Этот неистовый Уго Чавес

Факты. События. Комментарии
№1 (507)

В последнее время про Венесуэлу говорят много и часто. Специфическая модель ее экономики будоражит умы ученых экономистов и прагматичных политиков, вызывает острые дискуссии. Экстравагантный лидер Венесуэлы Уго Чавес безумно восхищает леваков всего мира, однако то и дело пугает крайними взглядами не только консерваторов, но и либералов. Вашингтон считает режим этой небольшой латиноамериканской страны одним из злейших врагов, возмутителем спокойствия на Американском континенте, отъявленным шантажистом, готовым использовать свой мощный нефтяной ресурс во вред великому северному соседу. В России оппозиция обвиняет Кремль и лично президента Путина в слепом подражании Венесуэле и предрекает гибельные последствия такого курса для страны.
Реальные основания для подобных тревог общеизвестны. Вместе с тем подробностей мы не знаем, толком понять, что происходит в Венесуэле в действительности, всем нам трудно. Разобраться в деталях, уверен, нам поможет очерк эксперта по Южной Америке Катрин Эллисон. Очерк опубликован в свежем номере журнала «Смитсониан» и содержит немало красноречивых фактов, цифр, результатов собственных наблюдений автора. Не помешают, надеюсь, и некоторые комментарии.
Прежде всего уточним официальное название страны – Боливарская Республика Венесуэла. Так она названа в тексте конституции, принятом в 2000 году. На этом настоял президент Чавес, поскольку чрезвычайно высоко чтит память героического борца за независимость стран Латинской Америки. Не менее дорога его сердцу и личность Че Гевары, портретами которого украшена вся Венесуэла. Численность населения – 25 миллионов человек, причем 80 процентов можно смело отнести к беднейшим слоям, а доход примерно половины всех жителей не намного превышает 2 доллара в день. Это сейчас. Не так давно было еще хуже.
Начало переменам в этом нищем и голодном краю было положено в 1928 году, когда появились первые нефтяные промыслы. «Черный дождь» немножко обновил страну, она стала одним из крупнейших мировых экспортеров нефти. Микроскопическая часть населения стремительно богатела. Миллионы по-прежнему бедствовали. Но в начале 80-х годов прошлого века цены на нефть неожиданно рухнули. Заколебалось благоденствие даже зажиточных венесуэльцев. Тогдашний президент Карлос Перес призвал народ туже затянуть пояса. Народ, естественно, возроптал. Последней каплей, переполнившей его терпение, почему-то стало повышение стоимости проезда на автобусах. В 1992 году вспыхнул бунт. Президент бросил на толпу армейские части, более 200 человек были убиты.
Вот тут-то лейтенант парашютно-десантных войск Уго Чавес понял, что близится его звездный час. Лейтенант перед строем открыто отказался стрелять в мирных граждан и тут же стал народным героем...
Он родился 52 года назад в многодетной семье бедного провинциального учителя. В юности мечтал о спортивной карьере, хотел стать питчером в бейсбольной команде высшей лиги. Увлекся политической литературой. Все чаще вслушивался в пространные речи Фиделя Кастро, восхищался подвигами Че Гевары. Решив, что через кубинских революционеров он полностью постиг бессмертное учение Маркса, Уго Чавес поставил перед собой более амбиционную цель – стать президентом страны, провести в ней коренные преобразования. Как и положено всякому истинному революционеру, он посидел в тюрьме – за нарушение воинской присяги и отказ подчиниться приказу о разгроме бунтовщиков. Так он стал не просто героем, а героем-мучеником.
Популярность Чавеса бурно росла. В 1993 году Переса согнали с поста президента за злостную коррупцию, и каждый кандидат на высокую должность посчитал своим долгом включить в свою предвыборную программу обещание немедленно освободить героя из-под ареста. Победитель президентской гонки Рафаэл Калдера обещание выполнил. Выйдя на свободу, Чавес тут же примкнул к группе левых радикалов, попутно собрав вокруг себя армейских офицеров, недовольных не столько положением в стране, сколько низким жалованьем.
В 1996 году, на внеочередных президентских выборах, Уго Чавес получил 56 процентов голосов избирателей. Далее он действовал смело и решительно. Вместо двухпалатного парламента создал однопалатный, продлил срок президентского правления с 4 до 6 лет, ввел в практику еженедельные обращения президента к народу. Говорить он любит. В красной рубашке и синих джинсах он неустанно колесит по стране и повсюду выступает с длинными речами, очень похожими на лекции. Дружески беседует с прохожими на улицах, с покупателями в магазинах, с пассажирами в автобусах. Ласково обнимает женщин, дружески похлопывает по плечу мужчин, показывая всем и каждому, что он свой, простой и доступный.
О чем вещает президент согражданам? О том, что Христос, Боливар и Че Гевара являются символами борьбы простого люда против капитала, олигархов, империалистов, что богачи-кровососы и оппозиционеры навеки прокляты небом и землей. О самом лютом и хитром враге человечества – Соединенных Штатах, которые спят и видят, как отобрать у Венесуэлы ее нефтяные промыслы, как убрать с политической арены бесстрашного защитника бедноты Уго Чавеса. Известно, что в 2002 году в Каракасе была предпринята попытка государственного переворота. Она не удалась, и Чавес объявил зачинщиком беспорядков вашингтонский Белый дом. В выражениях бывший десантник не стеснялся. Джорджа Буша называет не иначе, как «пендехо», что даже по сочетанию звуков воспринимается как оскорбление, а в буквальном переводе с испанского означает «сволочь». Чавес неустанно говорит о грядущем вторжении американских войск на территорию Венесуэлы. С целью защиты от нападения захватчиков он недавно купил у России 100 тысяч автоматов Калашникова.
Демократические ценности в стране теперь не в чести. По закону, принятому в минувшем году, «всякий, кто устно или письменно дискредитирует власть президента, мешает исполнению его обязанностей», должен быть подвергнут тюремному заключению сроком на 30 месяцев. Свободной прессы нет. Более полудюжины журналистов обвинены судами в клевете на существующий режим. Давление оказывается даже на тех редакторов, в изданиях которых содержатся призывы к борьбе с коррупцией, казнокрадством, к ужесточению финансового контроля. И пресса притихла. Вставать в ряды камикадзе никому не хочется. Монополизм государства в сфере экономики всегда сопровождается массой запретов в сфере общественной жизни.
Однако все это лишь один из элементов венесуэльской политической и экономической модели. Главный ее стержень – распределение доходов от продажи нефти. Нефтяные промыслы страны были национализированы еще в 1976 году, но до последнего времени служили средством обогащения лишь чиновной элиты. Уго Чавес действительно поступил как борец за народное благо. Выручка за «черный дождь» составляет почти половину доходной части государственного бюджета, и значительная часть этих средств теперь идет на общественные нужды. За три последних года на социальные программы потрачено больше 20 миллиардов долларов. Появились новые жилые дома, клиники, школы и высшие учебные заведения, улучшилось снабжение продовольствием, примерно на треть поднялся среднедушевой доход. Нет ничего удивительного в том, что большинство жителей страны довольно. Социологический опрос, проведенный в мае прошлого года, свидетельствует: более 70 процентов населения поддерживает нынешний режим.
До всеобщего благосостояния еще очень далеко, отставание чувствуется повсюду. В столице государства, Каракасе, рядом с высоченными небоскребами теснятся тысячи лачуг. Рынки и магазины предлагают весьма ограниченный круг товаров. В клиниках работают, главным образом, кубинские медики. Наиболее способным школьникам и студентам государство платит солидную стипендию – 80 долларов в месяц, но таких способных – единицы. Даже в старших классах ученики с трудом овладевают элементарными знаниями и впервые узнают, например, о кругообороте воды в природе. Наследие ужасающее, потому в массовом сознании туман, на улицах городов грязь и кучи мусора, а по объему потребления виски на душу населения страна обогнала всех на континенте.
Понятно, что иностранных туристов в Венесуэлу не тянет, индустриально страна не развивается, сельское хозяйство близко к первобытному уровню, культура сера и однообразна. Все заменено нефтью и доходами от нефти. В этом и спасение, и беда одновременно. Жизненный уровень поднимается, развитие тормозится. Да и риск чрезмерно велик – на сырьевых биржах цены вдруг упадут, и все тут же пойдет насмарку. В запасе у страны и общества никаких иных средств к нормальному жизнеобеспечению нет. Тут невольно вспомнишь и о России, точно так же плотно севшей на газонефтяную иглу. Но об этом чуть позже...
Должно ли происходящее в Венесуэле страшить Америку? Страшить – нет, а вот для неприятных ощущений оснований достаточно. Доля Венесуэлы в общем объеме импорта нефти в США составляет чуть больше 8 процентов. Зато соответствующая выручка Венесуэлы приближается к 40 процентам всех доходов от экспорта. Цифры несопоставимые. При желании Америке ничего не стоит исключить эту страну из числа своих импортеров. Только идти на такой шаг в США никто не предлагает. Пусть уровень жизни в соседнем государстве остается хотя бы на нынешнем уровне, а поднимется, так еще лучше. Вряд ли пойдет на разрыв экономических связей с США и режим неистового Чавеса. Это стало бы трагедией для страны.
Иное дело – стычки в сфере политической фразеологии, идеологическое противостояние. Не секрет, что массовые антиамериканские демонстрации во время недавнего саммита стран континента были организованы при активном участии венесуэльского правительства. Оно же инициировало саботаж пакета предложений, выдвинутых Соединенными Штатами с целью создания единого экономического пространства. Неприятно, однако не более того.
Только снисходительную улыбку могла вызвать рекламная акция Чавеса, предпринятая в конце прошлого года, - снабдить нефтепродуктами по сниженной цене бедные районы нескольких американских городов. Подобные булавочные уколы не способны навредить имиджу США. Гораздо серьезнее тот факт, что политико-экономическая модель Уго Чавеса оказалась притягательной для ряда других стран Латинской Америки. В частности, для Боливии и Колумбии. Хотя можно допустить, что поворот этих небольших государств к социальным проблемам, стремление улучшить жизненные условия беднейших слоев населения совсем не обязательно должны сопровождаться усилением ненависти к США. Не во всем же надо подражать Уго Чавесу.
А вот для современной России использование опыта Венесуэлы может обернуться катастрофой. Тем не менее в путинской стратегии такое стремление просматривается. Схожих черт в двух столь разных странах довольно много – режим одинаково авторитарный. Эксперт Катрин Эллисон делится впечатлениями о толпе возле офиса президента в Каракасе. Сотни и тысячи людей неделями ждут своей очереди, чтобы подать жалобу лично главе государства. Кто-то остался без жилья или медицинской помощи, кого-то притесняют местные власти, обратиться больше не к кому. Что ж, знакомая каждому россиянину картина. И реплики жалобщиков тоже легко узнаваемы. Едва кто-нибудь доведенный до отчаяния обронит пару ругательных слов в адрес президента, как тут же на него накидываются с упреками остальные: убирайся вон из страны, наш президент – наш единственный защитник! Грустное и гнусное сходство.
Высокие мировые цены на энергетические ресурсы позволили и Чавесу, и Путину несколько поднять уровень благосостояния сограждан. В то же время другие сектора экономики обеих стран переживают огромные трудности. В результате растет безработица: в Венесуэле она достигла 12 процентов, в России еще выше, инфляция, соответственно, 15 и почти 12 процентов. В странах Запада скоро обязательно займутся сбережением энергии (там экономить очень хорошо умеют). Значит, цены на нефть и газ снизятся, подчиняться энергетическому диктату никто не собирается. А потенциальных экономических резервов Венесуэла и прежде не имела, в России они были, да сплыли. И если особых угроз со стороны Чавеса мир может не опасаться, то нынешний кремлевский режим способен принести мировому сообществу немалый вред. Страна большая, природные ресурсы колоссальные, военная мощь впечатляющая, с этим нельзя не считаться.
Надо полагать, западные политики с должным вниманием отнеслись к недавнему высказыванию российского президента о намерении сделать Россию всесильным монополистом в области энергетики. По сравнению с такими, чисто имперскими амбициями неистовые словесные выпады Уго Чавеса выглядят лишь неуместными шутками плохо воспитанного человека. Так что к противостоянию волевым решениям Кремля стоит подготовиться заранее. Урок российско-украинского газового конфликта должен быть учтен всем мировым сообществом.


Комментарии (Всего: 1)

putin-zloi,neumnii,chekist s sindromom napoleona, zakompleksovanii ,mstitelnii.vse ego drugi banda svolochei

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *