Нью-Йорк + Клейн + Париж

Досуг
№17 (575)

14 мая в Международном центре фотографии (ICP) фотографу, живописцу и постановщику фильмов, одному из наиболее противоречивых и влиятельных художников XX столетия Уильяму Клейну будет вручена премия 2007 года «За достижения всей жизни». Эта престижная награда присуждена Мастеру накануне его 80-летия.
Приветствуя выдающегося художника, Howard Greenberg Gallery предлагает вниманию ньюйоркцев ретроспективную выставку его работ от самых ранних, составивших первую книгу «Жизнь хороша и хороша для тебя в Нью-Йорке» (1956), до последнего портфолио, опубликованного в марте 2007 года в Harper’s Bazaar.
Где бы и что бы ни снимал Уильям Клейн, его фотографии имеют примечательную особенность – они хорошо узнаваемы. Они выглядят грубыми благодаря высокой контрастности, перекошенности кадра, зернистости изображения и порой выпадающему из плоскости снимка переднему плану.
Клейн исходит из того, что в творчестве нет правил и поэтому можно все. Он создал свой особый стиль, наполненный энергией и динамизмом, придающий изображаемой сцене эффект спонтанности. «Фотографии Клейна были, возможно, самыми несравненными в свое время, - пишет историк фотографии Джон Жарковски. -  Они были самыми смелыми и как бы морально испорченными – наиболее отдаленные от принятых стандартов формального качества. Его фотографии не очень нравились, когда они появились. И я не уверен, что они нравятся теперь. Они по-прежнему взрывают своей графической силой и визуальной чувственностью. Они, действительно, показывают жизнь как она есть...».
Уильям Клейн родился в 1928 году на окраине Гарлема в семье владельца магазина одежды, вскоре разорившегося во время Депрессии. Одним из ближайших школьных друзей Клейна был Джек Кроль, будущий театральный и кинокритик Newsweek. Они оба происходили из семей бедных еврейских эмигрантов и оба были одаренными детьми.
«Нашим вторым домом был МоМа, - вспоминает Кроль. - Мы там будто погружались во все – не только в живопись, но и в дизайн фотографии и кино. Это было центром нашей жизни. Мы были двадцатилетними маньяками, постоянно рассуждая о Гриффити и дадамистах, Фритце Ланге и Ле Корбюзье. Это было замечательно! Мы приближались к миру искусства невинно, но это было для нас поистине важно».
В 14 с половиной лет – на три года раньше – Клейн оканчивает школу и поступает в City College of New York, где изучает социологию. В 1945 году он бросает колледж и на два года отправляется служить в армию США, сначала в послевоенной Германии, а потом в Париж (из которых год был посвящен учебе в Сорбонне). Он был карикатуристом в армейской газете. В его неустроенной юности это было выходом, давшим неожиданный поворот судьбы.
После службы в армии Клейн навсегда обосновывается в Париже.  До того, как Клейн увлекся фотографией, он короткое время обучался у Фернана Леже, занимался абстрактной геометрической живописью и графическим дизайном. Его привлекали фотографии Ман Рея, экспериментировавшего в разных техниках, а также авангардистские работы Макса Билла, баухаузского художника, архитектора и фотографа.
Ранние фотографии Клейна, абстрактные и экспрессивные, понравились Александру Либерману, известному художественному директору Vogue, который пригласил его вернуться в Нью-Йорк, чтобы работать над специальными проектами для журнала. Для своего первого проекта Клейн предложил фотографический «дневник того, что чувствуешь, вернувшись домой». Либерман убедил дирекцию Vogue финансировать проект, создав Клейну условия, о которых можно было лишь мечтать: зарплата, неограниченное количество пленки и ее обработка, свобода выбора и формы представления объектов съемки.
Восемь месяцев Клейн бродил по улицам Нью-Йорка, делая снимки такие же смелые и динамичные, как сам город. В фотографии, как и в живописи, и графике, он остается верен себе. Клейн отвергает романтизм в искусстве, бунтует против сознательного, элегантного и красивого. Его фотографии – какие-то залихватские, размытые, крупнозернистяые, искаженные, снятые с близкого расстояния, запечатлели агрессивное и кинетическое качество жизни большого города. «... Все, кому я показывал фотографии, - рассказывает Уильям Клейн, - говорили: «Ох, это не Нью-Йорк, - слишком односторонние». Они говорили: «Это не фотография, это дерьмо!..» Неудивительно, что Vogue не опубликовал ни одну фотографию Клейна. Вместе с тем Либерман, признавая талант Клейна, предложил ему контракт на фотографию моды. Не найдя издателя в Америке, свою книгу «Жизнь хороша и хороша для тебя в Нью-Йорке», передающую хаос и урбанистическое безумие города, Клейн издает в собственном дизайнерском оформлении в Париже. Затем она была издана в Италии и Англии. За эту книгу он получил премию Надара, широкий отклик в прессе и известность в Европе. Пройдут годы, Клейн опубликует еще много книг, но эта, первая, посвященная Нью-Йорку, останется вершиной его творчества.
На волне европейского признания Клейна приглашает для участия в своем фильме Фредерико Феллини. Когда же фильм был отложен, Клейн использовал время для создания фотографий, составивших вторую книгу «Рим» (1958). Затем в 1959-61 годы он фотографирует в Москве и 1961-м – в Токио.
Все эти годы Клейн продолжал сотрудничать с Vogue, делая фотографию моды, что давало ему финансовую возможность заниматься своими личными проектами. В 1958 году он сделал «Бродвей под светом» - вероятно, первый фильм о поп-арте. Это стало началом его карьеры в кино, которая продолжается и по сей день. Примерно за десять лет Клейн оставляет фотографию во имя кино. Им сняты такие фильмы, как «Великий Мухамед Али» (1964-74), «Вдали от Вьетнама» (1967), «Мистер Свобода» (1968), «История маленького Ричарда» (1980), «Во и вне моды» (1993) и другие. Свой последний фильм «Мессия» Клейн сделал в 2000 году.
В 80-е годы он одновременно с работой в кино вновь обращается к фотографии. С того времени им изданы книги: «Крупный план» (1989), «Турин-90» (1990), «В и вне моды» (1994), «Нью-Йорк 1954-55» (1995, переработанное издание 1956 года), «Фильмы» (1999), «Париж + Клейн» (2002).
На ретроспективе Уильяма Клейна в Howard Greenberg Gallery зритель увидит много фотографий, снятых на улицах Нью-Йорка в 1954-56 годы, московские, парижские, римские и токийские снимки 50 - 90-х годов. Вы становитесь свидетелем повседневной многоликой жизни города, запечатленной слегка ироничным, немного отстраненным, но, несомненно, пылким взглядом Клейна.
Особое место в экспозиции занимают работы, выполненные в смешанной технике, где Клейн, используя старые отпечатки, добавляя к ним какие-то фрагменты близких по содержанию кадров, ранее отброшенных, обрамляет их рваными, размашистыми мазками красной, синей краски, придавая хорошо известной фотографии новую изобразительность. Любопытный эксперимент. Некая реминисценция его первых лет живописной карьеры, ученичества у Леже. Конечно, на выставке показаны и фотографии моды, которую Клейн преобразовал, выведя модель из студии на улицу, придав ей экспрессивность.
Возможно, многим фотографии Уильяма Клейна могут показаться грубыми, хаотичными. Но ведь реальность зачастую так и выглядит.