ПО БЕН ЛАДЕНУ – АТОМНОЙ БОМБОЙ!

Мнения и сомнения
№40 (493)

17 ноября 2002 года в «Русском базаре» был помещен мой материал под названием «4 сценария войны с Ираком», где в качестве одного из сценариев предлагался ракетно-ядерный удар. Цитирую: «...Ядерный удар продемонстрирует непоколебимую решимость Америки в применении самых суровых мер для борьбы с терроризмом и странами, его поддерживающими. Эти страны будут устрашены вероятностью того, что следующей целью могут стать они сами... Можно только искренне пожалеть, что ядерный удар не был применен в афганской операции. Думается, имея перед собой наглядный пример результатов такого удара, Саддам безоговорочно согласился бы на любые требования США и необходимость военной операции не возникла бы».
Надо признаться, что большинство откликов на такой сценарий были отнюдь не позитивными. В основном в качестве контрдоводов приводились принципы гуманности, экологические последствия, реакция остального мира. С тех пор прошло 3 года, и ситуация изменилась кардинально. Опыт ведения боевых операций против террористических группировок в Афганистане и Ираке при помощи имеющихся систем вооружения показал их малую эффективность, особенно в условиях специфической тактики партизанских действий сил национального сопротивления и многочисленных террористических групп и отрядов, которые входят в состав этих сил и действуют методами террора против войск США и коалиции. Это обстоятельство приводит к формированию обстановки крайней неопределенности, к внезапным и непредсказуемым изменениям боевой ситуации на поле боя, которые требуют немедленного реагирования на атаки инсургентов и террористов.
Такой негативный опыт, особенно в Ираке, по оценкам командования США, выдвигает повышенные требования к системам боевого управления и вооружения для эффективной борьбы с партизанами и террористами. Для ведения войн нового облика, особенно с разрозненными мобильными террористическими группами, вооруженными ОМУ, по мнению американских полевых командиров и военных аналитиков, требуется внедрение в ударное оружие новейших технологий высоких мощностей, которые способны резко повысить скорость и эффективность боевого реагирования, обеспечивать быстроту, точность и надежность поражения террористических групп и центров. В этом плане одно из первых мест занимают ядерные боеприпасы, специально предназначенные для уничтожения террористов и объектов, где разрабатывается оружие массового поражения.

ПРЕВЕНТИВНЫЕ ЯДЕРНЫЕ УДАРЫ
Мозговой центр Пентагона – Комитет начальников штабов (КНШ) – подготовил новую доктрину под названием Стратегия национальной обороны США, разрешающую с санкции президента наносить превентивные ядерные удары по врагам Америки в мирное время. Целями могут стать любые объекты на территории государств, которые собираются напасть на США, используя оружие массового уничтожения, или лагеря террористов, владеющие таким оружием. Кроме того, американский генштаб оговаривает свое право на уничтожение таким способом хранилищ ядерного, химического и биологического оружия на территории враждебных стран. В свою ядерную доктрину КНШ вводит новые положения.
Впервые необходимость внесения подобных изменений в ядерную доктрину в связи с возможностью использования оружия массового уничтожения мировым терроризмом президент Джордж Буш озвучил еще в декабре 2002 года. Чуть позднее Россия тоже объявила о своем праве нанесения превентивных ядерных точечных ударов в случае угрозы ее безопасности.
В новом документе Комитета начальников штабов формулируется механизм принятия решений по применению ядерного оружия. В качестве принципиально нового элемента в нем идет речь о том, что теперь командующий театром военных действий получает на это разрешение от верховного главнокомандующего. После чего он сам решает, когда и по кому наносить удары.
По мнению экспертов, «вырабатываемый механизм играет в определенной мере сдерживающую роль, поскольку террористы и тоталитарные страны явно стремятся приобрести ядерное, химическое и бактериологическое оружие. Это и приводит к снижению порога применения ядерного оружия».
Если попытаться с максимальной лаконичностью сформулировать основные аспекты нового документа – его полное название «Стратегия национальной обороны», – то они составят всего два пункта :
- Законы войны сегодня не запрещают использовать ядерное оружие в вооруженном конфликте, хотя оно и весьма сильно отличается от конвенциональных средств поражения. Несмотря на то, что разрушительная мощь и долговременные последствия такого удара превосходят остальные виды вооружения, обстоятельства могут настоятельно потребовать применения ядерных боеприпасов. В этом случае потери противника и разрушения в его инфраструктуре будут вполне оправданны в плане долговременного развития обстановки.
- Сочетание ударов обычным и ядерным оружием предоставляет как командирам на театре военных действий, так и руководителям государства реальные возможности изменять ход вооруженного конфликта в кратчайшее время, а в случае превентивного применения таких средств – полностью избежать негативных последствий вооруженного конфликта, который в этом случае не получит развития.

ОРУЖИЕ ДЛЯ НОВОЙ ДОКТРИНЫ
К началу 2005 г. в составе стратегических сил США находились 500 МБР “Минитмен” (1200 боезарядов) и 40 МХ “Пискипер” (400 единиц), 360 БРПЛ “Трайдент” (2680), 93 тяжелых бомбардировщика В-52 и 21 В-2 (1660). В общей сложности на стратегических носителях в полной боевой готовности находятся 5950 боезарядов. Очевидно, что основой потенциала стратегического сдерживания США являются подводные ракетоносцы. Однако все виды ядерной триады не пригодны для превентивных ударов.
В концепции ядерного сдерживания, особенно в региональном масштабе, значительная роль отводится нестратегическому (тактическому) ядерному оружию. В соответствии с односторонними обязательствами США и России 1991-1992 гг. обе страны провели значительные сокращения тактических атомных боеприпасов. В результате проведенных сокращений, по данным Стокгольмского института проблем разоружения (СИПРИ), к началу 2003 г. на вооружении армии США осталось 1120 тактических боезарядов, а у России - 3380. При этом следует учитывать, что часть тактического ядерного арсенала США размещается на территории Европы. Оставленные 120 тактических боезарядов на 12 авиабазах в шести странах НАТО, несмотря на их немногочисленность, создают условия, необходимые для сохранения в этих странах ядерной инфраструктуры.
Однако и тактические ядерные боеприпасы в подавляющем большинстве случаев не пригодны для превентивных ударов по террористическим группировкам, их базам и объектам инфраструктуры враждебных стран. Для этих целей необходимы новые ядерные боеприпасы, обладающие специфическими боевыми возможностями. Поэтому еще задолго до появления на свет вышеприведенной доктрины администрацией президента Буша были даны указания по их разработке и производству.
Руководство Америки полагает, что создание этой части ядерного потенциала нужно начинать немедленно, так как для завершения такой программы потребуется не менее 10 лет. Новые ядерные боеприпасы должны обладать способностью держать под прицелом и уничтожать мобильные, а также заглубленные и сильно защищенные цели, в том числе хранилища химического и биологического оружия. В бюджетном запросе на новый 2006 год Белый дом предусмотрел для этих разработок более 12 млн. долларов. В дальнейшем же расходы должны существенно возрасти.
В каждой из трех американских ядерных лабораторий – Лос-Аламосской, Ливерморской и Сандии – вновь сформированы проектно–конструкторские группы для разработки перспективных ядерных боеприпасов пониженной мощности и радиации. Их предполагают использовать в том числе для глубокопроникающих носителей. Такие боеприпасы, установленные на авиабомбах, получили название «пенетраторы». Одна авиабомба-пенетратор уже принята на вооружение. Ее название Б-61-11. Бомба обладает высокопрочным корпусом и сравнительно небольшим зарядом – около 0,3 килотонны по тротиловому эквиваленту - 300 тонн бризантного ВВ нормальной мощности. Ввиду относительно небольшой массы такую бомбу может нести тактический истребитель – бомбардировщик и палубный штурмовик. Стратегический бомбардировщик типа Б–2 способен поднять и обрушить на цель 16 авиабомб этого образца.
Кроме того, администрация президента Буша планирует активизировать инфраструктуру ядерных сил, модернизировать их существующие системы, разработать и внедрить новые. По мнению руководителей администрации, для решения новых военных задач может потребоваться определенное количество ядерных боеприпасов, обладающих нетрадиционными свойствами. В общем виде эти свойства выражаются в сокращении мощности боезаряда и максимальном снижении образующегося радиоактивного заражения. Такие боеприпасы необходимы для борьбы с террористическими организациями и странами, которые их спонсируют.
Министерство энергетики США реализует план, рассчитанный на 7 – 8 лет, согласно которому увеличиваются мощности предприятия «У-12» в Ок Ридж (шт. Теннеси ). В настоящее время это единственное в Штатах предприятие, где производятся урановые, плутониевые и прочие компоненты для ядерных боезарядов.
С начала текущего года реализуется также программа расширения мощностей и возможностей предприятия «Пантекс» в Амарило (шт. Техас), единственного места, где производится сборка ядерных боеприпасов. Основные параметры нового боеприпаса – сравнительно небольшая мощность и высокая проникающая способность. За основу разработок взяты уже существующие боеголовки, мощностью 1 и 2 килотонны по тротиловому эквиваленту. Новые боеприпасы также относятся к разряду пенетраторов, но более высокой мощности, чем авиабомба В-61. Перед Лос-Аламосской лабораторией поставлена задача разработать такие боеприпасы в срок до января 2006 года.
Пенетраторы и еще три типа ядерных боеприпасов специального назначения войдут в арсенал ядерного оружия для превентивных ударов по группировкам и объектам террористов, а также по государствам, чьи программы создания ОМУ будут признаны угрожающими национальной безопасности Америки. Превентивные удары таким образом становятся важнейшим компонентом активной обороны США.
Согласно точного смысла новой доктрины, эти превентивные удары могут, цитирую: «...также включать военные операции, например, с целью предотвращения развязывания вооруженного конфликта, оказание помощи дружественному государству. В случае возникновения опасной обстановки такие удары должны нейтрализовать или уничтожить ОМУ в руках террористов или других противников, а также ликвидировать группировки или базы террористов, напрямую угрожающие США и их союзникам, или затрагивающие другие интересы нашего государства».
Если вернуться к началу данного материала, где процитирован абзац из статьи, помещенной в нашей газете еще осенью 2002 года, когда вовсю шла подготовка к вторжению в Ирак, то можно убедиться в почти совершенной идентичности высказанных там идей и положений новой доктрины национальной обороны США. Однако потребовалось три года, чтобы такого рода идеи перестали относиться к разряду фантастических. За эти три года была осуществлена военная кампания против Ирака, ликвидировавшая режим Саддама Хуссейна.
Но победа над деморализованным войском этого диктатора и крушение его власти не привели к осуществлению стратегических задач кампании. Ее результатом стало втягивание в затяжную борьбу с повстанцами и террористами, которая потребовала колоссальных усилий и средств и не принесла, по сути, никаких позитивных результатов и даже более – менее радужных перспектив на обозримое будущее.
Результатом осознания такой прискорбной ситуации и стала вышеизложенная доктрина национальной обороны США. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.