ПОХИЩЕНИЕ Карла Лурдофа

Литературная гостиная
№6 (825)

 

Выдающийся частный детектив своего времени, чья слава превосходила известность самого Шерлока Холмса (по крайней мере, в Бруклине!), Абрам Фукс сидел на стуле и читал газету. Вообще у постороннего, плохо знающего местные нравы и всю предысторию скромной еврейской общины в большой Америке, могло сложиться впечатление, что Абрам Фукс только и занимался тем, что, сидя на стуле, знакомился с различными новостями. Но это было отнюдь не так. Судьба взвалила на плечи Абрама заботу о жене Броне и их детях - Саре, Даниэле и Айзеке-Ицхаке, причем, если первая не мешала отцу, то мальчишки были озорниками и непоседами, и шум в доме стоял невыносимый. Только мужественный человек, прошедший сквозь огонь, воду и сплетни еврейских местечек мог спокойно знакомиться с биржевым курсом в подобных условиях. Абраму это удавалось, хотя к бирже он не имел никакого отношения. Но в каком-нибудь тесном кругу родственников или в кафе, среди друзей, было бы совсем неплохо бросить почти историческую фразу “а вот акции такого-то концерна снова начинают расти”. На людей подобные изречения всегда производят неизгладимое впечатление.
 
- Папа! Папа! - сорванцы-близнецы Дани и Айзек стояли перед ним, выхватывая друг у друга желтый конверт. - Тебе письмо пришло!
- Если так и дальше будет продолжаться, то от него ничего не останется, - вздохнул Фукс. - Дети, отдайте письмо Саре, а она пусть передаст его мне.

Близнецы замерли на месте от возмущения. Это был хитрый трюк: еще совсем недавно отец сказал им, что первый, кто принесет ему хорошую новость, получит мороженое. А в письме было наверняка что-то хорошее, ведь послали его не кому-нибудь, а их папе.

- Саре?! - в один голос переспросили они.
- Вы не ослышались. Или у вас нет сестры с таким именем?
- А мороженое, значит, тоже ей?! - переспросил Дани, более шустрый и резвый.
- Мороженое останется на следующий раз, - заявил отец. - Когда вы научитесь себя нормально вести дома. Впрочем, так и быть, - смилостивился он, видя, как меняются физиономии детишек, вот-вот и заревут в оба голоса, - мороженое разделим на двоих, а письмо достанется мне. Дайте-ка его!

Рассмотрев имя отправительницы, ничего ему не говорившее, Фукс вскрыл конверт и углубился в чтение. По мере того, как он одолевал строчку за строчкой, почерк писавшей был уж больно заковыристый, настроение у Абрама поднималось и сейчас он был готов угостить своих озорников двойной порцией мороженого с содовой. И может быть даже добавить к сему еще что-то особо вкусненькое.
 
* * *
Броня хлопотала на кухне и Абрам, стараясь не испортить задуманное, начал издалека.
- Кажется, мне перепала одна работенка, - сказал он.
- Да, и чем же ты будешь заниматься? - поинтересовалась супруга.
- Еще не знаю, но работа связана с частным сыском, - еще осторожнее продолжил Абрам.
- Это неплохо, - отметила Броня. - У тебя получается распутывать сложные дела, в которых другие ломают себе голову.
- Тут я получил письмо от одной леди, - ненароком произнес Фукс, - у нее пропали сын или муж. Некто Карл Лурдоф.

Полиция, как обычно, беспомощна и вся надежда исключительно на меня. Мадам готова выплатить похитителям требуемую сумму, как и мой гонорар, если мне удастся найти этих бандитов.
- Иди, - напутствовала его жена. - Думаю, ты справишься, мой любимый аидишер коп.
- Дорогая, - произнес Фукс. - Все дело в том, что моя клиентка живет в Балтиморе. И туда надо ехать поездом. Но она готова оплатить мне все сопутствующие расходы.
- Балтимор?! - удивилась Броня. - А как она о тебе узнала?
- Реувен Кестлер гостил у ее племянника, Роберта Вейля, и рассказал кое-что о моих способностях. Я понимаю, что

Балтимор не близко и думаю отказаться от этого дела...
Абрам хорошо знал характер своей жены. Как и ее возможную реакцию на свои слова.
- Нет, тебе все же стоит прокатиться, - сказала Броня. - Заодно увидишь новые города. Но если я узнаю, что Балтимор находится в соседнем квартале, в домике какой-то вдовушки, то одной лысиной в мире станет больше - все волосы у тебя на макушке выщипаю!
- О чем ты?! - удивился Фукс. - Вы сами будете меня провожать на вокзале. Я на самом деле поеду в Балтимор, если на то будет твоя воля, дорогая...
 
* * *
Фукс ехал в поезде, радуясь тому, что на несколько дней ему удастся отдохнуть от проказ детей и заунывных нотаций супруги. Впрочем, только на несколько дней. Через неделю ему уже будет всего этого недоставать - такова странная человеческая натура.
- Абрам! - к нему подсел толстый человек в сером плаще. - Вы узнаете меня?
- Инспектор Корташ? - удивился в свою очередь Фукс. - Мы с вами снова встретились, но если вы скажете, что направляетесь в Балтимор, я этому уже не удивлюсь.
- Как вы догадались? - прищурился сыщик. - У меня все на лбу написано?
- Нет, просто я еду туда по одному важному делу. И, полагаю, ваша поездка связана именно с ним.
- Так... - задумался Корташ. - Уже интересно. И какое у вас дело в Балтиморе, любезнейший?
- Похищение или исчезновение одной персоны. Приведу только инициалы - К.Л.
- Карл Лурдоф, - воскликнул инспектор. - Все, больше ни одного слова. Мы с вами конкуренты, господин Фукс. Полиция против частного сыска. Играем в честную.
- Играем, - согласился Абрам.

На вокзале в Балтиморе “соперники” расстались. Корташ отправился в полицейское управление, а Фукс сразу поехал к клиентке, пославшей ему письмо.
Старая леди Елизабет Бергель, весьма солидная, в присутствии юной экономки рассказывала гостю о таинственном исчезновении Карла Лудорфа.
- Вы даже представить себе не можете, господин Фукс, насколько мне тяжело с тех пор: я захожу в его комнату и провожу печальным взглядом по пустым стенам. Без Карла мне и жизнь не мила.
- Госпожа Бергель была очень привязана к Карлу, - добавила экономка, - вы не представляете, что он для нее значил!
- Молчите, Салли, - попросила хозяйка, - мы все надеемся, что сыщик Фукс поможет нам отыскать следы Лурдофа, он не мог исчезнуть просто так. Что же касается похищения, то я еще не получила ни одного предложения. И это тоже очень странно: с Карлом Лурдофом довольно сложно - у него очень своеобразный характер.
- И в чем же выражается эта сложность, - поинтересовался Абрам, - как и своеобразие?
- Замкнутая натура, медлительность, крайняя степень уважения к собственной персоне и природный нигилизм. К тому же, Карл чрезвычайно озабочен своим рационом и может часами не проронить ни звука...
- Что даже для персидских котов довольно необычно, - сказал оказавшийся за спиной у Фукса инспектор Корташ. - Да-да, не удивляйтесь Абрам, речь идет о коте, из-за которого мы с вами здесь очутились. Кстати, мэм, в следующий раз закрывайте входную дверь - через нее могут войти не только разъяренные полицейские, но и выйти жирные кошки, даже если их кормят по пять раз в день и выплясывают перед ними румбу!
- Инспектор Корташ? - осведомилась хозяйка. - Я просила своего друга из канцелярии президента, чтобы он послал мне самого лучшего детектива Нью-Йорка. Надеюсь, вы вместе с господином Фуксом отыщете моего котика!
- Постараемся, - ответил польщенный детектив. - Нам и раньше приходилось работать вместе, и наш тандем показывал отличные результаты.
- Буду счастлива, если вы найдете Карла Лурдофа. Он родом из Германии, с очень важной родословной и потому отзывается только на свое полное имя. Виновата, на малую часть его. Так как его полное имя можно было зачитывать в течение десяти минут. Вы не представляете, какой он важный, и какой мудрый... Я готова пойти на все, чтобы он снова был со мной, мой дорогой Карл Лурдоф...

* * *
- Конечно, надо мной будут смеяться, - вывел инспектор, когда они оказались на улице, - но ничего другого не остается. Ничего! Вам знакомо это слово на русском языке? Вы ведь должны знать русский, Абрам?
- Конечно, знакомо. Ничего - это гурништ.
- Вот именно. Будучи послом в России, Бисмарк так и не понял, почему тамошние жители на вопрос “как дела? “, отвечают - “ничего”. После чего велел выгравировать это слово на своем перстне.
- Мы тоже можем прибегнуть к этому слову, тем более, что еще не начали поиски, - произнес Фукс.
- О чем вы, Абрам? По просьбе всеми уважаемой госпожи Бергель пятьсот полицейских и добровольцев три дня бродили по улицам Балтимора и окрестностей, разглядывая попадающихся кошек и сравнивая их с выданным им словесным портретом исчезнувшего. И ни одного результата. Нет, наскребли в общем количестве пятнадцать хвостатых прохвостов, но ни один из них не выдал себя за Карла Лурдофа, как они того хотели. И теперь в дело пошла тяжелая артиллерия, то есть мы с вами. Как считаете, кошака похитили?
- Вряд ли... Уже было бы что-то со стороны, да и возиться долго с таким избалованным неженкой мало кто захочет!
- Согласен. Но не может персидский кот, красавец и философ, исчезнуть в одно мгновение, выйдя за пределы хозяйского дома? К тому же, как нам сказали, он не очень любил появляться на улице - лентяй, каких свет не видывал!
- В любом случае надо заняться его поисками...
- А зачем мы сюда приехали?
 
Сыщики встретились в отеле “Эксельсиор” - госпожа Бергель позаботилась о лучших номерах.
- Что вам удалось выяснить? - спросил Корташ.
- Ничего особенного, - вздохнул Фукс. - Котика давно не видели. Там масса бродячих кошек, но подходящего не попадалось. К тому же я познакомился с племянниками госпожи Бергель - Рудольфом и Алексом, они также очень горевали по поводу пропажи Карла.
- Я тоже сразу вышел на них: братья - единственные, кто мог получить какие-то дивиденды за счет исчезновения котяры. Ведь по завещанию чуть ли не половину имущества леди отписывала этому хвостатому прохвосту. Я бы на его месте сидел дома и не рыпался бы...
- У них алиби?
- Разумеется. Но если в нем как следует покопаться, то можно найти и пробоины. Братья до конца будут стоять на своем - они очень любили Карла и не желали ему ничего плохого.
- Зато я прочел целую книгу о персидских котах...
- И что она вам дала?
- Ничего. Понял только, что никогда в жизни не буду иметь дело с кошками из Персии - капризны до невозможности.
- Вы уже по уши увязли в этом деле, - вздохнул инспектор. - Со мной вместе.

Старая леди с нетерпением ждала ежевечернего появления сыщиков. Но как и в первый день, так и в последующие сказать им было нечего. Или ничего - так бы больше понравилось канцлеру Бисмарку.
- Еще денек - и я вынужден буду уехать из Балтимора, - признался Фукс. - Иначе моя женушка закатит такой скандал...
- Расследования должны проводить старые холостяки, только они ни от кого не зависят, кроме своих дурных привычек, - пояснил Корташ. - Мы ни на шаг не приблизились к разгадке исчезновения кота и я могу сказать только одно: его тело наверняка закопано где-то неподалеку - не такие уж братья храбрецы, чтобы разъезжать с дохлой кошкой по всему городу. Придется мне сегодня поднажать на них, чтобы узнать правду. До сих пор я не прибегал к методу психологического давления.
Интересно будет взглянуть, - сказал Фукс.
- Увидите, - пообещал инспектор, - и очень скоро.

Племянники госпожи Бергель Рудольф и Алекс смирено примостились на диване, а возле них с суровым видом прохаживался инспектор Корташ.
- Здесь, в присутствии своей тети, - говорил он, указывая пальцем на хозяйку дома, - вы расскажете нам о своем мерзком поступке. Или будете до конца жизни сидеть в тюрьме.
- Но, господин инспектор, - попытался оправдаться Рудольф, - мы...
- Что вы сделали с Карлом Лурдофом? - продолжил Корташ. - Свернули ему шею и утопили в ближайшем пруду?
- О, господи! - воскликнула хозяйка, едва не потеряв сознание.

Преданная Салли вовремя подхватила ее и усадила на другой диван.
- Этого вы и добивались! - зловеще произнес сыщик. - Старушка отправляется на тот свет и все ее состояние достается вам, оболтусам. Конечно, я понимаю, коты не идеальные существа, и я сам испытываю к ним некоторую неприязнь. Другое дело собаки, это честные и простые животные. Собака пачкает и все видят ее фекалии, и их можно обойти заранее, если не смотреть в небо. А кошка норовит закопать свои “отходы жизнедеятельности”. Но стоит пойти дождю, почва размывается и вы, сами того не ведая, наступаете ботинком в то самое... И потом приходиться чистить обувь. Так кто из вас, негодяев, первым поднял руку на беднягу Карла?!

Братья угрюмо молчали, глядя в пол.
- Судья может признать чистосердечное покаяние и сбавить вам срок, - продолжил Корташ, - дерзайте ребята, у вас еще есть шанс выйти сухими из воды. Старая леди с достоинством похоронит своего котищу, а вы лишитесь наследства. Только и всего. Ведь согласно законам штата, умышленное нанесение вреда домашнему животному, в результате чего оно погибает, приравнивается к...

Инспектор выдержал паузу, ибо не знал законов штата и блефовал самым наглым образом. Но блеф сработал.
- Если мы скажем правду, то нам ничего не будет? - поинтересовался дрожащим голосом Алекс. - Мы избежим лишения свободы?
- Естественно, - кивнул инспектор. - Я поручусь за вас перед судьей.
- Тогда мы... - братья переглянулись, - признаемся во всем...
- Говорите! - приказал Корташ.
- Мы возненавидели Карла, когда поняли, что этот котяра проживет еще немало лет и оттяпает половину нашего капитала, - начал Рудольф.
- Тогда мы и решили покончить с ним, - вздохнул Алекс, - но...
- Но мы не убийцы... - подхватил старший из братьев. - Мы лишь выкрали Карла Лурдофа, привезли его домой и...
- И?! - воскликнула, пришедшая в себя госпожа Бергель. - Где он, мое родное существо, где он, мой единственный?!

Братья развели руками.
- Не знаем. Мы выкрасили его в черный цвет и отпустили на все четыре стороны. Два дня он блуждал возле нашего дома, а потом куда-то пропал...
- Вот он, - сказал Абрам Фукс, внося корзинку с лежащим в ней исхудавшим котом с неестественными черными пятнами. - Представляю вам Карла Лурдофа!
- Это он, - присмотревшись всплакнула хозяйка, - но как отощал! Где ты был, дорогой мой, почему не пришел домой?!
Она прижала его к себе и смущенный кот в ответ лишь тихо мякнул.
- С “преступниками” все ясно, - улыбнулся инспектор. - Они получат не наследство, а дырки от бубликов. А вот как с вами, господин Фукс, вы опять обошли меня на последнем повороте! Откуда вы взяли этого доходягу?! И почему так уверены, что именно он - тот Лурдоф, который нам нужен?
- Посетив Алекса, я неожиданно наткнулся у него на кухне на басму. С чего такой краске быть в доме у рыжеволосого парня, не отличающегося особой тягой к изящным искусствам? Там же лежал какой-то кошачий корм двухнедельной давности. Я также заметил, что два наших неудачника и муху убить не способны, а нанимать кого-то для травли кота даже для Америки - безумная идея. То есть, они все должны были провернуть сами. Подумав об этом, я еще раз обошел ближайший квартал. Вы знаете, что по указанию госпожи Бергель, Салли теперь каждый день подкармливает бродячих котов... На ее зов сбегается чуть ли не три дюжины. Среди них выделялся черный кот, стоявший в стороне, и не спешивший на общую трапезу. Я не случайно прочел книгу о персидских котах, в ней имеется глава, рассказывающая, какими они были раньше, много лет назад... Сбросив часть веса от голода, Карл Лурдоф стал здорово напоминать своего предка. А уж обнаружить черного кота со знакомой физиономией поблизости было проще всего...
- Но почему они не встретились раньше, - поразился Корташ, - если этот малый околачивался возле своего дома почти неделю?
- Госпожа Бергель слишком близорука, чтобы разглядеть в черном доходяге собственного любимца, а Карл Лурдоф, по-видимому, счел неуместным для себя появляться перед хозяйкой в подобном обличье. Вот вы, инспектор, появились бы в своем управлении, если бы вас...
- Все ясно, можете не продолжать, - оборвал его Корташ. - Я сообщу своему руководству, что если где-нибудь пропадет канарейка или правый шнурок из спортивной обуви, пусть высылают нас на поиски - мы их обязательно найдем.

Михаил КАГАРЛИЦКИЙ