Арабская экспансия в целомудренный иврит. Часть 2

В мире
№49 (815)

Продолжение. Начало в предыдущем номере

Первый разговор об арабском сленге в иврите мы завершили словечком “маньяк”. Есть сходное слово “манаек”. Оно означает “безудержный, сумасшедший, чокнутый”. Вот пример с этим словом. В последний год срочной службы каждое утро в казарме начинается с того, что дежурный кричит: “Од шана – ве-манаек”, и все остальные хором повторяют “Од шана – ве-манаек”. И с приближением заветной даты дружный вопль только что проснувшихся солдат становится все неистовее, все громче, все радостнее. Смысл фразы понятен: служить осталось еще столько-то дней, а потом оттянемся как следует. Солдат на побывке информирует подругу: “Од ходеш ле-манаек” (до дембеля месяц остался, мол, потерпи еще немного).
После того как иранский лидер хвастливо заявил, что через год у него будет сто центрифуг для обогащения урана, газета “Маарив” опубликовала карикатуру, на которой бесноватый Ахмадинеджад на фоне центрифуг восклицает: “Од шана – ве-манаек!” Еще год – и он всему миру покажет, где раки зимуют.

И еще одно арабское сленговое слово ЦАХАЛ внедрил в иврит – “зубур”. Так называют издевательства и приколы старослужащих (дедов) над новобранцами (салагами). Это явление в израильской армии не такое страшное, как российская дедовщина, но все равно это неуставные отношения. Например, посвящая салаг в солдаты, обливают их холодной водой (даже зимой).

Термин в армии не засиделся, пошел в народ. Депутату-новичку в кнессете иной раз устраивают головомойку - “асу ло зубур”. Как-то известный израильский журналист Ярон Декель так оценил трения между лидерами нашей страны и США: “Клинтон аста ле-Биби зубур”.

Один из читателей первой части этой статьи высказал предположение, что арабский сленг характеризует исключительно выходцев из арабских стран. А ведь я черным по белому написал: “Бе-Рахель битха а-ктана”, и это доказывает, что представители ашкеназской общины не уступают сефардам в приверженности к арабским словечкам. Это пошло с далеких времен, еще до провозглашения государства Израиль. Жители ишува бравировали знанием арабских слов, многие одевались, как арабы, носили куфии (платки-”арафатки”). Кибуцники, мошавники, тель-авивская богема - почти все они были ашкеназим.

Знаменитый киббуцный (читай ашкеназский) хор, созданный в те времена, называется “Чизбатрон”, от арабского слова “чизбат” – надуманный, вымышленный рассказ, который выдают за чистую правду. Рассказ Михаила Веллера о том, что Моше Даян был на передовой советско-германского фронта и чуть было не получил звание Героя Советского Союза, – типичный “чизбат” (об этом можно прочитать в Википедии).

Вот сравнительно свежая история с этим словом. На процессе над Ольмертом некий свидетель, американский компаньон Таланского, показал: тот говорил ему, что дает деньги Ольмерту. По словам этого компаньона, когда Ольмерт стал премьер-министром, Таланский пришел в офис радостный и заявил: “Я поставил на верную лошадку!” Адвокаты Ольмерта тут же закричали: “Обжекшн!” (протестуем) и потребовали вычеркнуть из протокола эти показания, называя их “эдут шмиа”, что на юридическом языке означает “пересказ услышанного” и в качестве свидетельства на суде принято быть не может. Адвокаты Ольмерта даже острили: “Что, этот процесс будет построен на “чизбатим”?

В прошлой главе мы разобрали слово “дахка” (шутка, мн. ч. “дахкот”). Не путать с “чизбат”! Придуманная история не обязана быть забавной или смешной.

Между прочим, Моше Даян в 30-х годах прошлого века был одним из тех молодых людей, которые “косили” под арабов. Из-за его пристрастия к ношению в молодости куфии премьер-министр Леви Эшколь называл его Абу-Джильда. Это еще один арабский сленг, означает просто “араб”. Третий премьер Израиля называл будущего героя Шестидневной войны арабом и долго не хотел назначать его министром обороны.

Думаю, нет нужды объяснять, что израильтяне - выходцы из арабских стран в еще большей степени пользуются богатством того языка, на котором разговаривали их родители. Возьмите Марголь, талантливую певицу йеменского происхождения Маргалит Цанани: ее речь просто пересыпана арабским сленгом. Одно время она вела на телевидении ток-шоу, и критики тогда выражали недовольство тем, что она через слово вставляет “харта-барта” (“чепуха”), “сахтэн”, “капара”…

“Капара” - это слово заслуживает отдельного разговора. Прямой перевод этого слова - искупление греха посредством принесения жертвы. Йом-Кипур – это день искупления грехов.

Выражение “капара аль”, которое привезли сюда репатрианты из Марокко, имеет два разных смысла. Первый: на Востоке часто говорят “Да стану я жертвой за твои грехи”. Говорят это тому, кого очень любят, кому бесконечно преданны. Со временем длинное выражение сократилось до “капара алейха”, а чаще просто “капара”. Слово, означающее “жертва”, стало синонимом слов “дорогой, любимый”. Произносят обычно перед тем как высказать просьбу.

Другой смысл: у человека обокрали дом, унесли все ценное. Обворованный беспечно говорит: “капара аль а-кесеф, аль а-тахшитим” - то есть, Бог с ними, с деньгами и драгоценностями, пусть они будут жертвой за мои грехи.
Слово “капара” в иврите стало уже одним из слов-паразитов. Суют его, где нужно и не нужно. При этом если в спектакле или
фильме герой любит произносить его, значит, он из небогатых людей восточного происхождения.

В полицейском сленге “капарот” означает “арабы”. “Ацарну шалош капарот”, - сообщает патруль по рации в отделение. То
есть задержали трех арабов.

Кстати, о Марголь. Как известно, у певицы сейчас большие проблемы – ее обвиняют в том, что она привлекала к улаживанию своих недоразумений с менеджерами тех, кого на сленге называют “арсим”. Арс – это полууголовный, если можно так выразиться, элемент, человек, который не в ладу с законом, но улик против него, чтобы посадить за решетку, обычно не хватает. Их легко распознать по особой (вычурной) манере одеваться, по золотым цепям на шее и на руках, по особой речи – грубоватой, фамильярной, густо сдобренной арабским сленгом. Самое близкое к слову “арс” русское слово - блатной. На арабском арсами называют сутенеров.

Хочу еще раз подчеркнуть: арабский сленг в Израиле не является приметой лишь малообразованных слоев населения. Вот как прибег к нему, например, представитель израильской элиты – бывший ведущий     журналист газеты “Гаарец”, ныне депутат кнессета (партия “Авода”) Даниэль Бен-Симон. Еще до того как лидером этой партии была избрана Шели Яхимович, прошел слух, что фракция “Аводы” вот-вот расколется. Когда Бен-Симона спросили об этом, он ответил: “Калам фади”, то есть “полная чепуха”, “ничего подобного” в переводе с арабского на иврит. Впрочем, чаще в подобных случаях израильтяне используют арамейское выражение “Урва парах” (ворона пролетела), но и “калам фади” все израильтяне понимают.
Про Моше Даяна, о котором мы упоминали выше, в свое время говорили, что он был большой “харман”, то бишь питал слабость к прекрасному полу. Еще один пример, чтобы вы лучше поняли смысл этого слова: древнегреческий бог плодородия Приап был “харманом”. Знай Высоцкий иврит, то, подбирая эвфемизм к своей строке “Мао Цзедун – большой б…дун” вместо слабенького “шалун” мог вполне вставить это самое “харман”.

Следующее слово напомнил мне один из читателей, который так оценил мои скромные труды по исследованию арабского сленга: “achla article! Shukran”, то есть – “ахла статья, спасибо”. Сначала про “ахла”. Сейчас многие знают это слово благодаря навязчивой рекламе хумуса, а еще лет десять назад оно для “русского” слуха было новым. Помню, ко мне подошла девушка и говорит: коллега назвал ее “ахла бахура”, что она, должна обидеться, перестать здороваться с ним? Я объяснил ей: “ахла” означает “классная”. Причем это тот очень редкий случай, когда в иврите определение стоит перед определяемым существительным.

А “шукран” (спасибо) – я даже не знаю, можно ли отнести это слово к сленгу. Ведь когда мы на русском говорим “мерси” или “сэнкью”, то просто используем иностранные слова, знакомые всем.

Близко по смыслу к “ахла” арабское слово “сабаба”. Наиболее точный перевод на русский – “замечательно”. Подруга нашей дочери участвовала в отборочном конкурсе телепередачи “Нолад лиркод” и на наш вопрос, как там было, отвечает: “Сабаба”. Сама дочь поехала с друзьями в Эйлат, звоним ей туда: “Ну как ты?” - “Сабаба”. Звоню жене на работу: “Нас пригласили в гости, как ты на это смотришь?” - “Кто пригласил?” Называю. Она отвечает: “Сабаба”. То есть не просто согласна навестить этих людей, а пойдет к ним с радостью. Если когда-нибудь будете переводить с иврита на английский, то для “сабабы” лучше всего подходит lovely (“лавли”).

На днях рассказали о некоем судье, который настолько оторван от жизни простых людей, что не знает языка, на котором те разговаривают. Приводят в здание суда арестованного, по виду – настоящего арса. Судья, не видя представителя защиты, спрашивает у подсудимого: “У тебя что, нет адвоката?” Тот отвечает: “Еш ли орех-дин – сабаба”. Судья - распорядителю: “Позовите в зал адвоката Сабабу!”

Еще один читатель предыдущей статьи приветствовал меня так: “Аhлан ве-саhлан”. Желая показать, что особенно рады человеку, говорят не просто “аhлан”, а добавляют: “ве-сахалан” (будем рады).

Как я и обещал, привожу примеры неудачного использования арабских сленговых выражений, закончившиеся трагически. Одно из них - “фреха”. В своем первоначальном значении – имя, распространенное в семьях выходцев из арабских стран. Означает “цыпленок”. В Израиле оно стало нарицательным - так называют женщину вульгарную, грубую, крикливую... Это явление распространено во всех языках – выбрать одно имя и обозначить им определенный сорт людей. “Фриц” – это немец, “Йорам” для израильтян – “лопух” и так далее. Но не вздумайте кого-то на улице обозвать фрехой, даже если женщина, на ваш взгляд, полностью отвечает такой характеристике. Лет 10 назад в Беэр-Шеве одна 15-летняя девушка так обозвала другую, та побежала жаловаться своему приятелю. Он примчался выяснять отношения, в результате это вылилось в грандиозную драку двух групп подростков, в ход пошли ножи, и один 16-летний мальчик получил смертельный удар в грудь.
Есть выражение “фреха ашкеназия” – это девушка из ашкеназской семьи, которая, вопреки своему происхождению, ведет себя так, как описано выше.

Вот сюжет одного из лучших скетчей знаменитой в 90-е годы юмористической группы “hа-хамишия hа-камерит” (“Камерный квинтет”). Пришедшая к модному парикмахеру молодая женщина каждую минуту меняет свое поведение, то предстает светской дамой, одной из обычных клиенток этого салона, то фрехой. Причем талантливая актриса Керен Мор делает это великолепно, используя легкие мазки, чуть-чуть меняя лексикон и интонации. Ее героиня сводит с ума мастера: если она светская дама, жена министра, как она представилась, он готов ее стричь, если фреха, жена рыночного торговца или таксиста, он должен указать ей на дверь. Реноме заведения не позволяет ему обслуживать таких, она всех великосветских клиенток распугает.

Офра Хаза в фильме 1970-х “Шлягер” исполнила песню, которая шокировала всех рафинированных кинокритиков: рефреном там гордо звучали слова “Ани фреха!”

Другое опасное выражение - “дир балак!” Смысл (в зависимости от контекста): будь осторожен в словах и поступках; берегись, над тобой нависла опасность; ну все, я тебе теперь отомщу; смотри у меня.

Девятый канал показывал мультик “Ну, погоди!” Каждый раз, когда Волк-Папанов произносит почти единственную на весь мультик реплику “Ну, погоди!” в титрах для израильтян стоит какое-то аморфное “Хаке-хаке”. Скажем, передачу “Жди меня” перевели “Хаке ли” – в общем, вполне сносно. Но использовать это пресное слово для мультика?! Волк-хулиган говорит вежливо, будто он университетский профессор? “Дир балак!” – скажет такой персонаж на арабском сленге, перешедшем в иврит.

Печальная история с этим выражением произошла несколько лет назад в Яффо. Группа богемной молодежи приехала в один из узких переулков этого древнего города, парни припарковали машину и вышли из нее. Тут в переулок въезжает другая машина. Водитель первой, талантливый художник, говорит водителю второй: “Дир балак, если заденешь мою БМВ”. Этот второй водитель, парень горячих кровей, выскочил из своей “тойоты” с ножом в руке и ударил художника прямо в сердце. И нет человека.

Из-за одного слова – убивать? “Бехайят!” Это слово – родственник ивритскому “хаим”, жизнь. “Бехайят, босс, сколько можно на меня наваливать?!” В зависимости от контекста переводится “черт побери”, “ну в самом деле” и так далее.

Как я вижу, материала очень много, в две статьи не умещается. Ох, придется мне таки браться за третью. Почему я сожалею об этом? Дело в том, что в процессе написания первых двух глав я всячески избегал комментариев по поводу неприличных арабских выражений, вошедших в иврит. “Потом, потом”, - твердил я себе. Теперь откладывать эту тему на потом не получится. Слово, как говорится, из песни не выбросишь. Так что предупреждаю: в следующей моей статье будет несколько очень нехороших выражений, поэтому тех, кто не любит таковые, прошу ее не читать. А то некоторые, как выясняется из комментариев, усвоив написанное мной, тут же бегут радовать своими познаниями коренных израильтян. Чего доброго, нарветесь на неприятности...

Юрий Моор-Мурадов