Выход из тупика: распад Ирака

Парадоксы Владимира Соловьева
№32 (485)

Давно уже мы живем в мире, к которому моральные принципы ну никак не приложимы. Прежде всего – к политике. Тем более наша “глобал виллидж” расколота религиозно и идеологически, а теперь вот и вовсе на два военных лагеря.
Политкорректно назовем это войной цивилизованного мира с исламским гипертерроризмом, но по сути – это столкновение двух цивилизаций: иудео-христианской и мусульманской. Вы слышали, как возмущались египтяне недавними взрывами в их стране: «Но почему они взрывают нас, египтян, своих?!» А если бы жертвами этих синхронных терактов стали американцы, израильтяне, англичане, итальянцы, австралийцы, то никакого возмущения не было бы – разве что страх потерять хорошо оплачиваемую работу на египетских курортах, в отелях и ресторанах из-за прекращения западного туризма.
Неоднократно бывал я в Испании, у которой долгая традиция веротерпимости ислама по отношению к иудеям и христианам. Это был чудный симбиоз, который дал фантастический всплеск культуры в Севилье, Гранаде и Кордове: университеты, фундаментальные открытия в науках, переводы античных классиков, торговля поверх барьеров и проч. – вплоть до реконкисты: завоевав свой полуостров обратно, испанцы и португалы изгнали мавров и евреев, воспользовавшись накопленным ими хозяйственным и культурным опытом. Но вот существенная поправка к вопросу о веротерпимости мусульман – цитирую недавний номер “Financial Times”:
«У ислама долгие традиции терпимости по отношению к другим религиям, но основой такой терпимости может быть только доминирование ислама, но никак не равенство с ним. Самоопределение ислама состоит в том, что это – истинное и идеальное проявление монотеизма.»
И далее – еще ближе к нашему сюжету:
«Похоже, юноши-мусульмане, пополняющие ряды шахидов, понимают, что поддались соблазнам западного мира и стыдятся этого. С другой стороны, они чувствуют себя униженными западным обществом. Ведь еще в XII веке развитие исламской цивилизации (которая для суннитов выше любой другой, по определению) затормозилось из-за запрета на религиозные реформы и новое толкование веры. В результате исламский мир отстает от западного экономически и технологически.»
Понять, однако, вовсе не значит простить – с этим я в корне не согласен. Тогда надо подключать к разговору историю древнего Рима и Вавилона. Когда идет такая кровавая война, очень трудно сторонам соблюдать объективность. История подвижна, как ртуть: четверть века назад Запад во главе с Америкой помогал афганским моджахедам в их борьбе с советскими оккупантами и «нашим человеком» в Афганистане был бен Ладен, а теперь он наш заклятый враг, и мы боремся с моджахедами по всему миру – от Афганистана до Ирака, от Лондона до Нью-Йорка. Самая что ни на есть мировая война, но враг – невидимка, а это значительно усложняет задачи союзников. Тем более что союзничество ислама идеологически крепче, монолитнее, чем союзничество Запада. Требует ли это доказательств?
Я не раз говорил и писал, что исламский оползень начался с предательства Америкой шаха Ирана, который – что правда, то правда – нарушал в своей стране права человека, и прихода к власти шиитских фундаменталистов, а те тайно и явно поддерживали исламский терроризм, и теперь вот иранским президентом стал глава революционной молодежи, которая захватила американских дипломатов в заложники. Да еще вдобавок атомная бомба, которая вот-вот у Ирана появится, если Израиль или Америка превентивно не уничтожат ядерные реакторы.
Давно пора. Мир раскололся на исламский и неисламский, но это вовсе не значит, что всегда и во всем виноваты мусульмане. Всячески приветствуя разгром талибов в Афганистане, я считаю грубой стратегической ошибкой Буша и его команды войну в Ираке, которая перешла в гражданскую. Число жертв растет день ото дня (включая американских солдат), а исламский супертерроризм распространяется с быстротой лесного пожара. То есть эта война приводит к результатам, противоположным тем, ради которых была затеяна. Понятно, я далек от того, чтобы идеализировать поганца, деспота и убийцу Саддама Хусейна, но, как ни парадоксально, его кровавый тиранический режим был тем краеугольным камнем, который удерживал эту страну от хаоса. Нынешнее же правительство Ирака не обладает властью даже над его столицей.
Пора взглянуть правде в глаза. Демократия - не панацея, а война даже с благими намерениями не разрешает поставленных насущных проблем, а вызывает новые. Мы поддерживаем мусульманские диктаторские режимы по всему миру – от Пакистана до Саудовской Аравии, договариваясь с ними, идя на компромиссы – как и они с нами и нашими требованиями и принципами. Убей меня Бог, не пойму, почему нельзя было сделать то же самое с Саддамом Хусейном, тем более что он не религиозный и даже не идейный фанатик, как бен Ладен. А весьма опытный, циничный и крученый политик. В крайнем случае его можно было свергнуть или даже убить путем дворцового переворота – если уж было не договориться. Явная недоработка ЦРУ.
А посылать войска – явно не по чину. Авторитет Америки снижен уже тем, что она не справилась с Саддамом путем инспирированного заговора и пошла на крупномасштабное военное вмешательство. Я уж не говорю, что отдает историческим нафталином – даже не ХХ, а какой-нибудь XIX век, времена королевы Виктории и премьера Дизраэли. Это в литературе, как гениально заметил Пастернак:

Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженье от победы
Ты сам не должен отличать.

Иное дело – в политике. Чем скорее мы перестанем называть наше пораженье победой, тем скорее мы начнем искать выход из довольно тяжкой ситуации, в которой оказались по вине наших горе-расчетчиков. С президента спрос невелик – он не большой дока в военных делах. Но есть же Министерство обороны, ЦРУ, ФБР и прочие правительственные ведомства. Вот Пол Вулфовиц, архитектор этой провальной войны, очень вовремя катапультировал из Министерства обороны, где был первым замом, в международный банк, который теперь возглавляет. Уверен, более успешно, чем затеянную им войну в Ираке, которой не видно ни конца, ни края. Как говорят американцы, не видать света в конце длинного туннеля.
Теперь я отчасти даже рад, что Джон Керри, за которого я болел на президентских выборах, проиграл. Долг и обязанность нынешней американской администрации – найти выход из ситуации, в которую они ввергли свою армию в Ираке. Поставив перед собой сложные геополитические задачи, администрация не смогла справиться с простейшими, ближайшими, не сумела предусмотреть того сопротивления – в Ираке и в мире – которое вызовет у арабов американское вторжение. Еще одна поэтическая цитата: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется», но это в стихах. В политике – иначе. Шахматным языком выражаясь, здесь была трехходовка.
Любой политкомментатор поневоле оказывается в положении, описанном опять-таки поэтом: «Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны». Однако глядеть на всю эту кровавую мясорубку только изнутри – уже недостаточно. Речь идет не о пацифизме и не о соглашательстве, но о трезвой оценке ситуации и соответствующих из нее выводах. Да, надо крепить и увеличивать иракские войска несмотря на то, что главным объектом террористов являются призывные пункты и полицейские участки. Но надо ли с такой упертостью распространять в мусульманском мире чуждую ему демократию? Аналогичную ошибку совершила Америка во Вьетнаме – см.«Тихий американец» Грэма Грина. Стоит ли повторять собственные ошибки, тем более они такие дорогостоящие? Не лучше ли пойти на распад многострадального Ирака на три государства – суннитское, шиитское и курдское, и для каждого найти сильного, внешне независимого и проамериканского по сути лидера?
В этом я убежден: распад Ирака неизбежен, как СССР, Чехословакии и Югославии. Не есть ли это лучший выход из тупикового положения?