Старые вещи

Литературная гостиная
№25 (844)
Я люблю свои старые вещи. Как правило, они навевают какие-то воспоминания. Возможно, я инстинктивно храню именно те вещи, которые для меня ценны, как память о каких-то людях, событиях
 
На кухонном столе у меня стоит молочник из старого чайного сервиза, в котором я храню соль.
Дочка мне не раз говорила:
 
- Мама, не будь Плюшкиным. Выбрось этот молочник. Я куплю тебе специальную банку для соли.
Но я не соглашаюсь. Купит она мне пластмассовую или глиняную коробку с надписью СОЛЬ. Кроме утилитарного применения эта банка не будет иметь для меня никакой ценности. Она не будет вызывать у меня никаких эмоций, кроме раздражения, зачем я поддалась на уговоры.
 
Это был очень красивый чайный сервиз на шесть персон. Все предметы имели изысканные очертания и были украшены нежными бледно-розовыми цветами шиповника. Со временем все чашки-блюдца разбились. Остался только молочник. Кофе я пью редко, так что использовать его по назначению не приходится. А соль я использую ежедневно. И вспоминаю...
 
Почти полвека тому назад я со своим женихом Юрой после помолвки поехала в дом отдыха в г. Одессу. Так как мы не были женаты, то нас поселили в разных комнатах. И мы решили не дожидаться свадьбы в родительском доме, а срочно оформить наш брак и получить приз - отдельную комнату.
Действительно, зачем ждать? Ведь все решено. Мы любим друг друга. Родители согласны, а тут все атрибуты полного счастья рядом: море, солнце или луна (это уже несущественно) и полная свобода. Никаких забот, делай, что хочешь!
Мы нашли ЗАГС рядом с Оперным театром. Очень милая барышня, работавшая там, за весьма скромный сувенир - флакон духов “Красная Москва” - оформила наш брак без всяких проволочек. Свидетелями Юра пригласил случайных прохожих.
Такое событие надо было отметить. И мы пошли в гости к моей добрейшей тете Тане и ее мужу. 
Для них наш визит был полной неожиданностью, да еще по такому поводу. Как тепло они нас приняли! Сейчас я понимаю, как трудно было организовать праздничный ужин без предварительной подготовки. Думаю, что помогли соседи их большого одесского двора. Это была наша первая свадьба. Как мы были тогда счастливы! Тетя Таня подарила нам этот замечательный сервиз. 
 
У нормальных людей по случаю бракосочетания бывает одна свадьба. У нас их было две. После возвращения домой в Кишинев мы получили от родителей, кроме поздравлений, хорошую головомойку за поспешность. (Стыдно людям в глаза смотреть!) И родители устроили большую свадьбу для родственников, друзей и знакомых. Для свадьбы мне сшили красивое белое платье.
Я не помню, в каком платье я была на первой свадьбе. Да и вообще, какое это имело значение? Главное, как нам тогда было хорошо!
Вторую свадьбу я совсем не помню. Было много гостей. Мы очень устали. И никакой радости. Просто уважили родственников и друзей.
Впоследствии мы с Юрой отмечали очередную годовщину нашей свадьбы только в тот день, когда состоялась наша первая свадьба.
Родственники и друзья подарили нам много различных вещей, нужных в хозяйстве, и не очень, но я не запомнила ничего. А чайным сервизом, подаренным тетей Таней, я всегда пользовалась с радостью.
Уже давно нет в живых тети Тани и ее мужа дяди Бори. Да и моего мужа тоже. Остался только молочник. Я каждый день беру его в руки и вспоминаю...
 
Есть у меня красивая ваза для фруктов или печенья в форме виноградного листа. Дело было так.
Мы собирались ехать из Москвы, где тогда жили, к родителям в Кишинев, чтобы провести там отпуск, повидаться с родственниками, школьными и институтскими друзьями.
Мы не были в Кишиневе уже три года. Естественно, надо было выбрать и купить большое количество подарков. Это была длительная и хлопотная работа. Хотелось порадовать многих. Сейчас принято давать вместо подарков конверт с деньгами. А тогда... просто бы обиделись на тебя. Кроме того, подарок, который близкий человек с любовью и знанием твоих желаний выбирает, более ценен, чем купюры.
 
В Кишиневе жила моя школьная подруга Милочка, с которой я училась и дружила пять лет. После окончания школы наши пути разошлись. Разные институты, появились новые знакомые, интересы. Встречи стали редкими, но всегда теплыми. А потом брак, работа, дети, переезд в Москву. Иногда писали письма, посылали поздравительные телеграммы к семейным торжествам и эпизодические встречи в Кишиневе или в Москве.
Я хорошо знала родителей Милочки, особенно тепло относилась к ее маме, тете Жене. Она всегда нас, Милиных подруг, привечала и ласково уговаривала:
- Девочки, вы такие худенькие. Поешьте вот это...
И далее следовали вареники, пирожки, жаркое и т.д. Мы тогда еще не думали о диете и не считали калорий. Долго нас не надо было уговаривать. 
Особенно мне нравились голубцы, в которых фарш завернут в виноградные листья. Я таких больше никогда не ела.
Поэтому, когда в поисках подарков я увидела в комиссионном магазине эту вазу, сразу решила, что она - достойный сувенир для тети Жени.
Конечно, я относилась с любовью к тете Жене не из гастрономических побуждений. Мне нравилась сама атмосфера в их доме. Родители Милочки не были верующими, но соблюдали еврейские традиции: они постились в судный день, во время Песаха ели только мацу, которую, кажется, тетя Женя пекла, накрывали праздничный стол на Рош а-шана. У меня была ассимилированная семья, где еврейские праздники не отмечались. Только через много лет...
А еще у них был патефон и много пластинок с песнями на идише в исполнении Сиди Таль, Нехамы Лившиц, Александровича. Тетя Женя знала эти песни и часто подпевала во время их исполнения или просто напевала, занимаясь домашней работой. А я с удовольствием слушала ее теплый голос и эти замечательные мелодии.
 
Приближался день отъезда. Вдруг звонок из Кишинева. Мама просила купить в Москве какие-то лекарства. А потом сказала:
- Галочка! У Милы - большое горе. У нее скоропостижно скончалась мать. Вчера я была на ее похоронах. Пошли Миле телеграмму.
Я оставила вазу дома...
Она вызывает у меня грустные эмоции и воспоминания, как тетя Женя угощала нас, пела замечательные песни на идише, сочувствовала при неудачах и радовалась вместе с нами после хорошо сданного экзамена или примирения с другом. Ей можно было рассказать о многом. Всегда терпеливо выслушивала и давала ненавязчивый совет. Она была светлым человеком. Как странно говорить о ней в прошедшем времени.
 
О многом могут поведать старые вещи. Особенно, если хочется их слышать.                  
  “Секрет”