АЛМАЗНЫЙ ТВОЙ ВЕНЕЦ

У каждого свое хобби
№43 (443)

Благодаря познанию и опыту, человек не однажды убеждался в том, что в основании всего сущего лежат законы гармонии, а споры о том, что приоритетнее красота или польза - разрешает сама жизнь. Давным-давно, надевая амулет или ожерелье из костей, клыков убитых животных, первобытный охотник не только пытался заполучить таким путём звериную силу и ловкость, но и наряжал себя, видя свое отражение в ручье или глазах соплеменников. Со временем украшения – от первобытных ниток с раковинами до колье с бриллиантами - становятся предметом ремесла и искусства, спутниками всех культур и эпох. Так что рассказ о коллекциях и мастерах–ювелирах неотделим от времени, в котором они жили или живут.
Заново открытые античные украшения выходят на свет из древних усыпальниц, тайников и кладов, некогда спрятанных от мародеров. И если одному из ракушечных ожерелий, найденному на территории нынешней Моравии, 28 000 лет, то ювелиры- шумеры из Междуречья работали с золотом более шести тысяч лет назад. Более всего в старинных умельцах удивляет тенденция сочетать дизайн с религиозными воззрениями своего времени. Целых двадцать шесть пекторалей из гробницы фараона Тутанхамона( 1336 год до н.э.) поражают изяществом золотых орнаментов и подбором камней, окружающих символ созидателя, жука-скарабея. Здесь же присутствуюет Всевидящий глаз, бутоны лотоса и его раскрытые цветы – символы воскрешения под солнцем Нила, часто венчающего композиции.
Знакомясь с коллекциями античных ювелиров из Эрмитажа, Египетского и Британского музеев, легко увидеть, как их творческие находки оживают в других культурах. Так, золотые спирали на поясах и пряжка “узел Геракла” приходят в Грецию из Египта, а подвески с золотым полумесяцем - из Малой Азии. Cравнивая украшения ирландских племен, этрусков и римлян, видишь, что им не по плечу тягаться с Византией, имевшей доступ к камням Индии, жемчугу Персидского залива и золоту, найденному на Балканах. Византийские мастера работали с финифтью, гравировкой и золотым плетением. И хотя Кодекс Юстиниана 529 года разрешал каждому жителю носить золотое кольцо, право надевать жемчуга, сапфиры и изумруды принадлежало только императору. В средние века похожие законы будут изданы в Англии и других странах, соблюдающих жесткую иерархию.
Известно, что войны – не только носители горя, но и двигатели прогресса, так, сокровища Константинополя, разграбленные в 1204 году единоверцами- крестоносцами на пути в Cвятую землю, будут еще долго вдохновлять европейских мастеров. C приходом ислама и становлением Османской династии престиж ювелиров Малой Азии будет восстановлен и умножен. И сегодня, кроме виртуозно исполненных украшений, в коллекции стамбульского Topkapi Palace Museum находится отделанный камнями золотой трон весом в четверть тонны и один из самых красивых в мире кинжалов, украшенный тремя огромными изумрудами.
Начиная со средних веков возникающие архитектурные стили впрямую отражаются на дизайне украшений и их огранке. К примеру, бриллиант в готическом стиле Rose-cut представлял из себя плоскую основу с куполом, сформированным треугольными фасетами. Вера в силу камней, привозимых венецианцами из Индии и Цейлона, была так велика, что еще в XI веке епископ Марбодус из Британии выпустил популярную в Европе “Книгу камней”, где описал магические свойства шестидесяти из них. Кроме того, автор описывал как выглядят подделки, и давал инструкции по их распознаванию. Известно, что в 1502 году венецианцы начали выпускать фальшивый жемчуг, что очень вредило репутации города. Вскоре дож издает указ, предусматривающий наказание “поддельщиков” отрубанием кисти руки и изгнанием из города.
Период Возрождения в ювелирном ремесле знаменуется экспедицией Колумба и появлением в Европе золота индейцев и драгоценных камней из Южной Америки, сделавших Испанию богатой и сильной. А уже в 1498 году португалец Васко да Гама, обогнув на корабле мыс Доброй Надежды, выходит к Индии. Удивительные алмазы и изумруды Индостана порождают великих ювелиров, подобных итальянцам Б. Челлини и К.Каррадосо, французу Е.Хорнику из Льежа и другим. С портретов Рубенса, Гольбейна, Ван Дейка на нас глядят вельможи в золотых цепях, дамы в платьях с жемчужным шитьем и диадемах с бриллиантами. Вид золотых подвесок и эмалей кружил головы аристократов. Именно тогда возникают первые коллекции “королевских сокровищ и королевской короны”. Но даже на фоне “золотой и алмазной лихорадки” страсть к украшениям королевы Англии Елизаветы Первой была притчей во языцех. Зная эту ее слабость, только в канун 1587 года послы из разных стран подарили королеве 80 ювелирных украшений работы известных мастеров Азии и Европы. Английские монархи придавали большое значение к дизайну корон, заново заказывая или переделывая их “под себя”. Самой же знаменитой и сегодня остается корона св. Эдварда, которая извлекается из государственной коллекции только при коронациях. А королевский скипетр с крестом, украшенный бриллиантом “Большая звезда Африки” и “Золотой Глобус” ( в русской интерпретации “Держава”) 1661 года, щедро инкрустированный 365 бриллиантами, рубинами и аметистами, “участвует” в ежегодном открытии работы Парламента.
Роскошным украшениям не однажды доводилось бывать не только знаками богатства и власти, дарами и доказательствами любви, но и мотивами для совершения преступлений. В1770 году французский король Людовик XV дарит фаворитке мадам дю Барри самый дорогой в то время бриллиант, оцененный в один миллион шестьсот тысяч ливров, да так и умирает, не успев рассчитаться с долгами. Пятнадцать лет спустя королева Мария-Антуанетта пытается тайно купить этот же бриллиант за спиной у своего мужа, Людовика XVI. Узнав об этом, виконтесса де ла Мотт подбивает своего друга - кардинала совершить покупку в пользу королевы, а потом обмануть её (королеву), сказав, что уронил ожерелье и потерял камень во время поездки в экипаже. История получила огласку. Народ роптал, обвиняя королеву в мотовстве. Приближалась французская революция 1789 года, которая ненадолго “отменила” бриллианты, введя в моду железные браслеты из обломков Бастилии и серебряные кольца с портретом “друга народа” Жана Поля Марата, убитого в 1793г.
Ювелирные коллекции России начались с Петра Первого, выставлявшего в кунсткамере не только природные курьёзы, но и образцы ювелирных изделий. Позднее императрица Анна Иоанновна, будучи мотовкой по характеру и немкой по крови, заказывает свою “ювелирку” и памятные медали в Германии, не доверяя талантливым российским мастерам.
Знаменитым на всю Европу коллекционером становится Екатерина Вторая, скупавшая на аукционах ювелирные шедевры и призвавшая в Петербург самых модных европейских мастеров.
В Зимнем дворце она открывает одну за другой большие Алмазные комнаты, где в стеклянных шкафах хранит свои короны и баснословно дорогие “безделушки”.
Известно, что у знаменитых камней и ювелирных шедевров - собственная судьба. Индийский бриллиант, переходя из рук в руки, в конце концов стал называться “Орлов” и обрел свой дом в России, в скипетре Екатерины Второй. Другой известный бриллиант, “Шах” был подарен русскому царю персидским шахом как извинение за убийство в Тегеране дипломата и поэта А. Грибоедова. Так, одна из золотых корон Петра Первого, украшенная восемью сотнями бриллиантов, рубинов и изумрудов и увенчанная российским двуглавым орлом, сегодня оказалась в Ajida Museum в Лиссабоне, Португалия. Так, в коллекции американских мультимиллионеров Форбсов оказались 180 ювелирных изделий и девять декоративных яиц работы великого русского ювелира Карла Фаберже. Когда в январе этого года наследники Форбса объявили о намерении отдать коллекцию на аукцион, сибирская нефтяная компания, возглавляемая В. Вексельбергом, купила всю коллекцию еще до начала торгов. Весной в Патриаршем дворце Кремля прошла выставка пятнадцати пасхальных яиц и других шедевров Фаберже, вернувшихся на Родину. Среди изделий, исполненных мастером применением хитроумных механизмов, есть и первое пасхальное яйцо с золотой курочкой и желтком внутри, которое привело монаршую семью в восторг. Другим шедевром коллекции считается “коронационное” яйцо с золотой мини-копией кареты, в которой императрица короновалась в 1896 году.
Когда после революции 1917 года коллекция Эрмитажа пополнилась экспроприированными коллекциями, принадлежавшими Долгоруким, Юсуповым, Шуваловым, многим казалось, что лозунг “искусство принадлежит народу” воплощается в жизнь. Но эйфория ценителей и идеалистов была недолгой. Из пятидесяти уникальных пасхальных яиц, принесших дому Фаберже мировую славу, в 1920-30-е годы за рубеж было продано сорок, а если учесть, что, наряду с ними десятки тысяч произведений искусства навсегда исчезли в западных музеях и частных коллекциях, можно оценить урон, нанесенный этим произволом русской культуре.
Среди многих работ Фаберже в историю ювелирного искусства вошли и кулоны в форме сцепленных бриллиантовых снежинок, напоминающих о русской зиме, полупрозрачные эмали, передающие до ста пятидесяти цветовых оттенков, и гармонично соединенные платиной и серебром сапфиры и голубые халцедоны.
“Дореволюционным” императорским регалиям ( короне, скипетру и державе), принадлежащим Екатерине Второй, по закону было запрещено покидать пределы России, и в конце XIX века П. К. Фаберже попросил разрешения у Николая Второго изготовить их копию для Всемирной выставки в Париже в 1900 году. Копию Большой короны украшали 1083 бриллианта, сапфиры, изумруды, жемчуга; копию Державы – 65 бриллиантов.
Как никогда модным в это время становится жемчуг, оставаясь неизменно дорогим в силу своей штучности и востребованности в 1890 году на мировом рынке появляется японец К. Микимото с идеей, принесшей ему и его компании всемирную известность. Техника “ микимото” заключалась в том, что маленькую бусинку помещали в устричную раковину, где она со временем обрастала, становясь крупной и почти естественной жемчужиной. Вскоре крупные нитки жемчуга теряют свою уникальность и становятся доступными покупателям среднего достатка.
К концу XIX века в ювелирном дизайне появляется несколько направлений, которым и суждено было встретиться на этой знаменитой выставке в Париже. К тому времени европейский рынок бриллиантов на 90% пополняется из алмазных шахт Южной Африки. И европейские аристократы, и американские нувориши всё чаще предпочитают украшения в стиле Луи Шестнадцатого и Наполеона и платину с белым золотом для обрамления изделий. Но и демократические тенденции в дизайне усиливаются. Остро реагируя на индустриальную революцию и “механизацию”, английские ювелиры-романтики работают с эмалями и цветными камнями, умышленно придавая им вид ручной обработки. Новаторы склоняются к растительным и анималистским сюжетам: на сцену выходит Арт Нуово. Подлинными событиями выставки стали самобытные работы того же Фаберже, награжденного Гран-при за копии Императорских регалий, позднее украсивших Эрмитаж.
Вторым лауреатом премии Гран-при стал выдающийся французский мастер, которому довелось жить и работать в обеоих столетиях, Р. Лалик. К чести известного коллекционера Г. Гюльбекяна, надо признать, что он первый собрал 145 главных работ Р. Лалика задолго до его триумфа. Разносторонность великого дизайнера усиливалась острым видением всего спектра бытия: вечной тайны, красоты и жестокости мира. Бриллианты и стекло, золото и эмали, рог и полудрагоценные камни были в его руках только средством. Его кузнечики, осы и цветы оживали, словно увиденные автором через волшебное стекло, которым в то время было Арт Нуово.
В течение четверти века дизайнеры всего мира отдавали дань новому направлению. Самым ярким его последователем в США становится Л. Тиффани. Сын основателя знаменитой фирмы, он собирает дизайнеров, успешно работающих с золотом, эмалями и полудрагоценными камнями.
Первая четверть XX века приносит ювелирам египетский стиль из раскопанных гробниц фараонов, геометризм кубистов и супрематистов, драматические линии венских художников Климта и Шилле, бьющие краски театральных декораций дягилевского Русского балета. В период между мировыми войнами французы братья Картье открывают отделения своей ювелирной фирмы в Париже, Лондоне и Нью-Йорке. Отдав дань геометрическому стилю в знаменитой броши 1915 года “ Пантера”, где бриллиантово-платиновый зверь балансирует на круглом цельном сапфире, дизайнеры продолжают поиск, смело соединяя в ожерелья и браслеты многоцветные рубины, сапфиры и бриллианты. И еcли с началом Второй мировой войны и оккупацией Франции Картье выпускают брошь, на которой изображена птица в клетке, то после освобождения Парижа они завершают серию другой брошью, где птица в дверях открытой клетки поёт, расправив крылья.
В годы, предшествующие Второй мировой войне, европейские и американские ювелиры обращаются к новому “старому” материалу - платине. В моду входит вечерняя бижутерия в стиле all-white. Именно тогда компанией Van Cleef & Arpels была создана знаменитая брошь в форме двух листьев из рубинов и бриллиантов, набранных на тончайших платиновых каркасах. Эту брошь король Англии Эдвард VIII в 1936 году подарил миссис Симпсон, из-за любви к которой позднее отрекся от престола, потому что в противном случае не имел права жениться на ней.
Изредка возникая еще в древнеегипетской бижутерии, платина входит в моду во Франции после 1782 года, когда химик Лавуазье понял, как плавить этот тяжелый и красивый металл в прикладных целях. Платины на земле, не так уж много. Есть несколько точек на карте, включая Россию, США и Южную Африку, где её добывают. Цифры говорят, что в мире на нужды ювелиров ежегодно идёт 3300 тонн золота и только 65 тонн платины. Надежность, с которой она фиксирует и держит бриллианты и драгоценные камни, известна профессионалам. Её низкая аллергичность для кожи и высокопробность ( 90 или 95 %) несравнимы с 18-каратным золотом (75% чистоты). Её элегантность стала символом благородного стиля. Из платины и сегодня делают обручальные и юбилейные кольца, браслеты, выражающие веру в вечную любовь.
Покупателям платиновых изделий в США нелишне знать, что если изделие помечено штампом “platinum”, значит оно как минимум 95-ой пробы. Изделие с маркой 950 Plat или 850 Plat содержит от 85 до 95 % чистого металла.
Американская Ассоциация ювелиров и профессиональных дизайнеров выпускает каталоги и журнал on-line, в котором печатает статьи о различной технике и тайнах ремесла. В ассоциацию входят ювелиры всех возрастов и конфессий, ставящие во главу угла владение профессией и требовательность к себе.
Один из самых известных американских дизайнеров Г. Йошка за четверть века профессиональной карьеры создал собственный стиль, использующий австрийский хрусталь, разноцветный лакированный жемчуг и полудрагоценные камни. Он не только “одевает” звезд Голливуда Д.Мур, К.Бэсинджер, Д. Бэрримор и других. Его работы продаются в знаменитых магазинах Бергдорф Гудмен и Сакс на 5-й авеню в Нью-Йорке и в престижных ювелирных салонах Лондона, Парижа и Токио.
Людям, даже далеким от ювелирного искусства, всегда будут интересны истории и человеческие страсти, связанные с ”самыми-самыми” яркими собирателями и украшениями. В коллекции камней, хранящейся в Смитсонианском институте в Вашингтоне, хранятся голубой бриллиант “Надежда” в 45,5 карата, рубин Rosser Reeves в 138,7 карата и голубой сапфир “Звезда Азии” из Шри Ланки( 330 каратов), аквамарин из Бразилии в 911 каратов, золотой топаз в 23 карата. В Музее Естественной истории в Нью-Йорке находится один из самых больших в мире сапфиров “Звезда Индии” весом в 563 карата, изумруд “Патриция” - 632 карата и коллекция рубинов и бриллиантов, подаренная музею Д. Морганом.
В спектре нынешней жизни для ювелирного дизайна характерен сплав многих направлений и стилей. Отходят в прошлое споры о “ высоком” и “низком” ювелирном деле, престижных и второсортных материалах и камнях. Выдающийся сюрреалист XX века С. Дали занимался дизайном недорогих украшений, cоздав в цикле “Глаз времени” брошь со знаменитыми “текучими” часами. П. Пикассо, Ж. Брак и М.Эрнст делали формы и эскизы для медальонов под сталь и алюминий. Влияние абстрактного экспрессионизма, живописи Д. Поллока и японской техники вязания из драгоценных нитей видно в работах англичанина Э. Грима и американки А. Фиск.
Ювелирное искусство успешно существует в симбиозе с модой, живописью, скульптурой, шоу-бизнесом. И даже становясь все более массовым и демократичным, порою впадая в “китч”, оно не становится менее притягательным. Проходя, подобно родниковой воде, через природные фильтры или, как драгоценный металл, через огонь, оно неизбежно очищается от ненужных примесей, неся на себе отпечаток души и рук мастера: чтобы стать реальной вещью, приносящей пользу, существующей по законам гармонии и красоты, без которой наша жизнь стала бы невыносимо пресной.