ЭКСТРЕМАЛЬНАЯ ВЕРТИКАЛЬ «ЧЕЛОВЕКА-ПАУКА»

Уникальное - рядом
№51 (451)

Бывая в Париже, Ален Робер любит назначать свидания на последнем этаже Монпарнасской башни - самого высокого здания на берегах Сены. Официанты ресторана, расположенного на 56-м этаже, увидев Алена выходящим из лифта, приветствуют его с улыбкой: «Надо же, сегодня вы решили подняться наверх, как все нормальные люди?» Действительно, Ален Робер уже трижды забирался на самый ее верх по вертикальной стене. Он, которого называют единственным в мире «человеком-пауком», покорил самые высокие здания нашей планеты. Но к Монпарнасской вершине, которая портит своим видом урбанистический пейзаж прекрасного Парижа, он по каким-то причинам питает особую слабость. Последний раз карабкался на нее в конце сентября нынешнего года.
42-летний Ален Робер совершает свои восхождения без всякого страховочного инвентаря или вспомогательного материала и пользуется только своими руками и ногами. У него нет даже страхового полиса – ни одна компания не захотела с ним иметь дело.
Этот щуплый человек ростом 1,63 метра и весом 50 килограммов за последние 10 лет поднялся на 70 зданий мира - от «Эмпайер Стэйт Билдинг» до Эйфелевой башни. Его рекордное восхождение – это чикагский небоскреб «Сиерс» высотой в 443 метра. Больше всего он жалеет о том, что «Аль-Каеида» помешала ему занести в список своих достижений две башни Всемирного торгового центра. Про Робера говорят, что он бросает вызов смерти, для того чтобы больше любить жизнь. Пару лет назад, когда он забирался на лондонский небоскреб «Кэнэри уорф» высотой в 250 метров и был близок к цели, пошел ливень, и Алену пришлось, не добравшись до последнего этажа, воспользоваться люлькой мойщика окон. «В дождливую погоду подъем становится практически невозможным», - сокрушается верхолаз–экстремал.
Когда его спрашивают, почему он избрал в жизни вертикальную стезю, рекордсмен пожимает плечами: «Этот вопрос я сам себе часто задаю за рулем автомобиля. Мне хотелось бы найти на него ответ, но никак не получается. Очень трудно разобраться в том, почему меня привлекает высота и связанная с ней опасность. Тем более что я, честно говоря, боюсь смерти». Более того, он страдает от…. головокружения. Когда его обследовали врачи в начале 90-х годов, то пришли к заключению, что он в любой момент может потерять равновесие. Кроме того, после нескольких травм его порой плохо слушаются руки, а некоторые пальцы вообще не гнутся. Эти травмы он получил, когда был скалолазом, и имел репутацию одного из лучших и бесстрашных «экстремалов» в мире. И скалы он также покорял голыми руками.
Поворотным моментом в его судьбе стал 1994 год, когда представитель часовой фирмы «Сектор» предложил ему в рекламных целях забраться на один из американских небоскребов. Вначале сама идея показалась Алену Роберу совершенно безумной, но затем он после размышлений дал согласие. Так началась его новая карьера, а вместе с ней и неприятности с правоохранительными органами.
Нью-йоркские полицейские считают его сумасшедшим, токийские, изловив, избили его, а малайзийские стражи порядка отправили на две недели за решетку. В нескольких странах, включая Францию и Великобританию, против него возбуждали дела, однако каждый раз Фемида была вынуждена давать отбой за отсутствием подходящей статьи в уголовном кодексе. Какие можно предъявить ему обвинения? «Никаких, - отвечает бывший полицейский капитан Ален Мулен, который проникся симпатией к этому человеку. – Во Франции он не подпадает ни под какую статью».
Сам Ален Робер считает себя в какой-то степени изгоем, человеком, не вписывающимся ни в какие общественные структуры. Он никогда не работал, но покорение небоскребов, оплачиваемое спонсорами, позволяет ему содержать семью. При этом он любит повторять, что свои подвиги совершает совсем не в коммерческих целях. Так, в апреле 2003 года на башне «Тоталь-Эльф-Фина» в парижском квартале Дефанс он прикрепил транспарант с надписью «Нет – войне!», протестуя против американского вторжения в Ирак. Ранее он забирался на египетский обелиск, установленный на парижской площади Конкорд, в рубашке, на которой были запечатлены портреты его любимых героев – Нельсона Манделы, Далай - Ламы и аббата Пьера, известного своей помощью неимущим.
Робер и поныне считает себя бунтарем. «В детстве, - вспоминает он, - я хотел быть Робин Гудом, Зорро или Фанфан-Тюльпаном». Ален до сих пор жалуется на свое несчастное детство. У отца, бывшего военного, было четверо детей. «Слишком часто люди не живут, а влачат существование до того момента, когда все для них останавливается, потому что они умирают, - говорит он. – Когда в детские годы я наблюдал за своим отцом, мне его жизнь казалась бесконечно скучной. У него была жена, дети, он поздно возвращался с работы. Я же хотел жить иначе».
Говорят, что он и стал «человеком-пауком» для того, чтобы бросить вызов своей семье. «Его восхождения адресованы прежде всего его близким, - считает его брат Тьерри. – Ален нуждается в любви, и ему нравится, когда все им восхищаются. Однако наши родители никогда не присутствовали при его восхождениях. Им очень страшно. А если бы они пришли, то это был бы для него лучшим подарком».
Алену удалось победить страх в юношеские годы. Две самые серьезные травмы он получил в двадцатилетнем возрасте, когда, сорвавшись со скалы, упал с высоты примерно в 15 метров. Неоднократно он оказывался на операционном столе, и хирурги также неоднократно объявляли ему, что он больше не сможет совершать подъемы. Но каждый раз «человек-паук» возвращался в строй. Однажды он взял высоту с рукой в гипсе. Руку же он сломал на тренировке, когда хотел забраться на скалу только с помощью ног, не используя других конечностей.
Покоряя небоскребы, Ален знает, что не имеет право на ошибку. Теперь даже его брат Тьерри не хочет наблюдать за тем, как он штурмует высоты: «Вначале он хотел, чтобы кто-то из его близких обязательно находился у подножия здания, ибо мы были для него своеобразным талисманом. Он считал, что если мы внизу, то он не упадет. Но я больше не в состоянии выдерживать это зрелище». На место его восхождений никогда не приходят ни жена Николь, ни три его сына, которым 17, 14 и 10 лет. «Когда дети видят меня собирающим чемодан, - рассказывает Ален Робер, - они меня спрашивают, не намерен ли я забраться на новый объект. Если я им говорю «нет», они испытывают облегчение. Если я отвечаю «да», они ничего не говорят».
В свое время Ален собирался подвести черту под своими восхождениями по достижению 40 лет, если, конечно, не погибнет раньше. Сегодня ему 42, но он продолжает восхождение на урбанистские вершины. Один из его спонсоров грозит, что перестанет финансировать его экспедиции, если он не начнет использовать страховочную веревку. Люди будут им восхищаться не в меньшей степени, но Ален отказывается: «Чувство страха мне нравится. Оно меня стимулирует, поэтому я не собираюсь останавливаться. Уж лучше погибнуть, сорвавшись с небоскреба, чем однажды стать жертвой рака».
Париж