КОСМОПОЛИТУПРАВЛЕНИЕ

Факты. События. Комментарии
№38 (544)

Даже когда хочется плакать – смейтесь. Смейтесь без причины. Смейтесь просто в кредит. Смех, наверное, единственное, что пока не поддается дрессировке. Ибо если вы можете смеяться над собой, значит, у вас всегда будет над чем посмеяться. Смейтесь, как Карел Чапек: «За всю неделю ни одной мировой катастрофы! Для чего же я покупаю газеты?». Но лучше все же давать повод к смеху, чем к насмешкам. В конце концов, искусство смеха сродни врачебному искусству. Если б была на то моя воля, то на надгробье Юрия Андропова я написал бы в качестве эпитафии: «В моей смерти прошу винить Славу КПСС». На могиле Махмуда Ахмадинеджада просятся другие слова: «От великого до смешного один шарж».
А что написать на памятнике Орианы Фаллачи? Кто помнит сейчас, как приходила она к советским евреям, застрявшим в Италии в ожидании визы в США? Словно чувствовала, что и сама станет изгнанницей на исходе жизни. Многие ли знают, что последние годы она провела в Нью-Йорке? Италия, которую она прославила своими романами и страстными публицистическими статьями, по сути, от нее отказалась. После выхода в свет книги “Ярость и гордость”, в которой Фаллачи предсказала гибель Европы в волнах «зеленой ненависти», либералы обвинили ее в «исламофобии». А опубликованная в 2002 году статья “Об антисемитизме”, где она показала опасность, исходящую от все более крепнущего союза между европейскими леваками и мусульманами, и вовсе вызвала бурю негодования. На Фаллачи, уже тогда страдавшую от рака, завели уголовное дело якобы за оскорбление мусульман, и она вынуждена была покинуть родину.
Она всегда была бойцом. И в годы войны, когда ушла в партизаны. И потом, когда, работая военным корреспондентом, прошла практически через все горячие точки - Вьетнам и Мексику, Индию с Пакистаном, Ближний Восток, Южную Америку. В 1968 году, незадолго до Олимпийских игр в Мексике, попала в переделку в Тлателолко, где получила три пулевых ранения. Очнулась в морге, и, чудом выжив, не бросила свое опасное занятие. Ее интервью с аятоллой Рухоллой Хомейни и Ясером Арафатом, Муамаром Каддафи и Ден Сяо Пином, которые проклинали тот час, когда решились отдать себя в руки этому беспристрастному судье, - образец журналистики. Как и интервью с Генри Киссинджером и Мухаммедом Али, Голдой Меир и Лехом Валенсой, Федерико Феллини и Индирой Ганди, Уолтером Кронкайтом и Беназир Бхутто.
Если б не было таких, как Фаллачи, бездарность на их фоне выглядела бы вполне привлекательно. Потому что главный талант бездарности - умение окружить себя еще большей бездарностью.
Вы готовы назвать хоть одного европейского политика, которого можно было бы поставить вровень со всеми критикуемым нынче Джорджем Бушем? Скажем, того же Жак Ширака. То-то и оно. Вся международная политика сегодня держится на честном слове. Из трех букв. Буш. А французский президент в лучшем случае – один из начальников всеевропейского главка по имени космополитуправление. Когда его оскорбляют во всеуслышание, он извиняется на ухо. Перед отъездом на 61-ю сессию Генеральной ассамблеи ООН Ширак дал пространное интервью радиостанции “Европа 1”, в котором коснулся религиозной темы. Главный тезис – не путать хороший ислам с радикальным исламом.
По существу это был камень, брошенный в огород Папы Римского Бенедикта XVI, имевшего неосторожность процитировать жившего в XIV веке византийского императора Мануила II Палеолога: “Покажите мне, что нового принес Мухаммед, и вы найдете злые и бесчеловечные вещи, такие, как приказы мечом нести веру, которую он проповедовал”. Мусульманский мир, понятно, встал на дыбы. Король Марокко Мухаммед VI даже отозвал своего посла из Ватикана. И папа, который, выступая с богословской лекцией в университете Регенсбурга, на самом деле призывал “к честному и открытому диалогу” между христианами и мусульманами, вынужден был извиняться. Он действительно погорячился. Цитировать надо было не Палеолога, а халифа Али, больше известного, как халиф Омар, который коротко и вполне конкретно сформулировал суть ислама: «Если в этих книгах говорится то же, что в Коране, они не нужны, а если другое - вредны». Факельные шествия с сожжением свитков Торы и старинных манускриптов – его изобретение. Гитлер, с юности усвоивший, что твердая копия - самая твердая в мире, лишь повторил учителя.
Слова, по меткому выражению Бертольта Брехта, имеют свою душу. Это оружие, и заимствовать его из чужого арсенала крайне опасно. Особенно в политике. Но Слово сначала заменили словоблудием, а потом лжесвидетельством.
Чем обогатили в последнее время наш лексикон мусульмане? Первое, что приходит в голову, – интифада, джихад, шахид... Они схожи с такими понятиями, как нацист, концлагерь, репрессии. Но их лишили эмоциональной окраски и произносят чуть ли не как халва или сахар. Большой знаток лексики и грамматики аятолла Али Хаменеи объясняет, что джихад означает «борьбу народов против держав, желающих поработить человека». Его не слушать надо, а залить рот горящей смолой, как это всегда делали неграмотные муллы с противниками режима.
Ориана Фаллачи умела срывать с них маски, поэтому они ее ненавидели и боялись, как огня. А что нынешние корифеи журналистики? Превратили средства массовой информации в трибуну для вражеской пропаганды. Накануне отъезда на сессию Генеральной ассамблеи ООН Махмуд Ахмадинеджад дал интервью еженедельнику The Time, в котором коснулся вопросов иранской ядерной программы, американской политики, отношения к Холокосту и ситуации на Ближнем Востоке. Так, для решения арабо-израильского конфликта достаточно «дать вернуться домой пяти миллионам палестинских беженцев, после чего устроить референдум с евреями о пути руководства страной». На вопрос, почему Иран не соглашается приостановить обогащение урана, Ахмадинеджад ответил: «А что такое – мир? Соединенные Штаты? Вашингтон - далеко не весь мир, а Европа не составляет и одной двадцатой мира”.
В общем, старая песня. Если что и сказал нового Махмуд, то это готовность Исламской республики заменить Соединенные Штаты в качестве лидера свободного мира: «Иран – естественный мировой лидер. Наша идеология основывается на законе и справедливости, и мы могли бы вести мир за собой лучше, чем это делают США». Чего добились журналисты The Time? Лишний раз подтвердили, что слово - не воробей, вылетит - заклюет. Муллы сегодня ведут себя так, словно Небо - их полная собственность, а все остальные его просто арендуют.
Нет, Бенедикт XVI не случайно вспомнил Палеолога, с ужасом говорившего о «кровавых границах» ислама. За прошедшие столетия ничего не изменилось. Кровавые границы ислама повсюду – в Африке, Индии, на Ближнем Востоке, в России и даже в единой Европе, где они теперь проходят по жилым кварталам.
Именно об этом писала Ориана Фаллачи, но никогда не скажет вслух Жак Ширак. Ложь стала правилом хорошего тона. Она растет лавинообразно. Сначала появляется миф об Аль-Бураке - необыкновенном коне пророка Мухаммеда, вознесшемся на небеса из Иерусалима. Придумал его военный преступник иерусалимский муфтий Аль Хуссейни, которому, наверное, Аль-Бурак и сообщил о своем вознесении. Вернее, придумали англичане, посоветовавшие муфтию рассказывать эту сказку богатым мусульманам Индии, у которых он собирал деньги на ремонт мечети Аль-Акса. А англичане, как известно, просто так ничего не делают. Они хотели, чтобы арабы объявили Иерусалим святым для мусульман городом. И в принципе добились своего. А потом появился и палестинский народ.
В британскую душу не залезть. Но, похоже, ложь у англичан в крови. Вспомним хотя бы Маргарет Тэтчер: «Не следует беззастенчиво лгать, но иногда необходима уклончивость». Вместе с Каиновой печатью на теле бывших колоний прижилась и введенная Великобританией «сыворотка лжи». Сегодня бывшие колонии и примкнувшие к ним страны-изгои вроде Ирана объединились в так называемое «Движение неприсоединения». А это 118 государств. На прошлой неделе они провели в Гаване очередной саммит, на котором единогласно осудили... нападение Израиля на Ливан. Ложь давно стала неотъемлемой частью большой политики. А одна ложь ведет за собой другую.
Отсюда и пренебрежительное: «Политик? Значит, лгун».
Самое грустное, что колонну лжецов возглавляет ООН. Эту давно умершую структуру постоянно сотрясают скандалы. На очередном заседании Комиссии по разоружению в Женеве, куда съехались представители 65 стран, выступил сириец Хусейн Али. Его меньше всего интересовала повестка дня. Душило нечто совсем иное. «Израиль – государство убийц, - бросил он в лицо Меиру Ицхаки. - Если бы нацистский режим существовал сейчас, он бы был бледной тенью Израиля».
Погасить этот провокационный выпад не удалось. Сирийский дипломат отказался вычеркнуть свои слова из протокола. Меир Ицхаки демонстративно покинул заседание в знак процесса. Его примеру последовали представители США, Франции, Великобритании, Германии и других стран Европейского союза. Остались дипломаты арабских государств и стран третьего мира. Во главе с Китаем и Россией. Большевистская изжога неизлечима.
Запад получил еще одну пощечину и, как всегда, молча утерся. Израилю бы давно пора понять, что на подобного рода мероприятия надо отправлять боксеров-тяжеловесов: там нужны не мозги, а кулаки.
Еще один скандал спровоцировало Международное агентство по атомной энергии. Созданный в Конгрессе комитет по иранской ядерной программе подготовил доклад, который МАГАТЭ, не видя в глаза, назвала “лживым” и “вводящим в заблуждение”. Только потому, что один из инспекторов Крис Шарлье сообщил, что Иран сумел обогатить уран до уровня, позволяющего производить ядерное оружие. За это его, по требованию Тегерана, убрали из страны. А более сговорчивые инспекторы отметили в справке, что иранцы хоть и обогащают уран, но в небольших количествах и до оружейного уровня. Вместе с тем иранская оппозиция бьет тревогу. Али Реза Джафарзаде из Национального совета иранского сопротивления утверждает, что Исламская Республика начала лазерную обработку урана на военно-промышленном комплексе в Лашкар-Абаде, расположенном в 25 километрах к северо-западу от Тегерана. Лазерная очистка гораздо эффективнее газовых центрифуг, ибо позволяет получить высокообогащенный уран с содержанием изотопа урана-235 до 90%. Этого достаточно для производства ядерного оружия.
Европейцы определили свою позицию в отношении Ирана. Зачем воевать? Нужно учиться уметь проигрывать. И постепенно приучать к этой мысли своих врагов. Комиссар Евросоюза по внешней политике и безопасности Хавьер Солана усиленно обхаживает Кондолизу Райс, пытаясь убедить ее отказаться от самой мысли о санкциях. Экономические интересы слишком многих стран мира завязаны на Иране, и они даже слышать ничего не хотят о санкциях, не говоря уж о каких-либо более серьезных мерах.
Что вы хотите, если балом правит космополитуправление. Нам остается только смеяться.