ЧТО ОБЩЕГО МЕЖДУ МЕНДЕЛЕЕВЫМ И АГАТОЙ КРИСТИ?

Книжное обозрение
№28 (481)

Что больше всего поражает в «Гамлете», когда читаешь или смотришь его в первый раз? Меня – так называемая «Мышеловка», пьеса в пьесе, которую разыгрывают перед датским двором бродячие актеры. Сложный, загадочный, не всегда внятный даже самим героям сюжет шекспировской пьесы сведен в этой пантомиме к простой редукции: коварный соперник вливает яд в ухо спящего короля. Я даже представить себе не могла, что человека можно отравить таким замысловатым способом. Оказывается, бывают и более диковинные способы отравления. К примеру, с помощью клизмы. Более длительный и страдальческий путь – отравление посредством обоев, которыми оклеивали комнаты. Судя по новой книге Джона Эмсли «Элементы убийства», именно так был отравлен самый знаменитый человек XIX века, а потому к этому убийству я еще вернусь.
В книге прослежена история ядов, знаменитых отравлений, а также химический состав и свойства большинства токсинов. Сама эта книга – гремучая смесь научной эрудиции, забытых или полузабытых историй и жутких смертоносных интриг. Однако автор этой книги – не желтопрессный журналист с упором на сенсацию. Совсем напротив. Он – почетный профессор химии в Кембридже, и состав его детективных сюжетов извлечен, как это не покажется странным, из Периодической системы элементов Дмитрия Ивановича Менделеева.
В центре сюжета – пять наиболее опасных ядов: мышьяк за № 33 в таблице Менделеева, сурьма - № 51, ртуть - № 80, таллий - № 81 и свинец - № 82. Автор приводит историю каждого из ядов, их полезные свойства, их отравительные формулы и способы применения, а также детали и симптомы токсического действия на человеческий организм. По мере повествования трупы громоздятся один на другом, как черепа на знаменитой картине Верещагина, когда Джон Эмсли приводит потрясающие случаи отравлений, случайных или криминальных.
Застраховаться от этих токсинов в обыденной жизни не так-то просто. «Ртуть разлита повсюду, - бодро сообщает Эмсли. – И нет никаких сил или возможностей ее избежать».
Стал ваш почерк в закорючках? Зачастили с мочеиспусканием? Вам явно стоит показаться врачу на случай отравления ртутью.
У вас бредовые идеи, параноический страх, что вас систематически отравляют? Что ж, паранойя – еще один симптом ртутного отравления.
У ртути как токсина – долгая и красочная история. Когда-то шляпных дел мастера сходили с ума – как и зубные врачи, поскольку в практике своей имели дело с ртутью. Впадали в безумие также сыщики и работники судебной медицины. Чтобы выявить отпечатки пальцев, они посыпали подозрительное место насыщенным ртутью порошком.
Джон Эмсли предостерегает от каннибализма - ввиду того, что каждый десятый человек носит в своем организме опасный уровень ртути. С другой стороны, таблетки сульфата ртути когда-то использовались женщинами как стойкий противовес зачатию, хотя одним из побочных эффектов этого противозачаточного средства была мучительная смерть: убийство эмбриона могло стать убийством потенциальной матери.
Наиболее драматичная история с отравлением ртутью произошла в XVII столетии, когда известный английский поэт Томас Овербери был, по слухам, вовлечен - ни более ни менее - как в любовный четырехугольник, включающий натуралов и геев. Проще говоря, в свальный грех – Содом и Гоморру. Помимо самого Овербери, в эту содом-гоморрную связь входили также король Яков I, его фаворит Роберт Карр и будущая жена Карра – Фрэнсис Говард. В любом случае, слухи такие возникли, и Овербери был заключен в лондонский Тауэр. Тогда Фрэнсис Говард послала в Тауэр ученика аптекаря, чтобы он поставил Овербери клизму, начиненную ртутью. Овербери, который страдал запорами, покорился – и был насмерть отравлен ртутью.
«Я сражаюсь со своими обоями не на жизнь, а на смерть. Кто-то из нас должен погибнуть», - говорил Оскар Уайльд незадолго до смерти.
Джон Эмсли утверждает, что Наполеон Бонапарт был вне всяких сомнений умерщвлен обоями в своей спальне.
Виновником был мышьяк.
Художники и декораторы часто подмешивали в краску мышьяк, который очень ценился за свойство усиливать до яркого блеска оттенки желтого, красного и зеленого. Модная краска – «зелень Шиля», названная по имени её изобретателя, шведского химика Карла Вильгельма Шиля, - была на самом деле мышьячной медью и идеально подходила для разрисовки и окраски обоев с цветочным орнаментом. Эмсли не сомневается, что обои в доме-тюрьме Наполеона на Святой Елене были окрашены в зелень Шиля – зеленый и золотой были имперские цвета ссыльного императора.
Попытки ученых доказать, что обои могут быть смертельно опасны, - отдельная детективная история. По всей Европе в XIX столетии гибли дети – без всякой видимой причины. Тогда итальянские, английские и американские химики, исследуя проблему по личному почину, выяснили, что микроорганизмы – плесень и бактерии – росли и размножались внутри обоев, причем питательной средой была мука, из которой делали клеевую пасту. Затем эти микроорганизмы пытались очистить свою вотчину от мышьяка, превращая его в ядовитый газ – триметиларсин. Именно эти ядовитые пары и сживали со свету детей – и, очень вероятно, Наполеона.
В то же время мышьяк очень ценился за его косметические свойства. В 1800-х годах крестьяне Стирийских Альп, на границе между Австрией и Венгрией, поглощали огромные дозы мышьяка. Женщины – добиваясь свежего цвета лица и дородства фигуры. Мужчины – чтобы легче дышалось на горных высотах и для усиления сексуальной потенции. К сожалению, мышьяк незамедлительно вступает в реакцию с йодом. Поэтому зобная болезнь была очень распространена среди стирийских крестьян, так же как кретинизм – среди их детей.
Вот мы и подошли к печально знаменитой сурьме – яду и лекарству одновременно – в виде яркого серебристого или свинцово-серого порошка. Сурьма ответственна за многие смерти, в том числе за смерть Вольфганга Амадея Моцарта. Тогда сурьма пользовалась среди врачей репутацией панацеи, чуда-лекарства от всех болезней. И когда Моцарт слег с депрессией, ему незамедлительно прописали сурьму. Когда же вскоре после этого у него развилась лихорадка, Моцарту снова прописали большую дозу сурьмы. Скорее всего, эта двойная доза лекарства-яда и прикончила гениального Моцарта, хотя Сальери здесь явно ни при чем – Пушкин возвел напраслину на друга Моцарта, положив сплетню в основу своей «маленькой трагедии». Однако все симптомы болезни Моцарта говорят о сильнейшем отравлении. Зловонный запах от дыхания и тела, непрерывная рвота, опухание рук и ног, вздутие живота – всё это классические знаки отравления сурьмой.
Свинец – наиболее популярный, широко распространенный яд, со странной склонностью отравлять мировых знаменитостей. Среди жертв свинцового отравления – художники Корреджо, Рафаэль, Гойя и Ван Гог (он любил высасывать краску из своих кистей); композиторы Гендель и Бетховен; король Георг III и папа Климент II. Кто-то из них тяжко, а кто и фатально приболел, кто-то сошел с ума. Тот же папа понтифик Климент умер, отравившись свинцом. А скорее всего был отравлен. Не знаю как сейчас, но в те давние времена Ватикан был средоточием тайных интриг и заговоров.
И, наконец, таллий – излюбленный Саддамом Хусейном яд для травли иракских диссидентов. Довольно часто Агату Кристи обвиняли в том, что это именно она, в бесконечной своей писательской изобретательности, ввела этот яд в употребление в реале, подсказав настоящим убийцам способ отравления таллием. А уж яды Агата Кристи знала досконально, работая в Первую мировую войну медсестрой в госпитале. Вот этот опыт ей и пригодился, когда она занялась писательством. Она популяризовала таллиум, этот серебристо-белый металл, мягкий и легкоплавкий, в своем позднем романе «Бледная лошадь» (1961), где в центре сюжета – отравление таллием. Один из симптомов этого отравления – быстрое выпадение волос, и в 1930-е годы таллий был главным ингредиентом в чрезвычайно популярных тогда и даже модных кремах для удаления волос оттуда, где им не место.
Вернемся, однако, от классика британского детектива к нашему специалисту по ядам и отравлениям.
Помимо писания книг, Джон Эмсли ведет газетную колонку под названием «Молекула месяца» в лондонской «Индепендент». Его одушевленное отношение к химии напоминает самого Менделеева – вероятно, самого подходящего кандидата на Нобелевскую премию, так ее, увы, и не получившего.
Родом из Сибири, Дмитрий Иванович Менделеев очень любил раскладывать пасьянс. В 1869 году он записал символы химических элементов вместе с их атомным весом на отдельных карточках с перечислением на каждой свойств элемента. Затем он расположил карты в порядке увеличения атомных масс в виде решетки из восьми вертикальных колонок. Эврика! Если смотреть поперек, по горизонтали – элементы становятся тяжелее. Вниз, по вертикали – элементы в каждой колонке проявляют сходные свойства. Менделеев заметил очевидную периодичность. Отсюда название, ставшее классическим, как и сама таблица: «Периодическая система элементов».
В этой таблице запрятаны многие тайны Вселенной. Нобелевский лауреат по физике Леон Ледерман оплакивает то время, когда таблица Менделеева висела в каждом классе американской школы. Ледерман винит невежество школьных учителей, которые в добрые старые времена прикрывали периодической таблицей щели в стенах.
Из этой таблицы, из игральных карт Менделеева Джон Эмсли и извлек «темные стороны» химических элементов, удачно сочетая искусство рассказчика и эрудицию ученого. Сама эта популярно-научная книга читается захватывающе, как готический роман.
Или – по прямой аналогии с его сюжетами – как современный детектив, хотя приводимые им примеры - всех времен и народов.