Шанель номер один Дух моды

Этюды о прекрасном
№21 (474)

Я хочу быть частью того,
что грядет.
Коко Шанель

Та удивительная выставка, которая только-только открылась в нью-йоркском музее Метрополитен, называется очень коротко и емко – «Шанель».Потому что это не просто имя, пусть даже из самых громких и всем известных. Шанель – это легенда, это символ элегантности, женственности, вкуса и предельной простоты и благородства. Шанель – это символ стиля. «Мне нравится, когда болтают о Шанели, диктующей моду. Шанель – это прежде всего стиль. Мода проходит... стиль остается», - утверждала великая художница моды. А то, что Коко Шанель была большим художником, столь же неоспоримо, как и то, что мода, вне всякого сомнения, - искусство. Если сотворяется такими талантливыми, небом одаренными и преданными своему делу людьми, как Габриэль Шанель.
Та самая, в творчестве которой синтезировались, совокупились торжество и пластика линии, особое восприятие цвета, острое ощущение времени и себя в этом времени, безупречный вкус, абсолютная оригинальность художнического видения, а главное – искусство оставаться женщиной.
И все это она, Шанель, «энигма, загадка, которую нам никогда не разгадать». Кто это в конце далеких двадцатых прошлого века так образно и точно сказал, теперь уже не восстановить. Но ведь, как говорится, в яблочко – ее жизнь была полна тайн, творческие искания – душевной и духовной силы, а плоды этих исканий – неожиданностей. Кстати, почему Габриэль? На слуху ведь коротенькое и броское «Коко»? Попросту ее, родившуюся в монастырской больничке, Габриэлью нарекли. Ну а потом... В двенадцать – круглая сирота, воспитывавшаяся в католическом пансионе для бедных, она не стала ни ханжой, ни скромницей, да и на жизнь надо было зарабатывать, благо Господь не обделил ни умом, ни вкусом, ни силой духа, ни красотой. Начинать приходилось с нуля. И вот там, в начале жизни, в уплывшей юности прямо из монастыря – прыжок в кафешантан. “Ко Ко Ри Ко!” – пела худенькая очаровашка. Ее так и называли: Коко, цыпленочек, и прозвище это стало вторым, а скорее, первым ее именем – звучным, ярким, запоминающимся, как сама она, Великая Мадемуазель, Коко Шанель.
Конечно, Мадемуазелью (с большой буквы), как принцессу крови, да еще и великой звать ее стали много-много позднее. А начало блистательной карьере Шанели положила скромная шляпная мастерская в маленьком Мулене, куда за особыми стильными шляпками ездили богатые дамы со всей округи. К шляпкам добавились платья, столь же популярные, а вскоре открыла Коко в Париже, на ставшей знаменитой РюКамбон, свой прославленный Дом Моды.
Как? Безусловный талант в моделировании и в воплощении своих идей в изделия, сочетавшийся с редкостной деловитостью и организаторскими способностями, умением распознавать и оперативно использовать конъюнктуру, – этого было в избытке. Но деньги? Без них-то так быстро и так успешно развернуться вряд ли удалось бы. Отвечает сама Коко: “ Я смогла создать свой Дом, потому что двое мужчин содержали мою скромную персону “. Это были молодой аристократ Этьен Бальсан, а следом за ним безумно влюбившийся в Коко англичанин Артур Кейпел.
Он был красив, богат и щедр, и он стал самой большой любовью в жизни законодательницы моды.
Увы, Кейпел погиб. А разве гибель молодого сильного человека может не быть нелепой? Шанель была неутешна в жизни. Но время шло, и в ее жизнь ворвалось еще немало приключений и романов, иногда скоротечных, иногда больше похожих на уважительную дружбу ( как со знаменитым русским импресарио Сергеем Дягилевым и столь же знаменитым танцовщиком Сержем Лифарем – впрочем, поговаривали, что до постели дело там и не доходило, обоим хватало друг друга). Но случались несколько раз и любовные бури – связь с русским великим князем Дмитрием, внуком Александра II (тут уж не он помогал Коко финансово, скорей, наоборот), с очарованным ею и совершенно потерявшим голову герцогом Вестминстерским... И, наконец, последняя, уже после пятидесяти, в полной мере роковая страсть, героем которой был немецкий дипломат, а на поверку, попросту фашистский шпион Гюнтер фон Динкляге по прозвищу Шпатц, воробушек, значит. Он настолько подчинил себе волевую Шанель, что втянул ее в свои шпионские игры, отведя ей важную роль в операции «Модная шляпка». Операция сорвалась, но Шанель после войны из Франции была депортирована. Такие вот жизненные извивы.
Извивы – изгибы бывают, в общем-то, на жизненном пути едва не каждого, но вот такие выдающиеся, уникальные люди, Личности в долгой истории человечества явление не такое уж частое, и Великая Мадемуазель – одна из немногих.
«Другие кутюрье, - настаивала она, - следуют моде, я создаю стиль». Неумирающий стиль Шанель, которая осталась частью любого направления моды. Вот она открывает сегодняшнюю выставку – в узком, подчеркивающем безупречную фигуру вечернем платье из золотого органди. Модель – Шанели, исполнение – Шанели, лицо – Шанели. Интересно, все манекены для потрясающей женскую, да и мужскую душу этой экспозиции в Метрополитен изготовлены специально. Они повторяют линии ее стройной ( до последних дней! ) фигуры и ее особенного, разумом освещенного лица. Здорово?
Да просто замечательно! И потому, что выставка нынешняя – это не только показ модной одежды, пусть и в историческом аспекте, а демонстрация вдохновенных творений гения. Шанель не творила моду. Она революционизировала и демократизировала ее, следуя при этом жесткому принципу: «Та мода, что не может быть для всех, не является, по существу, модой». Ее разработки были не столько для салонов и подиума, сколько для улицы, не для богатых бездельниц, а для того большинства женщин, которые и есть народ! И если до Коко, да и сейчас, к сожалению, частенько мода ориентирована именно на высшие слои общества, на «богатых и знаменитых», и лишь потом отдельные ее элементы, силуэт, рисунок одежды принимались на вооружение массами, то Шанель считала и убежденность свою претворяла в жизнь: мода должна быть для всех. «Костюмы Шанели для тех женщин, что всегда в движении», то есть работают, двигаются сами и двигают жизнь. Этим постулатом она руководствовалась всю жизнь. Ему был подчинен дизайн изобретенной ею женщины.
Вы решили, что здесь опечатка? Женщину ведь спроектировал, потом создал сам Господь. Ну, в таком случае, Шанель была, в известной степени, соавтором, хоть и присоединилась к неостановимому процессу совершенствования и обновления облика, а значит и сущности самого изменчивого, но и самого жизнестойкого, самого хрупкого и самого выносливого существа на земле – женщины – лишь в ХХ веке.
И вот идем мы вдоль стендов-витрин с неповторимыми творениями Коко 20-х, 30-х, 40-х и с изумлением узнаем себя сегодняшних. Оттого наверно, что, как сказал верный ее последователь и фанат, исполнительный директор концерна «Шанель», тоже великий дизайнер-постмодернист Карл Лагерфельд, “дух Шанели – это дух времени”, ее изделия – это постоянная интерпретация требований времени. А нынешняя метрополитеновская выставка – представление, иконография не новинок нового времени, а подлинных открытий.
Длина юбки и бесконечные вариации этой длины – от первых (революционных!) «чуть-чуть за колено» до взрывоопасных «мини». «Маленькое», максимально простое и максимально элегантное черное, завоевавшее мир платье (заставившее, кстати, подтянуться и вспомнить, что весом своим можно руководить). Черный цвет, реабилитированный, прекративший быть знаком траура, а ставший, наоборот, знаком сдержанной, именно сдержанной, а не выставленной напоказ элегантности. Черное с белым – убойное цветосочетание, верх все той же совершенно обязательной для настоящей женщины элегантности, к тому же эффектно, привлекательно, зрелищно - подхватили дружно. Карл Лагерфельд: «Я предпочитаю черное и белое». Вообще у Шанель и вслед за Шанелью цветовая гамма приглушенная, пастельные тона, мягкость, нежность...
«Моя профессия заставляет меня делать мои костюмы жизненными». – И она не говорила – делала. Удобные в повседневной жизни, но опять же элегантные платья, скромные практичные твидовые костюмчики – они и сегодня выглядят отлично. И никакого эпатажа! «Роскошь должна оставаться почти невидимой». – Запомните, нет, зазубрите этот закон элегантности. А уже особенно бутафорские подделки под роскошь.
Шанель считала, что главное - не отдельные предметы одежды, а ансамбль. И работала именно над ним, включив в список своих открытий туфли-лодочки, плоские, будто выстеганные сумки, галстучки, цветки-украшения (к месту!), многочисленные длинные нити искусственного жемчуга – нарядно, приятно, дешево. Фирменный знак Шанели. И запах. Тонкий, ненавязчивый, непременно сочетающийся с туалетом, настроением, характером, внешностью, возрастом женщины. Запах – это последний штрих в ее образе. И он неуместен ни в школе, ни в больнице, ни тем более в овощной лавке. И только смех может вызвать небрежно одетая толстая тетка, вылившая на себя полфлакона пусть даже самых дорогих духов. Шанель запаху придавала большое значение, сама изобретала дивные ароматы – а это не только тонкое изощренное обоняние, но и огромный труд. Ее духи – номер один по сию пору, хотя она назвала их «Шанель №5». «Пять – мое счастливое число» – это было сказано в пору увлечения князем Дмитрием Романовым. Он был ее пятым возлюбленным. Шанель – это марка, Шанель – это имидж, Шанель – это символ всеобщности, доступности, демократичности и притягательности моды. “Мода – это сердце, это ядро всего, что может выразить человек, и это зеркало, в котором отражается общество и его культура”, - сказал еще один замечательный дизайнер и ценитель творчества Коко Шанель Джорджио Армани. Мода в обществе, мода вместе с обществом и мода для общества. Всегда рядом с человеком.
Сшивали ли шкуры в пещерах как придется или по определенным, постоянно обновляющимся правилам - неизвестно, но в древних Египте, Греции, Иудее, позднее в Риме мода бушевала вовсю, о чем рассказывают нам египетские папирусы, греческие мифы, трагедии, поэмы, - продолжать можно до бесконечности, не обойдя вниманием «Слово о полку Игореве», да и художники всех времен и народов оставили нам своего рода энциклопедию моды. И еще: если мы не знаем, кто одевал французских маркиз, испанских грандесс, русских княгинь, поэтических дам эпохи Ренессанса, то имена преобразователей и создателей моды ХХ, а следом за ним ХХI века у всех на слуху. И это знаковое явление современности – отсчет от имени дизайнера, художника– кутюрье, творца и хозяина сегодняшней моды. Лейбл, ярлык, значит подчас больше, чем сам костюм. И начало этого культа дизайнера как явления идет от имени великой Коко Шанель, и имя это стало знаменем современной моды, а, главное, современного стиля.
Вы запомнили слова Коко: «Мода приходит, а стиль остается»? Повторите вслед за нею еще и такое напутствие: «Если вам грустно, если страдаете от неразделенной любви, чуть подпудритесь, приоденьтесь, подкрасьте губы и – вперед: мужчины терпеть не могут тех, кто хнычет».
Итак, дорогие женщины, вперед - в музей Метрополитен (Пятая Авеню, угол 82 улицы). Поезда метро 4,5,6 до остановки 86 Street или автобусы 1,2,3,4, бегущие вдоль 5 Авеню до музея. Непреходящий интерес и удовольствие - обеспечены.