СТЕНА РАЗДОРА

Ближний Восток
№10 (410)

Когда я пишу эти строки, то естественно не знаю, какое решение примет Международный суд в Гааге относительно сооружаемой Израилем «стены (забора) безопасности». Ведь после окончания слушаний в среду, судьи будут готовить свой вердикт еще не одну неделю. Но какое это имеет значение, господа? Судьба «стены», да и вообще будущее Ближнего Востока определяются за тысячи миль от Голландии, а где именно, проницательные читатели уже догадались. Правильно, в Соединенных Штатах. Сегодня, только Вашингтон имеет реальные рычаги воздействия на обе стороны, которые время от времени пускает в ход.
Суд в Гааге, если мы внимательно следим за высказываниями главных участников израильско-палестинского конфликта, честно говоря, запоздал. Его бы отменить за ненадобностью, ведь, уступая Соединенным Штатам, премьер еврейского государства Ариэль Шарон уже якобы пообещал перенести «забор», сдвинув его поближе (впритык?) к «зеленой линии». Но ведь в этом и состоит главное требование палестинцев, жалующихся на то, что им перекрыли доступ к полям и садам, водным источникам, что им трудно добираться до работы и так далее. Если Шарон действительно намерен переместить «забор», пусть даже с теми или иными оговорками, вплотную к линии, существовавшей на 5 июня 1967 года, то разговоры о «продолжающейся конфискации палестинских земель» теряют свою актуальность. Зато вновь появляется возможность для претворения в жизнь американского плана «Дорожная карта», а значит вопрос, сколько земель Шарон уступит в конце концов палестинцам, остается открытым. Суд, однако, не отменили...
Конечно, международные разборки в Гааге, при всех предпринимаемых Израилем пропагандистских шагах, не пойдут на пользу еврейскому государству. Палестинцы, к сожалению, все равно окажутся в выигрыше, даже если судьи и вынесут частное определение в отношении экстремистских групп и их тактики «живых бомб». Арафат и его команда давно уже пытались организовать над Израилем международное судилище, и происходящее в Гааге – одна из их самых удачных пиаровских кампаний. Руководству Палестинской автономии очень важно привлечь всеобщее внимание к многолетнему конфликту, громко заявить об оккупации, сославшись при этом не на кого-нибудь, а на самого Шарона, позволившего себе в прошлом году на конференции «Ликуда» бросить сквозь зубы: "Да, мы оккупируем Западный берег и сектор Газа". Почему израильтянам приходится это делать, мировое сообщество волнует мало. Ему, конечно (или наверное), жалко взорванных в автобусах и кафе мирных граждан, но ведь оккупация – зло, а со злом, считают они, следует бороться.
Палестинцы очень надеются (и, боюсь, добьются своего "не мытьем, так катаньем") на повторение 1971 года, когда судьи, рассматривая пребывание южноафриканских войск в Намибии, признали их нахождение там грубейшим нарушением норм международного права. Это решение стало мощным оружием в руках последователей Нельсона Манделлы, дав повод применить к Претории жесткие санкции. Чем это все закончилось, мы знаем: тотальным бойкотом ЮАР и приходом к власти Манделлы.

Если нашим читателям хочется знать точку зрения на суть израильско-палестинского противостояния западных интеллектуалов, которую тиражируют СМИ по обе стороны Атлантики и к которому очень внимательно прислушивается общественное мнение в Европе и США, то я могу предложить для ознакомления позицию, занимаемую видным американским ученым, лингвистом и социологом, автором многочисленных публикаций, писателем Наомом Хомски, опубликованную в «Нью-Йорк таймс» в день начала суда в Гааге.
«Нет никаких сомнений в том, - пишет он, - что Израиль имеет легитимное право защищать своих граждан, в том числе возводить защитные сооружения. Однако располагаться они должны вдоль международно признанной границы (так – у Хомски, Израиль же так называемую «зеленую линию» границей не считает), установленной после войны 1948-1949 гг. Здесь можно строить инженерные сооружения, создавать минные поля. Охрану границы должны осуществлять вооруженные силы с обеих сторон. Подобные меры не вызовут возражений со стороны мирового сообщества, а международные законы не будут нарушены».
Процитированный мной ученый вовсе не оригинален. С подобными идеями израильские левые, поддерживаемые главой Общей службы безопасности «Шин-Бет», Ави Дихтером, выступали еще в 2001 году. Дихтер чуть ли не умолял тогда приступить к сооружению «защитной стены», взяв за образец «забор безопасности» в Газе, оказавшийся непреодолимым препятствием для террористов. Однако Шарон наотрез отказался. И вовсе не потому, что верил в способность армии и спецслужб расправиться с главарями бандформирований и их воинством, оградив население от шахидов. Препятствием являлись поселенцы, заявившие, что негоже оставлять их за пределами «стены». И не только они. Против забора выступали и лидеры «Ликуда», если не ошибаюсь, все поголовно.
Я уже писал в своих предыдущих статьях, что Шарон раздумывал почти два года, не зная, что ему предпринять. За это время произошли страшные теракты, погибли сотни евреев. Однако его план сильно отличался от плана левых: «забор безопасности» премьер решил строить на значительном отдалении от «зеленой черты», отдавая себе отчет в том, что конфликта с палестинцами не избежать, а вслед за ним возникнут и серьезные международные осложнения. Я согласен вслед за Хомски, что Шарон наверняка знал, к чему приведет стройка, превратившись из "стены безопасности" в "стену раздора".
Что с того, что британцы, французы и россияне вкупе с Китаем не прислали своих представителей в Гаагу. Сделали они это вовсе не из солидарности с Израилем, а из-за нежелания создавать прецедент, пытаясь просто сохранить свою монополию на принятие важных политических решений, не делегируя их Международному суду. Напомним, что в Совете Безопасности ООН только «великие державы», в их число входит и США, имеют право постоянного вето, позволяющего дезавуировать любое принятое СБ решение.
Не стоит умиляться и позиции, занятой правительством и парламентом Великобритании, главного союзника Вашингтона. Несколько членов кабинета Тони Блэра, среди них и министр иностранных дел Джек Стро, заявили о нелигитимности «забора», возводимого вдали от «зеленой линии». Их поддержала и специальная парламентская комиссия, изучавшая вопрос «стены безопасности». О том, какие настроения преобладают среди политического бомонда Франции и России, ясно без лишних слов.
«Стена, возводимая по приказу Шарона, - подчеркивает Хомски, - это не что иное, как повторение планов «бантустанизации», которые пытались в свое время провести в Южной Африке и которые доказали свою никчемность...Еще до начала нынешнего строительства расположенные на Западном берегу поселения, объекты инфраструктуры превратили эту территорию в лоскутное одеяло. Возведение же стены приведет к фактической изоляции от 250 тысяч до 300 тысяч палестинцев, к переходу под полный израильский контроль около 10 процентов земель на Западном берегу, в отношении которых должна вестись речь на будущих мирных переговорах. Более того , когда мы познакомились с планом Шарона, то легко определили, что он предусматривает разделение Западного берега на 16 изолированных анклавов, включая земли, уже обещанные палестинцам. При этом участки, по которым проходит забор сегодня – это самые плодородные земли, кроме того, контроль над источниками воды также находится в руках израильтян».
Поверьте, господа, что к словам Хомски прислушаются не только у нас, в США, но и в Европе. И можно не сомневаться, какой они вызовут резонанс. Между тем сам ученый не скрывает своего пренебрежительного отношения к суду в Гааге.
«Ничего конкретного на нем принято не будет, кроме разве что рекомендаций, не обязательных к исполнению, - считает он, - ключ к решению израильско-палестинского конфликта, спасение невинных жизней находится не в руках судей в Гааге, а политиков в Вашингтоне». Думаю, что Хомски прав. Поэтому тоже не придаю большого значения происходящему в Гааге. Для меня это - политическое шоу, не более того. Другое дело, нужно ли было Израилю принимать косвенное участие в нем, если его премьер намерен-таки передвинуть забор к «зеленой линии»?