Забота о детЯх или выбивание денег?

Факты. События. Комментарии
№23 (529)

«Русский базар» не раз поднимал одну из самых актуальных и страшных тем современной Америки – тему жестокого отношения к детям. С этим кошмарным явлением пытаются бороться все – политики, врачи, социологи, педагоги, журналисты. Но, к сожалению, в гуманной, демократической Америке над множеством детей издеваются так же, как в жестокие времена, когда физические наказания считались обязательными и даже полезными.
Государственные агентства, защищающие права детей, тоже не отличаются особой эффективностью, причем не всегда можно определить, что мешает их нормальному функционированию – нерадивость работников или нехватка кадров. Многие американцы, конечно, уверены, что главная причина недостаточной оперативности подобных агентств – именно халатное отношение их работников к своим обязанностям. Ведь представление о лени и безразличии всех, без исключения, государственных служащих, и тем более городских работников, давно стало расхожим. Даже в некоторых детективных телесериалах вроде Law and Order иногда фигурируют «кейсворкеры», вполне соответствующие стереотипам – откормленные, вялые, черствые и в придачу агрессивные. Но вот руководители «детских» агентств постоянно говорят о необходимости расширить штат и разгрузить социальных работников, которые просто физически не успевают регулярно навещать всех детей, находящихся под их защитой. Сами социальные работники тоже постоянно жалуются на чрезмерную занятость, небольшие зарплаты, а еще – на невыносимый стресс, который они испытывают, постоянно соприкасаясь с уродливой изнанкой семейной жизни. И стресс этот заметно усиливается во время скандалов, время от времени сотрясающих стены агентств.
Скандалы и переполохи обычно начинаются после очередного трагического случая – гибели ребенка от рук матери, отца, мачехи или отчима. Газеты поднимают шум, провинившихся (то есть оставивших «трудную» семью без внимания) социальных работников увольняют, иногда, под горячую руку, наказывают и более высокопоставленных чиновников. Но потом воз снова застревает на месте, и дети снова остаются без должной защиты.
В нью-йоркской системе защиты детей последний из таких переполохов начался после гибели 7-летней Никсмэри Браун из Бруклина, которую мать с отчимом морили голодом, а потом забили до смерти. Эта страшная история шокировала всех ньюйоркцев во главе с их мэром. Майкл Блумберг со свойственной ему решительностью объявил войну жестокости по отношению к детям, а его подданные стали внимательнее присматриваться к окружающим их мальчикам и девочкам – соседям, ученикам и т.д., чтобы при малейшем подозрении обращаться в соответствующие органы.
Принесла ли подобная бдительность какие-нибудь плоды? И да, и нет. Телефоны во всех филиалах Administration for Children’s Services стали разрываться от звонков ньюйоркцев, подозревающих неладное и бьющих тревогу, но в результате число дел, нуждающихся в расследовании, стало накапливаться с угрожающей скоростью. Груз новых «кейсов» показался работникам системы невыносимым бременем. Руководство агентства запаниковало и обратилось за помощью (в частности, финансовой) к надежному источнику – нью-йоркскому городскому совету.
На недавно прошедших в горсовете слушаниях по поводу бюджета Administration for Children’s Services заместитель его главы Зейнаб Чахайн подчеркнула, что в агентство ежедневно поступает около 300 звонков о жестоком обращении с детьми, что в два раза превышает число подобных звонков в прошлом году. Зато уже 4,000 дел считаются застрявшими в долгом ящике, ибо их расследование не было и не могло быть доведено до конца в предусмотренный инструкциями стандартный срок – 60 дней. В целом, по словам Чахайн, в агентстве от 14,000 до 15,000 «открытых кейсов», то есть не доведенных до конца расследований – на 40 процентов больше, чем в прошлом году. «В какой-то мере это хорошо, что нам звонят, потому что мы выявляем новых мальчиков и девочек, подвергающихся риску, - признался корреспонденту «Нью-Йорк таймс» глава Administration for Children’s Services Джон Мэттингли. – Активность общественности помогла нам выявить семьи, где жестоко обращаются с несколькими детьми – братьями и сестрами. Но нагрузки у нас резко увеличились. Нам нужны новые служащие и нам нужно лучше подготавливать тех, которые уже у нас работают».
По словам Мэттингли, степень нагрузки специалистов по защите детей - работников «передней линии», которые, после сообщений о возможных издевательствах над детьми, начинают расследования, - выросла с 22 до 28 процентов. Цель Мэттингли – вернуть своих подчиненных к прежним 22, а то и к 20 процентам нагрузки, ибо только в таких случаях их работа может дать какие-то весомые результаты.
Увеличилась и нагрузка социальных работников, которым дела передают уже после расследования. Если год назад на каждого из «кейсворкеров» приходилось около пятнадцати дел, то сейчас им приходится одновременно заниматься почти двадцатью. Степень занятости социальных работников варьируется от боро к боро. Самые занятые – «кейсворкеры» Квинса – на долю каждого из них приходится более 25 дел. За ними следуют коллеги из Бронкса (24 дела), Манхэттена и Стэйтен-Айленда (около 21 дела) и, наконец, Бруклина (около 15 дел).
Цель руководства Administration for Children’s Seriveces – добиться того, чтобы каждый социальный работник занимался одновременно 12 «кейсами» - не более. Только при подобных умеренных нагрузках социальные работники могут должным образом контролировать все семьи, находящиеся под их надзором, и сводить трагедии к нулю.
Как Джон Мэттингли собирается решить проблему? Очень просто. Он требует у городских властей пополнения казны Administration for Children’s Services и собирается нанять новых служащих. Впрочем, Мэттингли уже их нанимал после бури, вызванной гибелью Никсмэри Браун. Если в прошлом году в агентстве трудились 900 социальных работников, то сейчас их число достигает 977. При этом Мэттингли уверяет, что он не поступался качеством ради количества и нанимал лишь квалифицированных людей, хоть и остро нуждался в пополнении своей и без того огромной команды. Тем не менее наспех нанятые «кейсворкеры» и «детективы» нуждаются в дополнительной подготовке. До первого июля Мэттингли намерен увеличить число социальных работников до 1,000, а в следующем финансовом году нанять еще 400 человек.
Городской совет, скорее всего, пойдет навстречу нуждам агентства, ибо многих депутатов шокировал тот факт, что около четверти дел попадают в долгий ящик из-за нехватки у Administration for Children’s Services средств и кадров. В поддержку агентства выступили и правозащитники, отстаивающие интересы детей. «Любая отсрочка в расследовании дел о жестоком обращении с детьми вызывает тревогу», - заявила, в частности Гейл Нэйовит, исполнительный директор организации Citizen’s Committee for Children of New York. Заявление вполне справедливое, ибо в таких случаях промедление, увы, действительно подобно смерти, причем смерти самых маленьких и беззащитных жителей нашего города.
Джон Мэттингли намерен не только увеличить число своих служащих. На ежегодно выделяемые городом 2.4 млн. долларов он собирается предоставить работникам агентства мобильные телефоны и метрокарты, а также платить за поддержание в форме их автомобилей. Кроме того, он намерен установить в компьютерах социальных работников программы-переводчики, которые помогут им в считанные минуты переводить информацию со 150 языков! Наконец, он намерен провести эксперимент, в ходе которого «кейсворкеры» будут пробовать эффективность 12 моделей лаптопов, чтобы определить, какой из них позволяет более оперативно передавать информацию об отдельных вопиющих случаях.
Мэттингли хочет также усовершенствовать контакты своего агентства с департаментом полиции и департаментом образования и создать компьютерную систему под названием ChildStat, которая позволит следить за работой конкретных работников и агентства в целом.
Усовершенствуют ли эти нововведения работу Administration for Children’s Services? Станут ли «кейсворкеры» и «детективы» агентства трудиться более старательно и более эффективно? Или переговоры Джона Мэттингли с горсоветом сведутся к очередной кампании по выбиванию средств из казны Нью-Йорка?