Агитпроп разбушевался

Кинозал
№50 (294)

Фильм "В тылу врага" ("Behind Enemy Lines") должен был выйти на экраны только в середине 2002 года. Но нынешняя военная кампания в Афганистане требует от Голливуда соответствующей идеологической поддержки, и по просьбе вашингтонской администрации картину эту выпустили в прокат на полгода раньше, чем предполагалось. Могу сказать сразу, что хуже она от этого не стала, так как хуже, как говорится, просто некуда. [!]
По сути дела художественным фильмом это произведение можно назвать только с очень большей натяжкой. Реально говоря, это не что иное, как самый обыкновенный рекламный ролик, снятый исключительно для того, чтобы уговорить молодых людей записываться в армию. С точки зрения агитпропной науки, сделан этот ролик довольно топорно, но вполне возможно, что для американцев подобные вещи именно так и нужно снимать. В принципе желающих пострелять здесь и без того хватает, а главная задача сценариста и режиссера (который до этого и занимался производством рекламы электронных игр) состоит в общем-то исключительно в том, чтобы доказать молодым призывникам, что пострелять им дадут совершенно безнаказанно.
Действие фильма происходит в середине 90-х годов на Балканах, где американские военные наблюдают за установлением мира в Боснии. Для тех, кто уже успел подзабыть события тех лет, напомню, что речь идет о Дейтоновском соглашении, по условиям которого сербы были вынуждены отказаться от плодов всех своих побед в продолжавшейся несколько лет войне с мусульманами и полностью сдать им земли, на которых их предки проживали в течение многих веков. Главному герою картины, лейтенанту американских ВВС Бернетту (актер Оуэн Вильсон) все эти тонкости невдомек, и фильм начинается с того, что он очень расстраивается. Расстраивается, естественно, из-за того, что подписано мирное соглашение и теперь ему не дадут побомбить народы, названия которых он толком даже и выговорить-то не в состоянии. Переживает по этому поводу он настолько сильно, что даже решает покинуть морскую авиацию и переквалифицироваться в гражданские пилоты.
Это его желание не встречает никакого понимания со стороны командующего авианосцем, на котором служит Бернетт, адмирала Рейгарта (вездесущий Джин Хэкман, который снялся за последние годы в таком количестве фильмов, что от одного его вида уже начинает тошнить). Адмирал обвиняет юного лейтенанта в мальчишестве и пытается убедить его, что шанс поубивать кого-нибудь ему еще обязательно представится. То есть, говоря другими словами, тут мы имеем дело с идеальным примером воспетого классиками соцреализма конфликта хорошего и отличного. Конечно, адмирал тоже недоволен, что разные политические деятели не дают его самолетам всласть бомбить мирное население, но как человек, умудренный и годами, и опытом, он научился умело скрывать свою кровожадность под маской патриархальной доброжелательности. Правда, в разговоре с молодым горячим лейтенантом он немного выходит из себя, но любому человеку, видевшему в своей жизни хотя бы один американский фильм, должно быть совершенно понятно, что к финалу герои помирятся и докажут друг другу, что на самом деле никаких противоречий между ними нет и быть не может.
Впрочем, до финала этого ждать еще добрых полтора часа, а пока что Рейгарт решает проучить строптивого Бернетта, отправив его патрулировать боснийское небо в самый канун Рождества. Выполнять это кажущееся совершенно безопасным задание лейтенант отправляется, естественно, не один, а вместе со своим другом, который по ходу полета успевает заметить на земле скопление сербов, оружие, а главное - массовое захоронение невинных боснийских мусульман. Каким образом он успел разглядеть все это со своего мчащегося на сверхзвуковой скорости Ф-16 - не совсем понятно, но так или иначе друзья решают вернуться и все эти безобразия сфотографировать. Сделать им это удается довольно легко, но в последний момент сербы все-таки замечают кружащий над ними самолет и выпускают по нему две самонаводящиеся по источнику теплоизлучения ракеты советского производства. Как ни кувыркаются в небе американские асы, какие фигуры высшего пилотажа они ни выделывают, но советское - это ведь, как мы знаем, отличное, и от ракет им уйти не удается (непонятно только, где все эти ракетные установки были, когда не киношные, а самые что ни на есть всамделишные американские самолеты бомбили Сербию). Катапультировавшись из подбитой машины, друзья оказываются в той самой ситуации, о которой они так долго и так страстно мечтали по ночам, - настоящей войне.
Напарнику Бернетта, правда, не повезло - он сломал ногу и картинно истекает кровью прямо на белом снегу. Главный же герой, естественно, приземлился очень удачно - иначе и фильм на этом катапультировании можно было бы заканчивать. Полный сил и энергии, он, оставив своего товарища, начинает карабкаться на высокую гору, чтобы оттуда по радио связаться с авианосцем и сообщить о том, что из-за своего любопытства он только что угрохал 40-миллионный самолет. В этот момент из леса выбегают коварные сербы, которые все, как один, грязны и небриты, что, по замыслу авторов, наверное, должно свидетельствовать не о героической борьбе, которую они вели против превосходивших их по численности в несколько раз боснийцев и хорватов, а о полной их дикости и кровожадности. Возглавляет эту "банду отморозков" самый настоящий монстр, которого играет один из популярнейших российских актеров Владимир Машков. После того позорища, которое он явил миру в фильме Сергея Бодрова-старшего "Давай сделаем это по-быстрому", я думал, что ниже падать ему уже некуда, но оказался не прав. Скорее всего, раз вступив на тропу коммерческой конъюнктуры, актеры (как и вообще, наверное, все люди) катятся по этому склону вниз практически бесконечно.
В общем этот злодей, имени которого создатели фильма даже в титрах не привели, а просто обозвали его Следопытом, хоть и неплохо обращается с ракетной установкой, но не знает, сколько летчиков обычно бывает в американских Ф-16, и начинает допрашивать напарника Бернетта, один ли он прилетел или еще с кем. Напарник, естественно, молчит, как будто он не американец, а партизан какой-нибудь времен Отечественной войны.
Сам Бернетт наблюдает за всей этой картиной в бинокль. На помощь другу он, конечно, не торопится, но все равно так переживает, что, когда Следопыт пускает тому пулю в голову, наш герой оглашает окрестные леса и горы таким громким воплем отчаяния, что привлекает к себе внимание всех боснийских сербов, каковые под предводительством Следопыта немедленно пускаются за ним в погоню. И чему только учат наших летчиков? - не знаю. Ни от ракет они уходить не умеют, ни чувств своих сдерживать. Неужели так трудно объяснить им, что в присутствии коварного и жестокого врага громко кричать на весь лес просто опасно?
Впрочем, может быть, я и не прав. Несмотря на то, что гонится за ним человек 50, а лес зимой прекрасно просматривается, ему удается каким-то чудесным образом скрыться. А дальше начинается нечто уже совсем невероятное. С одной стороны, оставшийся на своем авианосце адмирал ужасно расстраивается, что его парни попали в такую скверную переделку, и рвется их спасать. Но ему в этом благородном начинании мешает еще один адмирал - на этот раз французский - который, будучи какой-то большой натовской шишкой, говорит, что эта операция может сорвать все мирные переговоры. Этот лягушатник даже осмеливается бросить в лицо нашему адмиралу суровый упрек в том, что тому-де наплевать на тысячи людей, которые погибнут в случае возобновления войны, так как жизнь одного американского летчика, к тому же самовольно отклонившегося от курса, ему дороже. Ошибся несколько французик. По лицу нашего адмирала мы видим, что ему действительно безразлична судьба тысяч сербов и боснийцев, но и летчик свой ему тоже, судя по всему не так дорог, как собственная карьера. Он отменяет операцию по спасению Бернетта, и наш герой остается в тылу врага в полном одиночестве.
Следующий час экранного времени он проводит, свободно перемещаясь по всей территории Боснии и позируя на склонах гор на фоне заходящего солнца. При этом Следопыту, который охотится за ним со снайперской винтовкой в руках, так ни разу и не удается его подстрелить. Да что там следопыту! В фильме есть сцены, в которых по Бернетту целая армия лупит и из пушек, и из танков - а ему хоть бы что. Ни царапинки. При этом самому ему, естественно, достаточно разок нажать на курок своего пистолета, чтобы покосить добрую дюжину сербов. Кончается все это тем, что он буквально в полный рост бежит на стреляющий по нему танковый батальон и остается живым и невредимым. Правда, в последний момент ему все-таки приходит на выручку сам адмирал - несмотря на приказ вышестоящего командира, он решает лично возглавить операцию по вызволению лейтенанта из вражеского тыла.
Короче говоря, фильм настолько глуп и абсурден, что говорить о нем вообще не стоило бы, если бы не определенная тенденция, которая в ближайшем будущем будет проявляться в американском кинематографе все сильнее и сильнее. Голливуд, как известно, населен в основном сторонниками демократической партии, которые обожествляют Клинтона и на дух не переносят Буша, постоянно насмехаясь над его низким интеллектуальным уровнем. Но перед лицом такого грозного врага, как обмотанные в грязные тряпки и воюющие верхом на тощих лошадях афганцы, американская элита решила объединиться вокруг президента. Тем более что в последние месяцы он уже дважды присылал к ним своего ближайшего помощника Карла Роува, который весьма недвусмысленно указал голливудцам на то, чего сегодня ждет от них страна, а именно: укрепления боевого духа нации и привлечения в ряды ее доблестных вооруженных сил как можно большего числа юношей и девушек. Деятели кино так вдохновились речью Роува, что тут же принялись за дело. В самое ближайшее время на экраны будет выпущен бурный поток милитаристских фильмов, в которых целые народы выставляются монструозными злодеями (в рецензируемом сегодня фильме это сербы, а на очереди сомалийцы, отважной борьбе морской пехоты с которыми посвящена выходящая через несколько недель картина "Черный коршун сбит" Ридли Скотта). Но и этого голливудцам показалось мало, и они в спешном порядке сварганили 4-минутный рекламный ролик под названием "Дух Америки", который теперь перед началом сеансов будут показывать как минимум в 28 000 (из 35 000) наших кинотеатров.
Не сомневаюсь в том, что и это - еще только начало. У Америки ведь так много могущественных врагов - и Сомали, и Эфиопия, и Судан, и Йемен, и прочие сверхдержавы. Не случайно ведь президент Буш сказал, что впереди у нас долгая война, а для нее потребуется много солдат, день и ночь мечтающих о том, кого бы еще им побомбить или пострелять.
Правда, я сам не знаю, кого фильмы типа "В тылу врага" (которому я, кстати, по нашей десятибалльной шкале, ставлю, конечно же, кол) могут привлечь в армию, но, как я уже говорил, главная задача состоит даже не в этом, а том, чтобы доказать, что и один простой американский парень может легко победить целую армию врагов. Для этого ему нужно только одно - американский дух. На подростков такие идеи, говорят, производят совершенно неотразимое воздействие. Так что скоро они, наверное, толпами повалят на призывные пункты.