Возможность диалога

В мире
№52 (818)

 

Дело даже не в том, что партия нашего борца за свободу потерпела фиаско, а в том, что талант политика подразумевает, как мне кажется, способность думать одно, говорить другое, а делать третье, то есть лицемерить, не краснея, причем именно это чаще всего противоречит высокой образованности и интеллектуальным способностям личности.

Однако одно из последних сообщений СМИ как будто опровергает мое мнение: 6 декабря председателю Еврейского агентства Сохнут Натану Щаранскому была вручена престижная награда Вашингтонского института ближневосточной политики. Щаранский разделил ее с египетским политологом и диссидентом Саадом Ад-Дином Ибрагимом за деятельность по развитию свободы и прав человека в арабских странах. 

“Я рад столь высокому признанию моей деятельности, - сказал Щаранский при вручении премии. - В последние годы я организовал ряд встреч арабских диссидентов с руководителями западного мира. Я стремился к тому, чтобы лидеры Запада, постоянно встречающиеся с главами диктаторских режимов, услышали и точку зрения их демократических оппонентов”.

Не могу поверить! Неужели Натан Борисович искренне считает, что главы диктаторских режимов способны услышать “точку зрения их демократических оппонентов”? Мало того, не думаю, что и население исламских стран, по крайней мере, подавляющее большинство этого населения, способно понять, что хотят им растолковать поборники разных прав и свобод. Да и что это за диалог, если он ведется с диссидентами? Чего можно добиться путем такого диалога?

Не возьму на себя смелость утверждать, что ислам – это плохо, а демократия – хорошо, но никто не убедит меня, что два эти понятия совместимы. В исламе заложены свои представления о правах человека, о месте женщины в мире, о возможности компромисса по отношению к другим мировоззрениям... Следовательно, попытки диалога с исламистами наталкиваются на обязательное требование отказаться от канонов чужой веры, которые вот уже полторы тысячи лет остаются незыблемыми. 

Но это, в свою очередь, похоже на очевидное отступление от принципов демократии. Тупик? Но осознание того, что это тупик, и есть попытка найти иные, верные пути к добрососедству.

Израиль гордится тем, что он “единственное демократическое общество на Ближнем Востоке”. Дело здесь не только в том, что значительная часть Еврейского государства - атеисты, но прежде всего в том, что сам иудаизм содержал в себе принципы демократии задолго до образования демократических республик древности. 

Иудаизм терпим, не враждебен предпринимательской деятельности, лоялен к женщине и правам человека, и все это вот уже 35 веков базируется на Законе Божьем. 

Мы и в Израиле наблюдаем признаки религиозного фанатизма, но данное явление занимает столь малое место в жизни страны, что не мешает развитию государства.

В свою очередь, именно это развитие и дает возможность отстаивать свои идеалы, свою независимость, свой характер государства. Попытки же силой или “добрыми советами” привить странам ислама демократию заканчиваются еще более худшим видом власти мракобесов. Так называемый диалог при очевидности “религиозных войн” - всего лишь обман самого себя и мировой общественности. Причем обман опасный, ведущий к неизбежной потере бдительности, как это уже не раз случалось в истории человечества, когда “борьба за мир” приводила к чудовищным катастрофам.

Сказанное вовсе не значит, что нужно призывать к войне. Скорее всего, к терпению. Пусть страны ислама развиваются в соответствии со своими религиозными догмами и традициями. Путь руководит ими в конечном счете жизненный инстинкт, а не советы и наставления людей иного мировоззрения. Терпение и время рассудят, за кем будущее. 

Всякое силовое воздействие на чуждые системы чревато взрывом опаснейшего насилия. Здесь не место двойным стандартам.

 У нас нет возможности ясно и прямо назвать веру полутора миллиардов людей религией зла. А если это так, оставим друг друга в покое. И будем помнить, что наше жизненно необходимое сопротивление чужим правилам игры оправдывается только тем, что мы сами никому не навязываем своих правил ни военной силой, ни путем “диалога”, который так страстно проповедуют либералы и, как выяснилось, Натан Щаранский, осваивающий, похоже, роль настоящего политика.

Аркадий Красильщиков