ТРАГЕДИЯ ВЕЛИКОГО ДИВЕРСАНТА

Спецслужбы
№45 (393)

Через две недели после германского вторжения, когда потеряны были огромные массивы территории, кремлевскому руководству стало очевидно , что насущной необходимостью является зафронтовая разведывательно–диверсионная деятельность. Но профессиональных кадров для создания и руководства такой мощной организацией в этот критический момент не оказалось. Парадоксально, однако, что до 1938 года именно такая организация существовала и вполне эффективно действовала в европейских, азиатских и американских государствах. Но затем ее руководители и многие рядовые функционеры были отозваны в Союз и после зверских пыток казнены. А человек, создавший эту организацию и более 10 лет руководивший ею, 7 июля 1941 года был приговорен Военной коллегией Верховного Суда СССР к расстрелу с конфискацией имущества. Звали его Яков Исаакович Серебрянский (Бергман).
Он родился в 1891 году в семье бедного минского еврея Ицки Бергмана. 16–летним учеником городского училища вступил в боевую группу еврейской самообороны и участвовал в ликвидации пяти черносотенцев, организовавших погром в Могилеве. Затем Яков становится членом партии эсеров, боевиком одного из отрядов ее наиболее радикального крыла – максималистов.
В конце 1912 года Яков был призван на военную службу, хотя и мог бы, как многие революционеры в России, избежать призыва, скрывшись за границей. Служил он в пехоте, и в августе 1914 года был тяжело ранен во время боев в Восточной Пруссии. По излечении – демобилизован.
После Февральской революции Яков Серебрянский стал членом Бакинского Совета от партии эсеров. В Баку он познакомился с 18–летней красавицей Полиной Натановной, сестрой своего друга. Она вскоре стала его женой, верной подругой и разделила все тяготы непростой судьбы великого разведчика–диверсанта.
В 1920 году Яков стал сотрудником Особого отдела так называемой Персидской Красной армии, которая оккупировала иранскую провинцию Гилян. После эвакуации этой армии Серебрянский уезжает в Москву, поступает в Электротехнический институт, работает в газете «Известия». Но в декабре 1923 года известный террорист, сотрудник ВЧК Яков Блюмкин завербовал Серебрянского в свою группу, направлявшуюся для нелегальной работы в Палестину. С этого момента и становится Яков Серебрянский разведчиком – его зачислили в Иностранный отдел ОГПУ, занимавшийся шпионажем.
В Палестине Яков создает глубоко законспирированную сеть из 30 нелегалов, в числе которых было немало членов боевой еврейской организации Хаганы. Именно среди них он подобрал несколько человек, ставших его надежными помощниками в последующей диверсионной деятельности: И. Кауфмана, А. Турыжникова, Р. Рачковского.
По указанию начальника ИНО ОГПУ М.Трилиссера, в Яффо была отправлена Полина, жена Якова. И хотя она не являлась официальным сотрудником ИНО, всегда сопровождала мужа в его зарубежных командировках.
В декабре 1925 года Серебрянского перебросили в Бельгию, затем – в Париж, где он стал резидентом разведки и действовал до апреля 1929 года. По возвращении в Москву его назначают начальником отделения ИНО ОГПУ, в состав которого вошла созданная им же боевая нелегальная группа, получившая неофициальное название «группа Яши». Она предназначалась для глубокого внедрения на объекты военно – стратегического характера Америки, Европы и Азии на случай войны, для проведения диверсионно–террористических операций в тылу врага. Группа была независимым оперативным подразделением, подчинявшимся лично начальнику ОГПУ.
Созданная Серебрянским агентурная сеть охватывала США, Скандинавию, Прибалтику, Балканы, Францию, Германию, Китай , Японию, Палестину и др. страны. Яков лично завербовал в ее члены около 200 человек. И это были не только коммунисты, но и просоветски настроенные русские эмигранты. Впрочем, для вербовки он использовал не только идеологический фактор, но и материальный, а иногда и откровенный шантаж.
Примером деятельности группы может послужить похищение генерала Александра Кутепова, возглавлявшего Российский общевоинский союз – наиболее активно действующую против СССР белогвардейскую организацию. Получив задание похитить Кутепова, летом 1930 года Серебрянский вместе с Турыжниковым и Рачковским прибывают в Париж. Оперативно изучив обстановку, определив местожительство и привычки генерала, они среди бела дня схватили Кутепова, затолкали в машину и вывезли за пределы города. Но вывезти генерала в СССР им не удалось – от перенесенного шока он скончался.
Исчезновение главы организации практически блокировало ее деятельность. Проникновение белогвардейцев в СССР резко пошло на убыль и во второй половине 30– х почти прекратилось. За эту операцию Яков Серебрянский был награжден орденом Красного Знамени.
В 1934 году, после создания НКВД, «Группа Яши» была подчинена лично наркому внутренних дел и получила совсекретное наименование СГОН – Специальная группа особого назначения. При ней Серебрянский сформировал школу диверсантов, некоторые выпускники которой во время войны с Германией прославились своими действиями в тылу гитлеровцев. К сожалению, гораздо больше было таких, кого уничтожили сталинские палачи в ходе довоенных репрессий.
Состав СГОН был весьма разнородным как по классовому, так и по этническому составу: белоэмигрант А.Турыжников, сын миллионера Альберт Сыркин, немецкий антифашист Эрнст Вольвебер.
К началу гражданской войны в Испании Яков Серебрянский имел звание старшего майора госбезопасности, что соответствовало нынешнему генерал– майору. Ему было приказано обеспечивать поставки оружия республиканцам и всеми способами блокировать такие поставки франкистам. Член СГОН Вольвебер со своей группой подрывников устанавливал мины на судах, перевозивших оружие франкистам, и каждый пятый из этих кораблей затонул после взрыва. Кроме того, соратники Серебрянского провели немало диверсий в тылу франкистов, подрывая воинские эшелоны, устраивая засады на военных и гражданских руководителей.
Однако пока Яков выполнял задания своего руководства в Европе, на родине уже вовсю раскручивался маховик сталинских репрессий. В застенки НКВД были брошены многие чекисты, в том числе члены «группы Яши» и выпускники школы СГОН. Там оказался и участник похищения Кутепова Андрей Турыжников. В июле 1938 года из Парижа исчез советский разведчик в Западной Европе А.Орлов (настоящая фамилия Фельдбин): неожиданно отозванный в Москву, он догадался о готовящейся участи и сбежал с семьей в Америку. Серебрянский же, получив вызов летом того же года, вместе с женой немедленно вылетел в Москву. Несмотря на успешную деятельность в Европе, его отстранили от дел и 10 ноября взяли под стражу. В тот же день арестовали Полину, а также заместителя Якова - Альберта Сыркина с женой.
В ходе следствия Якова заставляли признаться о связях с французской разведкой и подготовке покушения на кремлевских вождей. Его подвергли печально известному «конвейерному методу» дознания. Но Яков отвергал все клеветнические обвинения. И тогда Берия лично принял участие в допросе, который вели руководители следственного отдела НКВД Богдан Кобулов и Виктор Абакумов. Они избивали Серебрянского резиновыми дубинками, а когда он терял сознание – отливали ледяной водой и снова били. Щадили только правую руку, чтоб подписал протокол. И Яков подписал...
2,5 года томился он в лубянских подвалах, ожидая суда. Но на суде категорически отказался от своих признаний, заявив, что вынужден был сделать их под зверскими пытками. Однако все равно был приговорен к расстрелу, а Полина – к 10 годам каторги. В тот же день высшую меру получили соратники Серебрянского Самуил Перевозников и секретарь школы СГОН Вера Сыркина, - их расстреляли сразу же после судебного заседания. Альберта Сыркина и Андрея Турыжникова казнили еще раньше - за год до войны.
«Суд» проходил через две недели после начала войны, когда выявилось, что разведывательно–диверсионная деятельность советской стороны оказалась почти полностью парализованной, ибо штатных диверсионных подразделений ни в Красной Армии, ни в органах НКВД теперь не было. А главное – бывшие руководители таких формирований и почти все их члены, подготовленные задолго до войны, были полностью уничтожены. Скажем прямо, если бы это сделали гитлеровцы, то лучшего подспорья успеху вторжения они не могли бы и придумать. Поэтому возникает вопрос – на кого работали Ежов и Берия?
5–го июля для формирования разведывательно–диверсионных групп была создана Особая группа НКВД, начальником которой стал генерал Павел Судоплатов. Он и его заместитель Наум Эйтингон обратились к Берии с просьбой освободить из тюрем бывших разведчиков и в первую очередь – Якова Серебрянского. Судоплатов в книге «Спецоперации» рассказывает: «Циничность Берии в решении человеческих судеб была безгранична. Его совершенно не интересовало, виновны ли в чем те, кого мы рекомендовали к освобождению. Спросил лишь: - А вы уверены, что они нам нужны? Тогда свяжитесь с Кобуловым, пусть освободит. И немедленно их используйте...
Так случайно недобитые разведчики оказались на свободе, Серебрянский – в их числе. Но о немедленном его использовании не могло быть и речи - понадобилось интенсивное двухмесячное лечение. 9 августа, меньше чем через месяц после вынесения приговора, супруги Серебрянские были амнистированы, восстановлены в партии, им вернули имущество, а Якову – звания и награды.
В октябре 1941 года Особая группа была реорганизована и вскоре стала Управлением наркомата. Основная задача – формирование и заброска в немецкий тыл разведывательно–диверсионных групп (РДГ), а также руководство их деятельностью. За годы войны было заброшено более двух тысяч РДГ общей численностью почти 45 тысяч хорошо подготовленных диверсантов–разведчиков. Они уничтожили более 157 тысяч немцев и их местных пособников, ликвидировали 87 генералов и высокопоставленных чиновников, обезвредили более двух тысяч агентурных групп, вывели из строя сотни военных и промышленных объектов, подорвали множество воинских эшелонов.
И в успехе этой масштабной деятельности неоценима роль Якова Серебрянского. Пять боевых орденов – награды Якова Исааковича за его успешную диверсионную деятельность в годы Великой Отечественной войны.
В 1946 году министром госбезопасности стал Виктор Абакумов – тот самый палач, который избивал Серебрянского, вынуждая подписывать поклеп на самого себя. Служить под его началом Яков не мог и вынужден был уйти на пенсию «по состоянию здоровья». Он пробыл в отставке 7 лет. За это время Абакумова расстреляли, Сталин умер и в мае 1953 года Серебрянского вернули на службу. Но и это возвращение в органы продлилось недолго и завершилось трагически.
Через четыре месяца по лживому обвинению в участии в «заговоре Берии» полковник Серебрянский был арестован, однако связать его с с этим заговором не удалось. Тогда был сделан еще более подлый шаг: реанимировали дело 1938 года. В декабре 1954 года отменили решение об амнистии, принятое в августе 1941 года. И начались бесконечные допросы. Этого не выдержало даже сердце закаленного разведчика-диверсанта. 30 марта 1956 года на допросе у следователя военной прокуратуры Цареградского с Яковом случился сердечный приступ, от которого он и скончался.
Заслуги Серебрянского в годы Великой Отечественной войны безмерны. Но и до войны он проводил поистине фантастические операции. Кто не слыхал сегодня о Джеймсе Бонде, о Штирлице, не видел фильмов об их подвигах! То, что совершал Яков Серебрянский, превосходило эти выдуманные истории во много раз. Но до самого последнего времени мало кто знал о его жизни и деятельности. Лишь недавно на российском телевидении появился документальный фильм, лаконично повествующий о некоторых подвигах разведчика, который был человеком среднего роста, внешность имел обыкновенную и всю жизнь любил одну женщину – свою жену Полину Натановну.


Комментарии (Всего: 3)

Вечная слава и светлая мамять!

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
у таких людей была совесть и любовь к родине.

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *
мы должны помнить свою историю

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *