ИЗВОРОТЛИВЫЕ ОДИНОЧКИ НЕ ВРУТ

Житейское море
№45 (393)

Задумывались ли вы, почему среди коренных американцев так популярны годами не сходящие с телевизионных экранов сериалы вроде Seinfeld или Friends?
Не только ведь из-за отличных исполнителей, остроумных диалогов и смешных ситуаций, в которые то и дело попадают их герои. Простое комикование, даже очень талантливое, вряд ли удерживало бы так долго массового зрителя. На самом деле причина этого эфирного долгожительства, как мне кажется, заключается в другом. А именно – в том, что создатели этих и подобных им сериалов, может быть, сами того не желая, что называется, попали в струю, отразив с помощью придуманных ими групп закадычных друзей-приятелей одну из главных особенностей жизни своих молодых современников.
Присмотримся, что объединяет всех этих симпатичных персонажей? Прежде всего то, что каждый из них - «изворотливый одиночка», как называет закоренелых холостяков - героев своей новой книги Quirkyalone: A Manifesto for Uncompromising Romantics калифорнийская писательница Саша Кэген. У книги, которая должна увидеть свет в самом начале будущего года, есть и подзаголовок – «Манифест непреклонного романтика». То есть автор не только одобряет «непреклонный романтизм» незамужних и неженатых молодых людей, но всячески защищает их право на поздние браки.
«Идея о том, что необходимо иметь одного супруга, который или которая будут исполнять все ваши желания, кажется мне нереалистичной, - говорит Кэген. - В нашей жизни следует отдавать предпочтение не сексуальным отношениям, а стараться собрать вокруг себя многих близких тебе по интересам людей, вместо пусть и хорошего, но одного».
Сама Саша, которой уже стукнуло тридцать, живет в полном соответствии со своей установкой. Она является членом группы молодых людей, своеобразного клана со сложившимися обычаями и ритуалами, который как бы заменяет всем им традиционную семью. Такие группы образуются в Америке все чаще и чаще. В отличие от тех времен, когда американцы начинали строить собственную семью в двадцать с небольшим сразу после окончания школы или колледжа, сейчас молодые мужчины и женщины гораздо дольше не задумываются о свадьбе.

В соответствии с переписью 2002 года, средний возраст вступающих в первый брак женщин вырос до 25,3, а у мужчин до 26,9 лет. А в одном из последних номеров газеты New York Times утверждается, что в настоящее время тридцатилетних жителей Соединенных Штатов по их поведению можно вполне приравнять к бывшим двадцатилетним. Перевалив за третий десяток, неженатые и незамужние ньюйоркцы, похоже, не испытывают при этом никаких неудобств. И празднуют все новые и новые дни рождения с тем же энтузиазмом, как когда-то молодежь отмечала бар-мицвы или свадьбы.
В своей новой книге «Городские кланы: поколение меняет взгляды на дружбу, семью и взаимные обязательства» (Urbun Tribes: A Generation Redefines Friendship, Family, and Commitment) журналист из Сан-Франциско Этан Уоттерс пишет, что группы тесно связанных близких друзей в значительной мере определяют жизнь современной молодежи. Их члены регулярно вместе обедают, устраивают вечеринки, совершают увеселительные и туристические поездки, проводят отпуска... Многие их участники утверждают, что в календаре их группы всегда достаточно общих мероприятий, чтобы заполнить ими семь вечеров в неделю.
«По мере того как вы лучше узнаете новых друзей и вовлекаетесь в различные стороны их жизни, вы все чаще действуете как единый коллектив с присущей только ему организационной структурой», - говорит 32-летний Чарльз Бредли, который принадлежит к состоящему из сотни членов клану в Денвере.
В качестве главного руководителя его необычно большой группы Бредли планирует домашние встречи и общие трапезы, занимается, как мы когда-то говорили, организацией совместного досуга. В кланах редко бывает единственный лидер; чаще эту роль берут на себя несколько его членов. В составе группы, как правило, находится и несколько человек с определенными «обязанностями»: врача-советчика, записного хохмача, наставника более молодых, скептика, циника и телохранителя, охраняющего кого-нибудь одного, либо все сборище.
Вот типичный пример подобной группы из города Сент-Пол (штат Миннесота). Ее основу составляют семеро мужчин и женщин - врач, ученый и несколько учителей, все в возрасте за тридцать. Все дела и заботы у них общие: потек ли у кого-то дома водопроводный кран, поломалась машина, нужно ли бесплатно поработать во время избирательной компании на симпатичного группе политического кандидата, - на каждую из проблем члены клана откликаются сообща. Один из них, преподавательница хореографии в музыкальной школе Доун Тротман, называет их супердрузьями. И для этого у нее есть все основания. Когда она заболела пневмонией в тяжелой форме и была больше месяца прикована к постели, друзья не только обеспечили ее всем необходимым, включая еду и лекарства, но даже готовили и кормили с ложечки, никогда не оставляя одну. Как мы знаем, для американского общества, подчас чрезмерно озабоченного сохранением пресловутого privacy, такое отношение не является общепринятым.
Постепенно в группе стираются грани между родством и дружбой. «Мы стали чем-то вроде единой городской семьи», - говорит Тротман.
Не следует недооценивать и завязывающиеся в ходе образования «семейных кланов» связи. Особенно, если они помогают вам быстро отыскать стоящего врача, договориться об интервью с целью получения высокооплачиваемой работы или даже найти на период отъезда временный приют для вашей кошки или собаки.
Так что же все-таки происходит с американской молодежью? Действительно ли брак, ведущий к образованию настоящей семьи, теряет для нее свою привлекательность? «Нельзя сказать, что большинство людей сознательно противятся вступлению в брак, - отвечает на этот вопрос Уоттерс. – Дело в другом. Просто они оказываются захваченными идущими сейчас в обществе социальными процессами». При этом главную роль среди них играют увеличивающаяся продолжительность обучения в высших учебных заведениях, успехи движения за уравнение женщин в правах с мужчинами, наступившая сексуальная революция, облегчение процедуры развода... Именно эти причины изменили образ жизни молодых людей и то, как они ищут себе пару для создания семьи.
По данным исследования, проведенного Барбарой Уайтхед в рамках Национального брачного проекта в Университете Ратгерса, 94 процента никогда не состоявших в браке мужчин и женщин в свои двадцать с небольшим ищут в будущем муже или жене родственную душу. По сравнению с 1965 годом, когда три из четырех студенток колледжей заявили, что вышли бы замуж за нелюбимого мужчину, если бы он подходил им по другим показателям, это существенное изменение.
В последнее время некоторые из молодежных кланов находят для себя пристанище в Интернете. Сетевые сайты позволяют постоянно наращивать состав группы и лучше использовать преимущества возникающих при этом социальных связей. Веб-сайт Friendster.com, например, которым воспользовалось более миллиона человек за первые полгода его работы, превратился в эффективный инструмент для организации виртуальных встреч будущих членов уже существующих дружеских кланов.
Этан Уоттерс подчеркивает, что эти многочисленные группы не изолируются и друг от друга, нередко совместно выступая инициаторами серьезных социальных движений. С кланами связано возникновение таких событий как Burning Man - 25-тысячный молодежный фестиваль в пустыне Невада, аналогичные фестивали, проходящие по всей стране, а также Critical Mass – парады сотен велосипедистов во многих городах Соединенных Штатов.
Ну а что происходит с «семейными» кланами после того, как их члены становятся старше? В тех случаях, когда они все же женятся или выходят замуж, группа теряет для них свою привлекательность и они ее покидают. Но так случается не всегда. Например, 33-летняя Сюзан Миттмен впервые встретилась с ее кланом еще будучи студенткой Калифорнийского технологического института. Позднее она вышла замуж за члена группы и сейчас имеет двух дочерей. Но ее связь со своим кланом не только не прервалась, но еще более укрепилась. Только теперь Сюзан собирает друзей у себя дома.
Сегодня две других «клановских» семьи и один холостяк-одиночка из той же группы приобрели дома и поселились на той же улице в Пало-Альто, где живет Миттмен. А чтобы эти покупки стали возможными, все они занимали друг другу деньги. Сейчас основу этого клана составляют три семьи, неженатая пара, и двое одиночек. «Если вы попросите мою четырехлетнюю дочку перечислить ее друзей, - говорит Миттмен, - она назовет в равном количестве и своих ровесников, и взрослых. Это наша большая семья, и мы счастливы жить вместе».