Ах, Нью-Йорк, мой Нью-Йорк... (продолжение)

Ах Нью-Йорк, мой Нью-Йорк...
№21 (317)

Большой белый путь

Сюда, на эту площадь Таймс-сквер, протянувшуюся узким коридором между 46 и 42 стритами, на пересечении Бродвея и 7 Авеню, 8 мая 1945-го стихийно, по зову сердца, собрались люди со всех концов Нью-Йорка, дабы отпраздновать победу над фашистской Германией. И тем, что, не сговариваясь, пришли именно сюда, они как бы определили главное место в городе. Как у россиян - Красная площадь.

Название нынешнее она получила в 1904 году, когда сюда, в здание, утюгом замыкающее площадь, переехала редакция влиятельной газеты «New York Times». В 1931 году на фасаде этого здания появилась новинка – электрическая «бегущая строка», сообщавшая самые свежие мировые новости. На это чудо собирались и глазели толпы горожан и туристов. Сейчас на этом месте гигантские телеэкраны телевизионной рекламы, самой дорогостоящей в стране. Арендовать их могут только могучие фирмы типа Сони или Кока-колы. Да и те не выдерживают финансового бремени более года-двух, сменяя друг друга.

Сверкающие огни реклам, зачастую весьма изобретательных, делают эту площадь своеобразным земным Млечным путем. Здесь так светло от них, что в любое время ночи можно читать газету. Не так давно на фасаде одного из зданий Таймс-сквера блистала знаменитая реклама сигарет «Кэмел»: верблюжонок с сигаретой в зубах, выпускающий клубы электронного дыма. Реклама эта стала своеобразной визитной карточкой Америки, для одних символом красивой заокеанской жизни, для других - «растленного буржуазного падения нравов». Но началась в стране яростная борьба с курением, и верблюжонка пришлось убрать.

Сами ньюйоркцы прозвали это место «Большой белый путь!», а пересечение Таймс-сквер и 42-й улицы – «Перекрёсток мира». Вот так, не больше и не меньше.

Здесь традиционно празднуется Новый год. Вечером 31 декабря сюда стекается до полумиллиона человек. Автомобильное движение через площадь, естественно, перекрывается. На специально сооруженных помостах выступают певцы, музыканты, фокусники. Ровно в полночь со шпиля Таймс-Тауэра спускается медленно хрустальный шар, символическое «большое яблоко» Нью-йорка, а вверх взлетают пробки от бутылок с шампанским. Телевидение транслирует всё это на всю страну и мир, корреспонденты берут короткие интервью у «ветеранов», хвастающихся тем, что они уже 15 или 20 лет неизменно встречают здесь Новый год. Может идти дождь или снег, но Таймс-сквер всегда полон. Это одно из немногих мест в городе, где никогда не замирает жизнь.

Круглосуточно работают кафе, рестораны, магазины, кинотеатры…

В отеле «Мариот Маркиз» на третьем этаже гостеприимно открывает двери ежевечерне театр «Маркиз» на 1600 мест. Гостиница эта, ставшая достопримечательностью площади, была построена в 1985 году, высотой в 50 этажей. Она вторая по величине в городе. На 46 – 47-м этажах - ресторан с вращающимся полом, откуда открывается изумительный вид на Таймс-сквер и на весь город. Архитектор Джон Портамин– младший спроектировал её в виде этакого испанского дворика с балконами, куда выходят двери номеров. Только «двор» этот огромен. Атриум с льющимся сверху светом занимает 37 этажей. В центре по стилобату ползут кабинки лифтов со стеклянными стенами, так что, поднимаясь или спускаясь, гости отеля видят сквозь стекло весь интерьер этого громадного здания и ощущают себя как бы парящими над бездной. Вход в отель, естественно, свободный. Так что можно и покататься на лифте, и чашечку ароматного кофе выпить в одном из многочисленных кафе на этажах.

На Таймс-сквере расположена самая знаменитая театральная касса Нью-Йорка. Здесь продают так называемые «горящие» билеты на все спектакли, во все театры, за полцены. Правда, надо выстоять огромную очередь и нет гарантии, что достанутся вам билеты на желаемый спектакль: ведь «горящих», невыкупленных на этот день билетов может оказаться до обидного мало. Это уж как повезёт. Стоит в этих очередях прекрасная публика, настоящие ценители искусства, просто не имеющие возможности приобрести билеты за полную цену.

За кассами, в крохотном скверике, памятник удивительному человеку, капеллану 69-го пехотного полка времён 1-ой мировой войны Фрэнсису Даффи. В мирное время - он пастор церкви Святого Креста, в которой прихожанами были артисты и танцоры бродвейских театров, художники. Приходили они со своими бедами и горестями, и Даффи отечески их опекал не только добрым словом, но зачастую выручал и деньгами в трудную минуту.

Благодарные служители искусств и настояли на сооружении ему памятника в центре театрального Бродвея. На открытие пришли знаменитые актеры, политические деятели, отцы города. Даффи в военной форме держит в руках евангелие, позади него крест. Памятник поставлен в 1937 году.

Понятие «Театральный Бродвей» известно ныне всему миру. Это не значит, конечно, что так называют только театры, расположенные на этой знаменитой улице. Нет, это вмещает в себя и место - пятиугольник с координатами между 44 и 53 улицами, и тип современного, в основном, музыкального театра. Он очень отличается от привычного нам репертуарного, с постоянной труппой и ведущим художником - главным режиссёром. Бродвейский театр – это спектакль, чаще всего мюзикл, в создание которого вложены большие деньги. Для его проката арендуют театральное помещение. Идёт он ежедневно, а по субботам, воскресеньям и в праздники - дважды в день.

Вкладывает в него деньги обычно целая группа инвесторов, которая, естественно, озабочена получением максимальной прибыли. Если спектакль продержится на сцене меньше 2-х – 3-х лет, он принесет убытки. Так что на Бродвее стараются работать наверняка.

Бродвей – синоним коммерческого театра, воплощение пресловутой американской мечты. Взлёт славы его пришелся на 20 годы, когда на Бродвее одновременно шли спектакли в 80 театрах. Сейчас их осталось всего 26. Изменилось многое, в том числе и стоимость постановки спектакля. Если до войны обходились 10 тысячами долларов, то в наши дни смета в 10 миллионов никого уже не удивляет. Правда, за такие деньги зритель получает феерическое зрелище: поражающие воображение декорации; легко запоминающиеся шлягерные мелодии; хореографию высочайшего уровня; прекрасные голоса; динамичное, красочное, до автоматизма отработанное, действие. Артисты выкладываются полностью, играют с азартом, раскованно и свободно, демонстрируя высокий профессионализм. Последний спектакль не должен отличаться от премьеры: люди платят за билеты весьма немалые деньги.

Посещение мюзикла на Бродвее входит в «джентльменский» набор знакомства туриста с Нью-Йорком.

Расцвет современного мюзикла связан с именем композитора Ллойда Уэббера, режиссёра Тревора Нанна и продюсера Камерона Макинтоша. Все началось с грандиозного успеха спектакля «Кошки» по мотивам «Книги практичных кошек» Томаса Эллиота. На Бродвее в помещении театра»Винтер Гарден» (Зимний сад) он продержался рекордное время …18 лет! За эти годы полностью сменилось 3 состава основных исполнителей.

И затем, как плотину, прорвало: «Отверженные» по одноименному роман Виктора Гюго; «Фантом оперы» по мотивам романа забытого писателя XIX века Гастона Леру; «Мисс Сайгон» – подлинная история любви молодой вьетнамской девушки и американского солдата в Сайгоне в 1975 году. В основе современного мюзикла, как правило, лежит хорошая литература. Авторов привлекают сюжеты, не ограниченные национальными рамками, которые бы нравились зрителям разных стран. Это поистине космополитичное искусство.

В наши дни медленно, но верно происходит процесс смены ориентиров, приоритетов ценностей. В том же «Винтер гарден» родилась «Вестсайдская история» Леонарда Бернстайна с потрясающим балетом Джерома Робинса. На этой сцене шла «Смешная девчонка», родившая американскую звезду Барбару Стрейзанд. А в наши дни подмостки отданы мюзиклу «Mamma mia» на мотивы творчества вокальной группы Абба. Мельчает и репертуар других театров.

Социальные мотивы уходят на второй план, на первый выходят проблемы сексуальных меньшинств. Политические идеи всё более затирает быт. Что ж, знамение времени!

Изредка пробиваются на Бродвей и «чужие труппы». Так, в 1989 году в Городском театре Музыки и Драмы на 55-й стрит с успехом прошел спектакль московского Ленкома «Юнона и Авось» ( мюзикл композитора Рыбникова по одноименной поэме А. Вознесенского).

Театральный Нью-Йорк не ограничивается, естественно, бродвейскими театрами и мюзиклами. Из бунта против коммерциализации искусства, против снобизма и рутины возникли так называемые офф- бродвейские театры, что переводится как «рядом с Бродвеем», или, точнее, «не бродвейские театры». Здесь можно увидеть спектакли по пьесам Вильяма Шекспира, Генриха Ибсена, Эдварда Олби, Артура Миллера. Идёт с успехом и русская классика – Чехов, Толстой, Достоевский.

Положение у них трудное, существуют, в основном, на гранты - материальную помощь, которую выделяют различные благотворительные фонды. Не редкость, когда актеры и режиссёр выкладывают свои деньги, заработанные «на стороне» совсем не творческим трудом. Но все живут надеждой, что на них обратят внимание зрители, пресса, театральные агенты. Ну а затем приглашение в кино или на телевидение. Надо сказать, что в этих маленьких театриках вырастали и мужали будущие знаменитости американской сцены и Голливуда.

Нет такого направления в театральном искусстве, с которым нельзя было бы познакомиться в Нью-Йорке. Так что истинному театралу надо только сойти с утрамбованной тропы театрального Бродвея, и его могут ожидать подлинные творческие открытия.

Нью-Йорк многогранен. И он не ограничен только окрестностями Бродвея. В этом сможете убедиться сами.

Часть 11. Линкольн-центр, или площадь искусств


Комментарии (Всего: 1)

Очень не плохо!

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *