Южного Бруклина за счет многочисленных иммигрантов из бывшего СССР. Ошеломленные натиском «русских», итальянцы Бенсонхерста с изумлением наблюдают за тотальным заселением нашими земляками исконно итальянских кварталов. В другом бруклинском районе Ист Нью-Йорк на Пенсильвания авеню высится кирпичное здание православного собора с американским и белорусским флагами на придворье. Правда, все местные «белорусы» говорят исключительно на карибских диалектах, а немногочисленные прихожане прибывают на службу из других районов и пригородов.
В течение одного столетия трижды обновлялось население нижнеманхэттенского района Ист Сайд. Немецкие поселенцы были вытеснены еврейскими иммигрантами из Восточной Европы, которые позже уступили место пуэрториканцам: «американская мечта» всегда являлась мощным магнитом для обездоленных бедняков из разоренных войнами или хронической бедностью стран.
Примерно та же тенденция наблюдается в демографических сдвигах по другую сторону Вильямсбургского моста. Еще высятся здесь остроконечные крыши немецких кирх и встречаются пекарни с вывесками на хибру. Но на улицах с характерными названиями «Отто» или «Стокгольм» в основном звучит испанская речь. Новые поселенцы бодро осваивают пустующие квартиры и перестраивают местные бизнесы на свой лад. В ход идут и здания закрывшихся соборов и синагог. Новые прихожане-католики истово молятся в слегка переоборудованных молитвенных домах протестантов, лютеран, иудеев, ничуть не смущаясь присутствием символики других религий на фасадах иных зданий.
Прихожане одной из таких новоявленных церквей даже воспользовались присутствием звезды Давида над входом в свой храм. Недолго раздумывая, они тут же приколотили чуть пониже вывеску с названием своей новой церкви – «ЛА СИНАГОГА»!