“Ой, не будем служить мы, ой!...”

В мире
№25 (844)

 

Август этого года может стать для Израиля месяцем революции. Или контрреволюции – это с какой стороны посмотреть. 5 августа 2012 года истекает срок действия так называемого “закона Таля”. Этот рекомендательный акт, выработанный в свое время комиссией под руководством отставного судьи Цви Таля, на протяжении десятилетий продлевал отсрочку (читай: полное освобождение) иудейских ультраортодоксов от призыва на обязательную срочную службу в Армии обороны Израиля. Нынешней весной Кнессет отказался пролонгировать его в существующей редакции на очередные 5 лет, Высший суд справедливости БАГАЦ подтвердил это решение.  
 
Что станется этим летом с десятками тысяч учеников закрытых религиозных учебных заведений, не желающими отдавать родине долг? Пойдут ли они в армию или сядут в тюрьмы? Забаррикадируются в ешивах и колелях вместе со своими раввинами и примутся молиться “как в последний раз”? Или массово эмигрируют туда, где живут их могущественные покровители – богатые религиозные евреи Европы и США? А, может быть, выйдут на улицы громить, жечь и швыряться камнями, как это уже не раз случалось?
 
Драматических сценариев развития событий немало. Много и вопросов, которые задаются в израильском обществе накануне истечения срока действия “закона Таля”. А ответов почти нет. Израильское политическое руководство, известное своим умением затягивать время и решать проблемы в последний момент, впопыхах и на надрыве, до сих пор не предложило ни одного устраивающего общественность варианта. Парламентская комиссия по иностранным делам и обороне сформировала группу во главе с депутатом Йохананом Плеснером, она должна была разработать альтернативу “закону Таля”, которая бы устраивала всех. Но время идет, сроки приближаются, а даже наметок нового закона пока никто в глаза не видел.
 
Мнения высказываются самые крайние: от “Призвать всех! “ до “Оставить в покое от греха подальше...”.
 
Одни говорят о квотах на призыв ешиботников, другие – о квотах на оставление в стенах религиозных учебных заведений самых лучших учащихся. Дескать, государство установит для каждой ешивы квоту “светочей Торы”, за которых учебное заведение будет получать постоянные повышенные выплаты, а также минимальную квоту призывников, несоблюдение которой повлечет за собой сокращение субсидий. Но о том, кто будет выявлять “золотой фонд”, по результатам каких проверок знаний или иным критериям он будет формироваться – пока ни слова.
 
Другие предлагают не создавать армии проблем с “капризными” призывниками (им и питание нужно особо кошерное, и режим специальный, и девушек-военнослужащих они подле себя не потерпят), а призывать всех их только на альтернативную службу. Пусть поработают в больницах и домах престарелых, послужат пожарными и санитарами. Улицы, наконец, метут!
 
 И это – о белоручках, тяжелее ложки и бумажного листа ничего не поднимавших?!
 
Что делать? Может, от всех забот запеть? Например, старинную еврейскую песню, родившуюся еще в Российской империи – песню рекрутов-кантонистов:
 
“Ой, куда же вы идете, братцы, ой?
 
Ой да, за царя идем сражаться, ой.
 
Сражаться будем без любви –
 
Напрасно будет пролито крови...”
 
Тогда, почти два века назад, их забирали на 25 лет, и квота была такая: десять рекрутов два раза в год с тысячи еврейских мужчин призывного возраста. Кого отдать в солдаты, решал кагал – руководство общины, и чаще всего “брили лбы” круглым сиротам или сыновьям вдов, отдавали детей из больших семей бедняков, чтобы выгородить отпрысков местечковых богачей. А ученики ешив не подлежали призыву и в те далекие годы: община берегла своих особо одаренных ребят, будущих толкователей Торы и мудрых раввинов. Ибо в них надежда народа и его веры.
 
С такими словами пришли после Войны за Независимость к главе первого правительства Израиля Давиду Бен-Гуриону главы религиозного еврейства.
 
Они сказали: “Холокост унес мир наших ешив, почти угас святой огонь иудейского образования, лишь угольки тлеют. Мы получили свое государство, землю наших предков, но нам еще воевать и воевать. Надо сохранить лучших.”
 
И умный “старик”, как называли Бен-Гуриона и в глаза, и за глаза, согласился освободить ешиботников от призыва. Но тогда-то таковых было всего четыреста человек, через пару-тройку лет стало восемьсот. И все было правильно, потому что было честно.
 
Но времена и понятия о чести меняются. Сегодня ешиботников, официально “косящих” от призыва, более 70 тысяч. Они не работают и не служат в армии, а только учатся всю жизнь. Или делают вид, что корпят над книгами. При этом заводят семьи, рождают на свет множество детей, основной части которых уготована судьба родителей. Согласно недавним подсчетам, через 20 лет ультраортодоксы составят 20% еврейского населения Израиля и 40% всех детей будут учиться в ешивах.
 
И кому же тогда служить? Понятно кому – тем, кто менее достоин столь исключительно безбедной жизни. Бремя воинской службы ложится на плечи оставшихся – тысяч израильских парней и девушек, отдающих армии по 2-3 года на срочной службе, и мужчин, уходящих на ежегодную резервную службу на месяц и больше.
 
Да, подавляющее большинство израильтян считают службу в армии необходимой и почетной. Хотя в постоянно воюющей стране она и связана с прямым риском для жизни. И все же служить здесь идут с радостью и гордостью, а армейское братство считается святым и, надо сказать, весьма полезным в будущем. Но когда на глазах у защитников страны множится в арифметической прогрессии число их ровесников, откровенно плюющих на эти идеалы, люди начинают чувствовать себя “фраерами”.
 
Именно так назвало себя движение резервистов, предъявивших правительству ультиматум: либо равное распределение нагрузки на всех, либо...
 
А что “либо”, опять непонятно. Свалить власть, конечно, можно, но на смену ей придет такая же робкая в этом вопросе. Религиозные партии, умеющие манипулировать любым правительством Израиля (а уж правительством Нетаниягу - и подавно), ни о какой альтернативе слышать не желают. Они продолжают настаивать на том, что поголовно все семьдесят тысяч “вечных студентов” – гении и уникумы. И их даже временный отрыв от изучения Торы нанесет непоправимый вред профессиональному богословию и самому “народу Книги”. Хотя всем известно, как формируются религиозные учебные заведения в Израиле.
 
Берут туда скопом всех юных “мужеского рода” обитателей мест компактного проживания ультраортодоксов. Ведь государственное финансирование ешив и колелей напрямую зависит от числа учащихся: больше наберешь – больше получишь. И эта “сидячая армия” дружно и беспрекословно голосует на выборах за религиозные партии, умножая их политическую силу и способность создавать или разваливать правящие коалиции. А отпусти ребят на три года от себя, так они, того и гляди, обзаведутся собственным мнением и планами на самостоятельную жизнь! Нет, раввины-политиканы вожжи выпускать из рук не готовы...
 
Скорее всего, и в этом августе они одержат победу над своей паствой, оппонентами и всей страной. Закон, который придет на смену “Талю”, сохранит статус-кво, создаст узенькую щелку для извлечения “мудрых улиток” из раковин религиозных учебных заведений и, не менее чем прежде, широкую брешь для вливания бюджетных средств в ешивы и колели.
 
Так было, так будет, пока в стране нет ни Конституции, определяющей нормы воинской повинности, ни подлинного равноправия, ни четких принципов взаимоотношений религии и государства. А есть только “фраера”, готовые отдать жизнь за свою страну, и “гении Торы”, которым эта страна “по барабану” – да и то не полковому...