ВЕЛИКИЙ МОНАРХ или НЕСЧАСТНАЯ ЖЕНЩИНА?

Парадоксы Владимира Соловьева
№47 (500)

Не везет в картах, повезет в любви. Соответственно, наоборот. Но когда речь идет о таких фигурах, как король или королева (не карточные, а всамделишные), то и ставки тут несколько иные. Четырехчасовой британский фильм, идущий по нашим пи-би-эс мини-сериями, рассказывает о 50-летнем царствовании Елизаветы, но не теперешней, а времен ее соперницы Марии Стюарт, драматистов Шекспира и Мальро и прочих знаменитостей – Елизаветы Первой. Оксюморон ее жизни: насколько она была удачлива и прославлена как королева, настолько незадачлива, неудачлива и несчастна в любви. Многие историки и биографы полагают, что она умерла девственницей, несмотря на слухи о парочке ее романов. Авторы фильма «Королева-девственница» присоединяются к традиционной точке зрения и, в отличие от агиографического и упрощенного все-таки, масскультурного фильма 1998 года «Елизавета», создают сложный, противоречивый, таинственный, захватывающий образ, адекватный тому, какой была королева при жизни и как она рисуется потомкам. Если только китчевые клише с исторического образа не заслонили ее от нас.
Употребляю множественное число, но сам-то, будучи гробокопателем, предпочитаю нарыть как можно больше исторических фактов, чтобы прошлое выглядело, как настоящее. Предпочитаю загадки разгадкам. Короче, последний фильм о несчастной в сексе и счастливой на троне британской королеве пришелся мне по душе. Как раз тем, что некоторые сочтут его недостатком: там мало об укреплении абсолютизма, разгроме «Непобедимой Армады», восстановлении англиканской церкви, колонизации Ирландии, экономическом и культурном ренессансе, рождении империи и прочих крупномасштабных событиях – все это побоку. Не государственный «муж», коим вошла в историю первая Елизавета, но с детства до глубокой старости - одинокая и несчастливая женщина в ореоле мировой славы.
Про ее соперницу, шотландскую королеву Марию Стюарт, которая претендовала и на английскую корону, можно сказать наоборот: у нее была тьма мужей и любовников, но кончила она, как известно, плохо: по решению суда, скрепленного подписью Елизаветы, ей, с третьей попытки, отрубили на плахе голову. Зато какая посмертная слава – от Ронсара и Дю Белле до Шиллера и Цвейга. Вплоть до нашего Бродского, который сочинил Марии Стюарт двадцать сонетов, один другого лучше:

Число твоих любовников, Мари,
превысило собою цифру три,
четыре, десять, двадцать, двадцать пять.
Нет для короны большего урона,
чем с кем-нибудь случайно переспать,
(Вот почему обречена корона;
республика же может устоять,
как некая античная колонна).
И с этой точки зренья ни на пядь
не сдвинете шотландского барона.
Твоим шотландцам было не понять,
чем койка отличается от трона.
В своем столетьи белая ворона,
Для современников была ты блядь.

Они были полной противоположностью друг другу: истовая католичка и рациональная протестантка; балованное с раннего детства дитя и девочка, мать которой казнили, когда Елизавете было всего три года, а ее саму до восьми лет держали в Тауэре; взошедшая на шотландский трон, когда ей не было и недели, и завоевавшая английский престол с помощью юридических уловок, так как ее папа, небезызвестный муж шести жен Генрих Восьмой, Синяя борода, успел развестись с ее мамой Анной Болейн, а саму Елизавету объявить бастардом, незаконнорожденной. Имея такого папочку и не стать психопаткой - это надо суметь. Елизавета, очевидно, не сумела преодолеть в себе отцовское наследство. И, наконец, королева-шлюха - и королева-девственница, каковыми они и вошли в историю, хотя можно представить, что в обоих случаях были известные преувеличения.
Ведь история, отдаленная от нас столетиями, – это уже мифологии. А мифология ветвится и разнообразится в зависимости от рассказчика. Есть, так сказать, официальная версия о богине-девственнице Диане (в греческом пантеоне – Артемида), которая вместе с нимфами голышом купалась в реке, а за ней подсматривал охотник Актеон. Богиня рассердилась, превратила Актеона в оленя и натравила на него его собак, которые загрызли влюбленного юношу. По другой легенде, Актеон изнасиловал Артемиду, лишив ее гимена, за что и был так безжалостно наказан. По третьей легенде, у Дианы с Актеоном всё произошло по взаимному согласию, но желая восстановить – нет, не девственную плеву, тогда гименопластики еще не существовало, - но подмоченную репутацию, она отдала своего любовника на загрыз его собакам.
Есть еще парочка сказаний, но я воздержусь от их пересказа, чтобы читатели не забыли, что речь идет все-таки не о богине-девственнице, а о королеве-девственнице. Тем более гимен Елизаветы – для одних историков бесспорный, для других - сомнительный (как и для ее современников) - главный сюжетный двигатель нового о ней фильма. Ну что ж, тема в самом деле интересная, неустареваемая, вечная, особенно когда возникают сомнения. Тем более у королевы-девственницы были фавориты – были ли они также ее возлюбленными? Она была привязчива к мужчинам, но так и осталась одинокой в своей королевской постели? Тысячи вопросов, которые пытаются разрешить авторы этого четырехчасового сериала о загадочной женщине, которая больше 50 лет занимала английский престол. Вроде бы, что он Гекубе, что ему Гекуба? С нас довольно нашей русской истории или нашей американской истории, но вот мы вовлечены в этот крученый английский сюжет и оторваться не можем.
Немалую роль в этой нашей вовлеченности играет актриса Анн-Мари Дафф, притягательная своей некрасивостью пленительная своей угловатостью, женщина и монарх в одном лице, но без равновеса, без гармонии, раздираемая противоречиями и желаниями. Когда преодоленными, а когда нет – до самой смерти. От начала до конца – античная трагедия, без никаких уступок китчу, хотя достаточно разножанровая – ближе к научному трактату по сексуальным разочарованиям, чем к традиционной драматургической форме. Но какая современная биогдрама обходится без психоанализа? Да никогда! Вот зритель и проводит 240 минут c коронованной невротичкой, которая хочет, чтобы мужчины желали ее, но как бы не на самом деле, разве что время от времени и только абстрактно – без физических соприкосновений. Недотрога? Она дразнит мужчин и в то же время отпугивает их. Вплоть до казни отдельных соискателей, которые одновременно претенденты на ее престол. Дворцовые интриги вмешиваются в любовные дела, королева побеждает – и не раз! – женщину, но такое остается ощущение, что Елизавета обманывает и побеждает самое себя. По крайней мере, та Елизавета, которую играет Анна-Мари Дафф, вызывает сложные чувства, не всегда добрые, но в том числе - сопереживание, сочувствие.
Но это, так сказать, общая канва, а в данном телесюжете – как и в историческом - есть конкретные лица: не одна только обезглавленная Мария Стюарт, антагонистка при жизни Елизаветы Тюдор. А мужчины в ее жизни?
Тот же Роберт Додлей, граф Лестерский, ее приятель с детства, которому она будто поклялась в вечном воздержании, несмотря на то, что ее советники рассматривали королевскую женитьбу как неизбежный дипломатический императив. Когда жена Роберта Додлея выбросилась в пролет лестницы, вдовец возобновил свои матримониальные атаки на теперь ужe королеву, но снова нарвался на отказ. Однако, когда он женился второй раз и у него родился ребенок, королева возненавидела его, порвала с ним отношения: с глаз долой – из сердца вон.
Не совсем, впрочем, так, а еще хуже. Когда граф Лестерский умер и при дворе появился очаровательный молодой человек, его сын, с тем же именем, Роберт Додлей-младший, то был немедленно приближен к престолу, стал фаворитом старой Елизаветы. И вот тут – по фильму, а может и по жизни – происходит нечто из ряда вон выходящее. Мы видим королеву при туалете, ее старую, дряблую, вздутую плоть – такой она видит саму себя, вспоминая иные годы и, кто знает, может быть, жалея, что потратила их исключительно на государственные дела, подавив в себе женщину. И вдруг мы видим еще одного, скорее всего невольного соглядатая этого физического распада – молодого Роберта Додлея. Вскоре после этого нечаянного подгляда Роберт Додлей был обвинен в попытке государственного переворота, но многие историки – и авторы фильма придерживаются той же же точки зрения – полагают, что причина кроется в ее стыде за свою физическую немощь перед красивым юношей, так напоминающим королеве человека, которого она любила с детства. (См. выше античную историю про вуайериста Актеона и разгневанную Диану).
Есть ли связь между девственностью Елизаветы, на которой настаивают авторы фильма, и ее государственными успехами? Какие-то психоаналитические намеки на это в фильме прослеживаются, и я поневоле вспомнил, что кастрация в Древнем Египте или Персии была условием политической карьеры (за исключением, понятно, фараона или шаха). Рецензент «Нью-Йорк Таймс» заканчивает свою рецензию так: фильм «Королева-девственница» - убедительный аргумент в пользу президентов-девственников. Само собой, шутка. На ум приходит другая королева - Виктория, с целым выводком детей, при которой Британия правила половиной мира.
Человеческая, женская драма в этом отличном фильме много важнее ее концептуальных ответвлений феминистского толка.