МЫ СТРОИЛИ, СТРОИЛИ...

Земля обетованная
№5 (405)

Некоторые шаги израильского руководства вызывают порой, мягко говоря, недоумение. В 2001-2002 году, когда интифада была в самом разгаре, Ариэль Шарон наотрез отказался даже рассмотреть идею строительства «защитной стены», или, как ее чаще называют теперь, забора безопасности. Напомним, что в 2002 году от рук палестинских террористов погиб 451 израильтянин, в 2003 году, когда интифада стала выдыхаться – 213. Может показаться странным, но именно в прошлом году премьер дал добро на начало работ. Почему он не захотел раньше последовать совету главы службы внутренней безопасности (Шин-Бет) Ави Дихтера, который уже несколько лет лоббировал в Кнессете эту идею? Если вы надеетесь, господа, получить от Шарона вразумительный ответ на это вопрос, то очень напрасно. Приходится нам это сделать вместо него.
Близкие к Шарону люди говорят, что в свое время он очень переживал за свое активное участие в ликвидации израильского города Ямит на Синае. Настоящим искуплением его грехов стало широкомасштабное строительство еврейских поселений на Западном берегу р. Иордан (Иудея и Самария), когда Менахем Бегин назначил генерала ответственным за выполнение этой задачи.
На предложение левых и Шин-Бета начать строительство защитного забора, дабы пресечь проникновение на территорию Израиля палестинских боевиков, Шарон, и «Ликуд» в целом, заявили решительное "нет". Не помогли ссылки на сооружение менее величественное, но тем не менее успешно доказавшее свою эффективность – «стеночку», отделившую Израиль от сектора Газа. За все время нынешней интифады ни один террорист через нее перелезть не смог. Те же, кто пытался это сделать, встретились с 70 девственницами намного раньше отпущенного им Аллахом срока пребывания в нашем мире.
Причину нежелания начать сооружение забора следует искать в поселенцах. Именно они предупредили Шарона, что он потеряет их поддержку, если...если забор пройдет по «зеленой линии», не охватив их поселения.
Шарон раздумывал почти два года. А за это время боевики ХАМАСа, «Исламского джихада», «Мучеников Аль-Аксы» продолжали убивать евреев, невзирая на все акции ЦАХАЛа, масштабные и не очень. Сегодня, когда забор из гипотетической идеи превратился в осязаемое сооружение, израильские военные признают: он помог предотвратить проникновение в страну десятков террористов, спас множество жизней.
Вновь возникает резонный вопрос: почему Шарон тянул, что его сдерживало?
Как премьер Израиля, он, и это главное, не мог не понимать, что строительство забора не в непосредственной близости от «зеленой линии», а на значительном расстоянии от нее может вызвать не только негодование палестинцев, фактически терявших земли, которые они считали своими, но резкое неприятие ООН, Европейского союза и США. Шарон раздумывал, стоит ли ему идти на конфронтацию с мировым сообществом, и решился на этот шаг только тогда, когда война в Ираке стала неизбежной. Израильский премьер, надо думать, надеялся, что победа США, а лидеры еврейского государства громче всех поддержали стремление американцев свергнуть режим Саддама, даст ему карт-бланш в отношении палестинцев. В том числе, и на сооружение забора.
Пока США были основательно заняты в Ираке, а внимание мирового сообщества приковано в ситуации в этой стране, израильские строители под шумок начали относительно быстрыми темпами возводить стену. Шарон оставался глух к протестам палестинцев и левых, хотя нет-нет да и огрызался, говоря совсем уж неправдоподобные вещи насчет того, что если подданные Ясира Арафата возьмутся за ум и запросят мира, бетонное сооружение демонтируют. Жаль, что премьер одновременно не разъяснял, во сколько это обойдется бюджету его страны. Сначала строим, потом разрушаем...
Палестинцы не отставали, бомбардируя ООН жалобами на Израиль. Тут бы Шарону проявить твердость, заявив, что забор – это сооружение монументальное и навека. Но нет, не далее как в прошлый уик-энд премьер вдруг заявил, что Израиль, возможно, пересмотрит свой первоначальный маршрут прохождения бетонного раздела. Походя, Шарон признал, что забор очень усложнил жизнь простых палестинцев, препятствуя им добираться на работу, в учебные заведения, на поля и фермы. Трогательная забота, но разве это было непонятно с самого начала? Стоило ли возбуждать против своей страны мировое общественное мнение, которое добилось передачи дела о заборе в Международный суд в Гааге, где можно ожидать чего угодно, но только не оправдания Израиля.
Шарон и члены его кабинета не решили еще, в какой форме они станут реагировать на приближающийся судебный процесс. Из материалов в израильской прессе следует, что правительство раздумывает, как ему лучше поступить: то ли отправить официальное письмо, отвергающее юрисдикцию Международного суда в вопросе о заборе безопасности, то ли послать в Гаагу своих юристов. Как отмечает «Нью-Йорк таймс», Шарон вынужден был признать, что «Израилю придется столкнуться с очень серьезными препятствиями юридического характера, защищая проект в том виде, в каком он существует сегодня». Хотя он и добавил, что «мы все равно не откажемся от наших планов, невзирая на решение суда». Может быть, но нельзя не вспомнить слова министра юстиции, лидера партии «Шинуй» Йоси Лапида, сказанные не так давно: отказ подчиниться решению суда может привести к изоляции страны.
«Мы должны пересмотреть наши первоначальные планы, - заявил Лапид в конце прошлой недели, - сместив расположение забора ближе к «зеленой стене». И он вновь повторил, что если его страна поступит иначе, ее ждет международная изоляция.
Строили, строили...