К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ СЭРА ФРЕДЕРИКА АШТОНА

Вариации на тему
№33 (433)

ФЕСТИВАЛЬ В ЛИНКОЛЬН ЦЕНТРЕ

Организация Film Society of Lincoln Center присоединилась к празднованию в Нью-Йорке 100-летия со дня рождения Фредерика Аштона, одного из крупнейших хореографов ХХ века. Был организован показ фильмов, посвященных знаменитому английскому мастеру, в которых Аштон выступал не только как хореограф, но и как исполнитель некоторых ролей. 30 и 31 июля не только любители балета, но и завсегдатаи киносеансов в Линкольн Центре посмотрели пять фильмов прошлого века, один другого интереснее.
В первую программу были включены два уникальных фильма: фильм-балет “Ревнивый любовник” 1953 года и архивный черно-белый фильм “Очаровательные танцующие леди” (“Очаровательные танцовщицы”) 1932 года.
О фильме “Ревнивый любовник” (часть трилогии “Три истории о любви”) в Америке никто не имел представления, никто из балетных критиков его никогда не видел, поэтому аннотация была составлена неправильно: её авторы постарались провести параллель между балетом по сказке Андерсена “Красные башмачки”, где героиня в наказание за совершенный грех должна танцевать, пока не упадет мертвая. Оказалось, что фильм не имеет никакого отношения к сюжету «Красных башмачков”. Перед началом сеанса директор программы Джоанна Ней выступила перед зрителями с объяснением, почему появилась неточность в аннотации. Но я пишу об этой несущественной детали лишь для того, чтобы подчеркнуть уникальность показа этого фильма-мелодрамы. В нем два главных действующих лица: молоденькая танцовщица, которой врач запретил танцевать из-за болезни сердца, и знаменитый импресарио. Девушка не мыслит своей жизни без балета. Импресарио, случайно увидевший балерину, влюбляется в нее и хочет сделать ее сенсацией новой программы. Девушка, скрыв от него то обстоятельство, что ей запрещено даже думать о балете, танцует для импресарио в его студии и, вернувшись домой, умирает. В роли молодой танцовщицы снималась известная английская балерина Мойра Ширер (настоящая фамилия — Кинг), которая танцевала до 1954 года в труппе “Сэдлерс-Уэлс-Баллет”, где была первой исполнительницей главных ролей в балетах Аштона. Кроме того, она снялась в нескольких фильмах-балетах, два из которых были показаны на фестивале. “Ревнивый любовник” - фильм-балет, где героиня - настоящая балерина. Аштон создал для нее всю танцевальную часть роли. Следующий фильм той же программы “Очаровательные танцовщицы” также посвящен миру танца, но здесь главная тема - сентиментальная история из жизни ветреных артисток мюзик-холла и их богатых поклонников. Фильм, снятый в стиле того времени, имеет счастливое окончание. Героев фильма играют небалетные артисты. Аштон в этом фильме участвует только как постановщик вставных танцев, исполнительницы-танцовщицы, которые заменяют актрис, сняты сверху и издали, они танцуют нечто похожее на “Шопениану”, но под музыку из “Лебединого озера”, а также кофешантанные танцы. Смотреть эти фильмы было очень интересно.
Особое место занимал блестяще сделанный балетный фильм 1971 года “Сказки Беатрис Поттер” о кролике Питере и других животных. Фильм-балет поставлен Аштоном, зверюшек танцуют известные английские танцовщики того времени. Это веселый, трогательный, изобретательно и с большим юмором поставленный и оформленный фильм, одинаково интересный как для детей, так и для взрослых. Фильм существует на видеокассете. Для тех, кто заинтересуется, привожу английское название: The Tales of Beatrix Potter, 1971, England
Все фильмы, показанные на фестивале, являются фильмами-балетами, т.е. специально созданными для кинематографа. Только “Ундина” (1960 год) - документальный, это скомпонованные съемки представлений спектакля Аштона с великой балериной ХХ века Марго Фонтейн в заглавной роли. В 1961 году Королевский лондонский балет привозил “Ундину” в Россию на гастроли. Балет в целом, и тогда и теперь, показался мне малоинтересным, но Марго Фонтейн в роли Ундины - это легенда ХХ века. Какие бы слова я ни подбирала, чтобы описать танец Фонтейн - музыкальность, выразительность, грация - я не смогу передать впечатления от магии ее искусства. Майкл Сомс , постоянный партнер Фонтейн, в роли рыцаря кажется почти смешным, так несовременно выглядит сегодня его нарочито ”правдоподобная” актерская игра (чтобы передать волнение героя, артист глаза таращит и морщит лоб ), хорош Александр Гранд в роли Водяного, но все это не имеет значения - главное: осталась на пленке великая балерина, танец которой, надеюсь, будет так же волновать будущие поколения балетоманов, как он волновал зрителей прошлого века.
Наиболее сильное впечатление на меня произвел последний фильм программы: “Сказки Гофмана”. Это опера-балет, поставленный по опере Оффенбаха, где некоторых главных героев поют и играют оперные певцы, но другие персонажи исполнены известными танцовщиками. Так, главную роль злодея, злого волшебника, играет знаменитый в середине прошлого века Роберт Хелпманн, балетный артист, хореограф, актер и режиссер кино. И как играет! В этом случае некоторая аффектация актерской игры не кажется старомодной, потому что так создан весь фильм, нарочито театрализованный, оформленный также нарочито причудливо и театрально. Первую любовь Гофмана, куклу Коппелиуса, превосходно танцует Мойра Ширер, в других ролях заняты также танцовщики, чьи имена вошли в историю мирового балета: сам Аштон, известная французская балерина Людмила Черина, а также Леонид Мясин, премьер “Русских сезонов” Сергея Дягилева, хореограф.
Словом, у меня осталось самое лучшее общее впечатление от этого двухдневного аштоновского кинофестиваля. Снимать балет в кино - сложное искусство, чаще всего на экране теряются уникальные особенности балетных исполнителей, живое “дыхание” спектакля. Такие фильмы, как “Ундина”, - редкость. Лучше удаются специальные постановки, созданные с учетом другого вида искусства. Фильм “Сказки Гофмана” - пример удачного соединения воедино различных видов искусства: балета, оперы и кино. Благодаря этим фильмам можно было увидеть артистов прошлого и, естественно, хореографию Аштона.
В целом июльский сконцентрированный в Линкольн центре показ наследия Аштона был создан с уважением к творчеству хореографа. Хореография Аштона изобретательна, дуэты красивы и лиричны, Аштон - мастер ансамблевых сцен, он обладает тонким чувством юмора. Словом, и будущим поколениям хореографов, и зрителям еще предстоит учиться и получать удовольствие от искусства мастера прошлого. А если и не все кажется нам сегодня удачным, так ведь нет ни одного хореографа в мире, даже среди гениев, кто бы создавал одни шедевры. Время отбирает постепенно те произведения, которые останутся на все времена, остальное “канет в Лету”, и это естественный ход истории. Но, повторяю, фестиваль в Линкольн центре показал наследие Аштона пусть не очень полно, но разносторонне.

БАЛЕТ “РОМЕО И ДЖУЛЬЕТТА” НА РАЗНЫХ СЦЕНАХ МИРА
В эти же последние дни июля в Линкольн центре состоялось ещё одно событие, но уже вне рамок фестиваля: театр “Universal Ballet” из Кореи привез на гастроли и показал на сцене Городского театра балет Сергея Прокофьева “Ромео и Джульетта” в постановке Олега Виноградова, художественного руководителя труппы (оформление Семена Пастуха и Галины Соловьевой, дирижер - Павел Бубельников из Санкт-Петербурга). Балет создан в традициях русского классического балетного театра ХХ века, поставлен и оформлен очень интересно. Я расскажу о нем в следующем номере газеты.
В конце июля балетная труппа БОЛЬШОГО ТЕАТРА показала на гастролях в Лондоне современный вариант “Ромео и Джульетты” румынского хореографа Раду Поклитару на музыку Прокофьева. Поклитару осуществил эту постановку совместно с английским режиссером драматического театра Декланом Доннелланом. Английские критики встретили балет в штыки. Я постоянно сталкиваюсь с таким феноменом, как непоследовательное и нелогичное отношение западной критики (как американской так и европейской) к русскому балету. С одной стороны, они требуют от русского балета новизны хореографии, постоянно применяя эпитет “устаревший” к балетам ХХ века. С другой стороны, всем хочется видеть прекрасных русских балерин в пачках или романтических туниках в “Лебедином озере” или в “Жизели” (причем редакции классических балетов тоже предпочитаются западные) и ничего больше! Меня всегда страшно удивляет самонадеянность западной критики, считающей, что они лучше знают, какое направление должны избирать русские театры, а иногда - и как они должны танцевать классические балеты. Может нравиться балет Поклитару (я видела его в Москве, и мне он показался интересным вариантом), может не нравиться, но Большой театр, во всяком случае, старается найти своих хореографов, а не только подбирать западные балеты (часто тоже устаревшие). Замечу, что на публику отзывы прессы не влияют: билеты на спектакли русских балетных трупп, как правило, распроданы задолго до начала гастролей. К сожалению, судя по тому, с каким злорадством в России сейчас публикуют все плохие отзывы западных критиков о русских хореографах или танцовщиках, русские критики в целом не только не стараются понять процессы, происходящие в русском балетном театре, но и занимают враждебную позицию по отношению к собственному искусству. Явление еще более печальное...

В РОССИИ по-прежнему нет никаких известий о хореографе Дмитрии Брянцеве, который исчез больше месяца назад во время поездки в Прагу. Он возглавлял балетную труппу московского театра им. Станиславского и Немировича-Данченко. Уже называют имена претендентов на вакантное место, среди них Владимир Васильев, который, по моим сведениям, отклонил предложение директора возглавить балетную труппу театра. Называют и другие имена, включая премьеров осиротевшей труппы и даже “варяга” Сергея Вихарева из Мариинского театра. Как будто никто уже не надеется на возвращение пропавшего хореографа...
Фото автора