Мама, теща, моЯ жена и Я...

Подруга
№37 (490)

Судя по полученным нами письмам, статья «Две женщины – один мужчина?» вызвала большой интерес у читателей. Нам пишут свекрови и тещи, невестки и зятья, а также люди, которым еще предстоит выступить в перечисленных выше ролях.
Некоторые читатели благодарят нас за то, что мы подняли волнующую многих тему, другие – критикуют за то, что мы отнеслись к ней немного легкомысленно, преподнесли чуть ли не в сатирическом жанре. «Вы обеих мам высмеяли, - пишет, к примеру, Мира Т. из Бруклина. – А зря. Любовь матери к сыну или дочке, гордость за своего ребенка, тревога за него, за ситуацию в его семье – очень сильные чувства, и смеяться над ними нельзя. Что плохого в том, что ваши Фира и Роза хотели видеть своих детей преуспевающими? И что плохого в том, что Фира и Роза вмешивались в семейную жизнь детей, стараясь уберечь их от ошибок? Может быть, обе мамы ошибались, но ведь они хотели добра своим детям и действовали вовсе не из ревности, не для того, чтобы, как вы пишете, «сохранить статус «человека номер один» в сердце своего ребенка». Мама для ребенка в любом случае остается человеком номер один. И для мамы дети - самые главные люди в жизни. А еще они всегда остаются для нее детьми – даже тогда, когда у них самих появляются малыши. Потому мама и старается всегда давать советы, делиться своим жизненным опытом. А детям надо бы всегда и во всем маму слушать. Какими бы взрослыми, пробивными и преуспевающими они не стали, мамы всегда старше и потому – опытнее, а значит – мудрее».

Мире вторит другая мама, Сима Л. из Квинса, которая считает, что именно нежелание прислушиваться к родительским советам привело в тупик ее дочь Лизу. «В России Лиза была послушной девочкой, но стоило нам сюда приехать, как все изменилось, - жалуется Сима. – Она выучила английский быстрее, чем мы с ее отцом, усвоила какие-то американские правила поведения, чего-то набралась от своих школьных подруг. И ей показалось, что она – взрослее и умнее, чем мы, и мы для нее – не авторитет. Что бы мы ей ни говорили, какие бы замечания ни делали, на все у нее был один ответ: «Что вы знаете об американской жизни? Если хотите жить как в России – езжайте обратно.» И такое у нее было презрительное выражение лица (иногда она даже пренебрежительно фыркала), что мы с мужем просто терялись. Действительно, что мы знали об американской жизни? Мы даже разные анкеты не могли заполнить без ее помощи. Да и ничего особенно дурного и опасного она не делала – наркотиков, слава Богу, не принимала, по рукам не ходила. Вот мы с мужем и стали думать, что она – умная, самостоятельная, не пропадет в жизни, обойдется без наших подсказок. Да и что мы могли ей подсказать?
Она была уже студенткой колледжа, когда познакомилась со своим нынешним мужем Женей. Чем он ее пленил, до сих пор понять не могу. Ни лица, ни ума, и сразу видно, что жуликоватый, из всего хочет выгоду извлечь. Но Лиза от него была без ума. Недаром говорят, что любовь слепа и зла. Да и любовь ли это была? Скорее всего, он ее просто «охмурил». Мне он сразу не понравился. А она все повторяла: «Что вы знаете об американской жизни?» Я отвечала: «Может быть, я не разбираюсь в американской жизни, но в людях я разбираюсь хорошо и вижу, что он за человек, твой Женя». Ну конечно, она меня не слушала, даже назло все делала. Окончила колледж, начала работать и вышла за него замуж. А потом оказалось, что он – игрок. Она зарабатывает, а он все в казино тратит. А стоит ей его упрекнуть – сразу скандал устраивает. Так они и живут. Я ей иногда напоминаю, что когда-то советовала ей к нему приглядеться. А она никак не хочет признать, что ошибалась, что должна была меня послушать. Порой мне кажется, что она бы давно от него ушла, если бы тем самым не боялась показать, что права оказалась я, а не она. Лиза до сих пор мне назло действует».

А вот Олег Р. из Чикаго уверен: Фира и Роза виноваты перед своими детьми, и вина их не в том, что они ревновали детей к их молодым супругам, а в том, что они лезли с «совковым», как пишет Олег, уставом в американский монастырь, то есть в американскую семейную жизнь. «Здесь молодые люди, едва оперившись, отделяются от родителей и живут своим умом. На дом сами деньги копят, родителям в карманы не лезут. Потому больше дорожат всем тем, что приобрели. И своим браком дорожат, потому что сами, без подсказки родителей в него втсупили. А родители не лезут в семейную жизнь детей. Советы дают только тогда, когда дети сами попросят. Молодые могут и ошибаться, и ссориться, но гораздо быстрее найдут общий язык, если никто другой (то бишь третий лишний) не будет лезть им в душу...
Кстати, не думайте, что я – сторонний наблюдатель и критик. Мою семью тоже разрушила такая вот теща–розочка...»

Ася Ш. из Бруклина, чей брак не выдержал натиска двух мам: «Моя мама вела себя так, как будто мы с Димой – не муж и жена, не два самых близких человека, которые должны во всем друг другу доверять, а какие-то случайные знакомые, которым надо все время быть настороже. Когда я была девочкой, мама точно так же присматривалась к каждой моей новой подруге и советовала мне быть осторожнее. Ей всегда казалось, что любая подружка или хочет причинить мне вред, или использовать меня в своих целях, или сбить с пути. Потом она стала присматриваться к парням, которые за мной ухаживали. Отпустить меня с каким-нибудь мальчиком в кино или на вечеринку было для мамы просто наказанием. Бывали случаи, когда она подъезжала на машине к клубу, где я была с каким-то парнем, и высматривала, что мы будем делать!
Что самое смешное, Дима даже не был моим избранником. Он – сын маминой сослуживицы, и они нас с ним познакомили. Но мы с первого взглядя понравились друг другу, стали встречаться, а через год поженились. Я думала, что наконец отдохну от маминой подозрительности, от ее постоянной слежки, ведь она одобрила наш брак. К сожалению, я ошибалась. Стоило нам пожениться, как мама перестала восхищаться Димой и стала относиться к нему с подозрением. Она была уверена, что он меня «водит за нос» (мамино любимое выражение). Сейчас, спустя некоторе время, мне кажется, что мама никогда не доверяла мне – моему выбору, моим чувствам. Если бы я не показывала, что Дима мне нравится, она, возможно, вела бы себя по-другому. Но раз я Димой увлеклась, - значит, с ним что-то не то...
Так или иначе, я сглупила – дала маме ключ от нашей квартиры (она уверяла, что будет мне помогать с уборкой, со стиркой). И тут у нас такое началось! Мама заходила к нам, когда нас с Димой не было дома, рылась в ящиках, даже, как это не смешно и гадко - принюхивалась: боялась, что Дима в мое отсутствие приведет домой другую женщину. Если у нас с Димой были гости, она приходила под предлогом того, что испекла и принесла торт или пирог, но на самом деле для того, чтобы и к ним приглядеться: нет ли среди них Диминой любовницы? Не ухаживает ли за мной кто-то из его друзей, который завидует нашему счастью и хочет разрушить наш брак? Не хочет ли сам Дима от меня избавиться и потому позволяет кому-то из своих дружков ко мне приставать?
Димина мама стала это замечать (может быть, Дима пожаловался?), и между бывшими подругами начались скандалы. Часто ссоры происходили в нашей квартире, и мы тоже невольно вмешивались. Потом присоединились наши папы... Кончилось тем, что мы с Димой разъехались, а я, совсем как ваша Лана, попала к психиатру...
Мне хочется сказать всем мамам: «Оставьте ваших детей в покое! Доверяйте им! Не становитесь у них на пути! Пусть они ошибаются, им будет легче от того, что это – их ошибки, что никто, кроме них самих, в происшедшем не виноват...»

Крик души матери. Крик души дочери. Крик души зятя. Они сталкиваются на страницах нашей газеты, как положительные и отрицательные электрические заряды в атмосфере. А что дальше? Молнии? Может быть, они осветят еще чью-то семейную жизнь и кого-то предостерегут, предохранят от ошибок, за которые приходится очень дорого платить?