ПЛАН ТЕОДОРА КОНВЕЯ, или почему не состоялась первая американо-израильская война

В мире
№17 (575)

История повторяется не дважды, а трижды: один раз - в виде трагедии, второй - в виде комедии и третий - в виде фарса. 36-й президент США Линдон Джонсон, столетие со дня рождения которого будет отмечаться в следующем году, обожал делать подарки своим сотрудникам и посетителям. В основном он почему-то дарил зубные электрощетки. Биограф Джонсона Роберт Даллек, которому приписывают авторство вышедших в 1971 году мемуаров “С точки зрения президента” (“The Vantage Point: Perspectives of the Presidency, 1963-1969”), за 10 лет получил от своего патрона аж 12 таких щеток.
Но, конечно же, вовсе не этим прославился Джонсон, которого называют великаном с сердцем лилипута. Он узаконил “позор Америки”, начав Вьетнамскую войну. Не дал Фиделю Кастро прибрать к рукам Доминиканскую республику. Но не пришел на помощь Праге, раздавленной гусеницами советских танков. Когда полыхнул Ближний Восток, где Израиль вопреки Америке решил проблему за 6 дней, его тоже раздирали противоречия. Джонсона оклеветали, сделав большим другом Израиля. Но в логическую схему большой политики военный успех еврейского государства никак не вписывался. Израиль должны были задушить еще в колыбели, в 1948 году, но каким-то чудом устоял, а 19 лет спустя заявил о себе как региональная сверхдержава, что, естественно, не пришлось по нраву сильным мира сего, привыкшим непосредственно управлять процессом и ничего не упускать из-под своего контроля. 
По мере того как раскрываются архивы, мы становимся свидетелями политического фарса, который вполне мог стать и трагедией. Кто бы мог подумать, что накануне Шестидневной войны Вашингтон был готов нанести удар... по Израилю. Пентагон подготовил секретный план, разработкой которого занимались военные эксперты под руководством Теодора Конвея. Этот план, как сообщает израильская газета “Гаарец”, был обнаружен в Вашингтонском институте оборонного анализа. Он совершенно случайно попал в поле зрения сотрудника института Лео Вайнштейна, который в феврале 1968 года подготовил аналитичесую справку под названием “Критический инцидент № 14”. Все ее 30 копий были тут же засекречены.
План операции был аннулирован только в 1971 году, когда созданный специально для вторжения в Израиль экспедиционный корпус был переименован в армейскую группировку Readiness Command, которую уже при президенте Роналде Рейгане преобразовали в Центральное управление, отдельно выделив Штаб планирования спецопераций. Именно тогда Пентагон решил сменить наступательную концепцию на оборонительную. Но сама по себе эта военная структура существует и сегодня, объединяя американские вооруженные силы на Ближнем Востоке и в Афганистане.
Этот же план был положен и в основу ближневосточной политики Генри Киссинджера. Он сводился к тому, чтобы не дать возможность арабским странам уничтожить Израиль и в то же время не позволить еврейскому государству воспользоваться плодами своих побед и расширить территории. Под давлением Вашингтона Израиль, окруживший Третью египетскую армию во время войны Судного дня, вынужден был оставить Эль-Ариш, первый раз захваченный еще в 1949 году. Таким образом, политику Соединенных Штатов определял не президент, а генерал Конвей.
«Мы должны продемонстрировать полный нейтралитет, - писал он в служебной записке, - исходя прежде всего из состояния американо-советских отношений, а не из локальных проблем. Лучше всего взять на себя миротворческую миссию, настаивая на территориальной целостности всех втянутых в конфликт стран».
Стремительное израильское наступление, начавшееся 6 июня 1967 года, застало Америку врасплох. Аналитики командования объединенных штабов направили министру обороны Роберту Макнамаре секретный меморандум №325-67 с предложением воздержаться от военного вмешательства. Белый дом перевел военно-политические баталии в дипломатическое русло, открыв дискуссию в Совете Безопасности ООН, которая связала руки и Советскому Союзу. Теперь уже никто не думал об уничтожении Израиля. Исчез и страх, что сокрушительное поражение арабов закончится военным вмешательством СССР. Свой 51-й день рождения Макнамара отмечал, когда израильские солдаты уже разгуливали по освобожденному Иерусалиму. Вашингтону лишь оставалось «ограничить израильский успех до разумных пределов».
Израиль спас лицо Америки, поскольку его фантастическую победу записали на счет Линдона Джонсона. Он оценил этот подарок, наладив стратегическое сотрудничество с еврейским государством, впервые провозгласив, что отныне ближневосточная концепция Соединенных Штатов будет строиться на обеспечении военно-технологического превосходства Израиля над его арабскими соседями. Но вьетнамский синдром довлел над ним до последних дней, потому что именно Джонсон объявил за 5 дней до президентских выборов 30 октября 1968 года о начале мирных переговоров с Северным Вьетнамом. А уже на следующий год начался вывод американских войск. Он умер в январе 1973 года, лишь немного не дожив до войны Судного дня и позорного бегства из Южного Вьетнама.
Его грандиозная программа, направленная на создание “Великого общества” социального процветания и соблюдения гражданских прав, о которой он объявил в 1964 году, тоже потерпела крах. Хотя он, безусловно, был реформатором.  При нем появилась система медицинского страхования Medicare, был принят закон об избирательных правах (Voting Rights Act). Но чем больше отпускал Джонсон “вожжи”, тем острее становились социальные и расовые конфликты, росло пацифистское движение, сталкивавшее страну в пучину анархии. Эпогеем стало убийство Мартина Лютера Кинга. 4 апреля 1968 года окончательно похоронило его как президента. В 125 городах Соединенных Штатов вспыхнули расовые волнения, которые до основания потрясли все устои американского общества.
В Америке Джонсона не жалуют. В списках самых популярных президентов он постоянно числится в хвосте. Ибо, по сути, расчистил дорогу во власть таким одиозным фигурам, как Джимми Картер, Джеймс Бейкер, десяткам, если не сотням беспринципных сенаторов и конгрессменов. По иронии случая кризис власти наступил при Джералде Форде, завершившем бесславную вьетнамскую эпопею. Ему с большим трудом удалось подавить “бунт” Конгресса, посягавшего на права президента определять внешнюю политику страны. Уотергейт, помноженный на арабский нефтяной шантаж, экономические сбои и усилившуюся советскую экспансию, не прошел даром. Отголоски слышны и сегодня.
Война с терроризмом, о которой торжественно объявил Джордж Буш, благодаря усилиям политиков тоже, похоже, становится достоянием истории. Начавшись с трагедии 11 сентября 2001 года, она превратилась сначала в комедию, а затем в фарс. Впрочем, не исключено, что история вовсе и не повторяется - просто сами историки повторяют друг друга. Вслед за политиками. Лидер демократического большинства в Сенате Гарри Рид заявил трагическим голосом, что война в Ираке “проиграна” и выход из тупика надо срочно искать политико-дипломатическими средствами. Такой “приговор” он вынес после встречи с президентом, который пригласил спикеров и председателей комитетов и подкомитетов обеих палат, чтобы убедить их не замораживать выделение 100 миллиардов долларов на военные нужды в Ираке и Афганистане.
«Война проиграна, - сказал Рид, -  и никакое усиление войск ничего не изменит. Джонсон тоже направлял во Вьетнам все больше солдат, хотя и понимал, что выиграть войну невозможно. Зачем же опять повторять ту же ошибку?». Вьетнамский синдром, как видим, все еще не прошел. Джордж Буш ответил, на мой взгляд, достойно. Выступая перед школьниками в Огайо, он сказал: «Если уж проводить параллели, то хочу напомнить, что в год ухода американских войск из Южного Вьетнама в Кампучии установился режим “красных кхмеров”, жертвами которого стали миллионы людей. Ирак может повторить ту же участь, если мы оставим страну врагу. Но Ираком не ограничится. Они зальют кровью весь Ближний Восток. И придут вслед за нами сюда».
И ведь действительно придут. История пишется победителями. В крайнем случае, выжившими. Мертвым уже все равно. Директор Вашингтонского института ближневосточных исследований Роберт Сатлоф считает, что следующий год станет переломным не только для Ближнего Востока, но и для всего мира. «Честные политики обязаны задавать себе вопросы, которые сегодня волнуют большинство людей. Может ли сложившаяся в годы “холодной войны” политика сдерживания обеспечить безопасность? Как вести себя в совершенно новых условиях, когда больше нет сдерживающих факторов? Как выжить, если под угрозой находится не только Израиль, но и Соединенные Штаты, Европа, весь свободный мир? Любой политик, уклоняющийся от ответов на эти вопросы или предлагающий умершую еще сто лет назад концепцию “непротивления злу”, просто демагог». 
Но что делать, если мы имеем тех политиков, которых имеем? Других нет. Готовы ли они проявить волю и решительность? «Президент Буш, как и многие  другие политики, часто повторяет, что совершенно недопустимо, чтобы у Ирана появилось атомное оружие, - говорит Роберт Сатлоф. - А что понимать под словом “недопустимо”? Отсутствие медицинской страховки для детей тоже недопустимо, но сколько детей вынуждены жить без нее? Скажу честно, я не уверен, что Джордж Буш или кто-либо другой возьмет на себя  ответственность не позволить Ирану стать ядерной державой. Это может сделать только Израиль, которому терять нечего». 
Похоже, Роберт Сатлоф прав. «История учит, что все, без исключения, народы брались за ум лишь после того, как испробовали остальные, как правило, ошибочные варианты», - говорил Абба Эбан -  израильский министр иностранных дел времен Шестидневной войны. Только вот повторение прошлого — не лучший способ усвоения уроков истории.


Комментарии (Всего: 1)

Замечательная статья

Редактировать комментарий

Ваше имя: Тема: Комментарий: *