Партийно-правительственный “гражданский брак”

Земля обетованная
№42 (548)

Одним из предвыборных лозунгов прошлой избирательной кампании, а ныне - условий вхождения партии «Наш дом - Израиль» (НДИ) в правящую коалицию было и осталось требование учредить в современном еврейском государстве институт гражданских браков.
Имеет, наверное, смысл сделать небольшое отступление и напомнить, что в Израиле гражданину, не являющемуся сыном или дочерью еврейки, в заключении религиозного брака бесповоротно отказано. Иной вид регистрации семейного союза все последние 5767 лет общей и 58 лет новейшей израильской истории считается богохульным, безнравственным и недействительным. Цивилизованная пора в этом смысле для еврейской страны не пришла. Израильтянин или израильтянка, не являющиеся евреями по Галахе, но живущие вместе и имеющие общих детей, законными супругами не считаются. Трудиться на благо страны, платить налоги, служить в армии, даже погибнуть за родину - пожалуйста, а называться мужем или женой - ни за что!
Причем такая издевательская «справедливость» действительна только в отношении евреев по отцу и евреев, решивших связать свою судьбу с «недоевреями» или представителями других национальностей. В Израиле вообще предпочитает бить своих, так как соплеменники не дают чинушам и клерикалам cдачи. А вот арабы-мусульмане и арабы-христиане, разумеется, плевать хотели на раввинатские запреты с высоты минаретов и церковных маковок. Их семейные союзы освящают муллы и святые отцы, и МВД Израиля послушно и безропотно регистрирует эти браки как абсолютно законные.
Упомянутым же выше израильским «брачным отказникам» приходится отправляться в Прагу, Софию, Никосию или столицы других стран, где регистрируются браки иностранцев. С чешскими, болгарскими или кипрскими свидетельствами о браке израильские граждане возвращаются в родную страну и ставят местные органы в известность о заключенном за границей союзе. Главное, что дает такое оформление, - их детей не будут считать рожденными вне брака, то есть незаконными, «мамзерами».
Почти полвека прожил Израиль, не замечая слез этой, не очень многочисленной, категории своих граждан. Все изменилось с массовой репатриацией 90-х годов прошлого века. Из бывшего СССР хлынул людской поток, где смешанной была каждая третья семья. Когда пришла пора женить и выдавать замуж детей отцов-евреев и матерей-неевреек, уродливость ситуации стала вопиющей. Без малого тридцать процентов молодых репатриантов - военнослужащих и студентов, дипломированных специалистов и квалифицированных рабочих - оказались вне закона о браке. Большинство молодых людей и их родители посчитали такое положение оскорбительным, о чем и заявили политическим деятелям, добивавшимся их поддержки. Так был поднят ввысь лозунг о гражданских браках, за древко которого успели подержаться и партия «Исраэль ба-алия» Натана Щаранского, и МЕРЕЦ Сарида-Бейлина, и «Авода» времен Барака, и «Шинуй» Томи Лапида, и унаследованная Ольмертом от Шарона «Кадима».
Однако как только заканчивались выборы, партии и их лидеры легко отказывались от данных ими обещаний и выбрасывали успешный девиз на политическую помойку. Да ведь никто из перечисленных лидеров и не собирался ссориться со всемогущей кликой ультрарелигиозных партий из-за каких-то там «гойских» браков! Наглое использование и заведомый обман репатриантов в Израиле считаются чуть ли ни доблестью на любом уровне - от бакалейной лавки и бюро на найму рабочей силы до Кнессета и правительства.
Исключение составила одна лишь партия - «Наш дом - Израиль», руководимая Авигдором Либерманом и на своей «русскости» особо не настаивавшая. Эвик, многие называют его этим «доотъездным» уменьшительным именем, человек очень последовательный, если не сказать упрямый. К тому же у него свой кодекс чести, разительно отличающийся от набора «эластичных принципов» коренных израильских политиков и их русскоязычных ставленников. Либерман, проживший фактически всю сознательную жизнь в Израиле и никогда не спекулировавший своим советским происхождением, не навязывавшийся в «дорогие земляки» репатриантам конца прошлого - начала нынешнего веков, твердо пообещал поддержавшим его партию «русским» избирателям, что будет бороться за гражданские браки.
По итогам последних парламентских выборов «Наш дом - Израиль», ставшая третьей по значимости политической партией (не имеющая партийной структуры «Кадима» - не в счет) и пятой по представительности парламентской фракцией, не вошла в натужную и непрочную коалицию «Кадимы» и «Аводы». Вместе с «Ликудом» НДИ составила костяк оппозиции. При этом Авигдор Либерман продолжал говорить, что открыт для предложений, не противоречащих платформе и целям его партии. И вот они прозвучали...
“Либерман на пути в правительство” - с такими заголовками выходили все центральные израильские газеты второй недели октября 2006 года. Журналисты получили информацию о двухчасовой встрече Ольмерта и Либермана, на которой велись переговоры о возможном вхождении НДИ в коалицию после возвращения премьер-министра из Москвы. Газеты особо подчеркивали, что встреча была инициирована Ольмертом и проходила в его канцелярии.
Это известие всколыхнуло буквально всю страну. Имя Либермана и его деятельность вызывают у израильтян смешанные чувства.
Для одних - это надежда на «сильную руку», вера в неуступчивого, лишенного либеральных сантиментов патриота. То есть некая реинкарнация харизматического лидера, по которому с начала идеологических метаний Шарона и окончательного его ухода в политическое небытие так истосковался Израиль. В частности, для «русских» репатриантов 70-90-х - это долгожданное возвращение «нашего парня», самостоятельного политика, не скованного никакими долгами и обязательствами ни с местными левыми или правыми, ни с американскими ортодоксальными евреями, ни с европейскими «миролюбцами», как это было с Натаном Щаранским или Романом Бронфманом.
Для других приход Либермана - самое страшное, что может вообще произойти со страной. Во-первых, ему не хотят простить того, что он родился в Кишиневе, а не, скажем, в Сдероте. Во-вторых, раздражает его прямота, граничащая с вызовом, и та нескрываемая еврейская национальная горделивость, здоровый национализм, которого в Израиле стали стесняться после рукопожатий в Осло, позирования на лужайке у Белого Дома, плевков и слез в Гуш-Катифе. В-третьих, они боятся его памятливости: Либерман вряд ли простит что-нибудь коррумпированным держимордам, продажным юристам, заказным писакам, старавшимся напугать общество «русским хулиганом». В четвертых, вызывает раздражение его политический опыт, образованность, теле- и фотогеничность, наконец.
Но главная тревога одних и надежда других - это перечень условий вхождения в коалицию, который предъявил Авигдор Либерман Эхуду Ольмерту.
Всего их пять: смена государственного строя (с парламентской на президентскую республику); отказ от какого-то бы то ни было продолжения программы свертывания еврейских поселений; сохранение ряда еврейских форпостов; создание государственной комиссии по расследованию ведения войны в Ливане; принятие закона о гражданских браках.
Из пяти условий, выдвинутых Либерманом, одно уже выполнено (программа конвергенции заморожена надолго), еще по одному (изменению государственного устройства) позиции НДИ и “Кадимы” почти сходятся. По двум пунктам - отказ от эвакуации еврейских форпостов и смена комиссии отставного судьи Винограда государственной следственной комиссией - два лидера также вполне могут договориться.
Как ни странно, но только согласие Ольмерта поставить законопроект о реформировании системы правления на обсуждение Кнессета (как того требует Либерман) может отсрочить неминуемый преждевременный конец каденции действующих парламента и правительства.
От нынешнего премьер-министра потребуется свалить систему, вынесшую его, аутсайдера партийного списка «Ликуда», бывшего руководителя второстепенных министерств, не самого блестящего мэра Иерусалима, на самый пик израильского политического Эвереста.
О необходимости изменении системы Авигдор Либерман говорит давно. Он дает точные характеристики сложившейся ситуации: «результат системной ошибки», «усталость металла». И еще одна расхожая фраза, кочующая в эти дни из газеты в газету о том, что на этот раз идея о строгом разделении исполнительной и законодательной властей и наделении каждого выбранного народом лидера страны большими полномочиями, а также возложении на него большей ответственности упала на хорошо унавоженную почву. Понять это можно и так: не окажись у власти Эхуд Ольмерт, Амир Перец и их министры, не разразись скандал с секретаршами президента Моше Кацава и, самое главное, не потерпи Израиль поражения во Второй ливанской войны, хода проектам Авигдора Либермана не дали бы ни за что.
Все беспристрастные обозреватели и серьезные политологи твердят ныне вместе с Либерманом: общество устало от нестабильности.
За 58 лет существования Государства Израиль в нем сменилось 31 правительство и 17 составов Кнессета - считай, смена власти происходит раз в два года. Но не кабинеты Давида Бен-Гуриона, Голды Меир или Менахема Бегина повлияли на эту пропорцию. Это их бывшие соратники и последователи устроили игру в политическую чехарду. При Бараке, Нетаниягу и особенно при Шароне государственный пост стал разменной монетой, должность в министерстве - формой взаиморасчета. Только за последние 11 лет сменилось семь министров обороны, девять министров финансов, транспорта, строительства, науки и 10 министров иностранных дел. Это значит, что каждый из них продержался на своей должности в среднем год и два месяца. С 1996 года, например, в Министерстве национальной инфраструктуры сменилось 11 министров, каждый из которых продержался на своей должности 11 месяцев. За то же время министрами туризма побывали десять деятелей разных партий, а Министерством образования руководили семеь разных выдвиженцев. Почти анекдотично назначение министрами двух депутатов от партии «Шинуй» - Илана Шальги и Виктора Браиловского. До выхода партии из коалиции оба успели поруководить министерствами ... два дня.
Либерман и его единомышленники говорят не только об отсутствии стабильности и устойчивости, но и о том, что министр в Израиле не способен начать какую-либо долгосрочную программу - как во внутренней, так и во внешней политике. Каждый министр является к тому же еще и депутатом Кнессета, членом парламентской фракции и заложником партийной дисциплины, поэтому ждать от него поступков на пользу всему обществу, а не только родному электорату, просто нет смысла. А если учесть, что министр-профессионал в Израиле почти раритет и каждый очередной высокопоставленный дилетант приводит с собой в министерство ораву полуграмотных активистов своей партии и «идеологически близких» родственников, то можно представить себе, во что превратились руководящие отраслевые ведомства.
Беззастенчивая коррупция, узаконенный протекционизм, засилье бездарей, местечковое отношение к государственным делам и постам надоели всем, поэтому народ Израиля (если в действительности он представлен в Кнессете 17-го созыва) решительно расстанется с существующей системой власти. Три ключевых требования Либермана способны преодолеть сопротивление адептов привычного и порочного образа правления. И уже в ближайшее время все может измениться кардинально.
Лидера страны будут избирать персонально - путем общенародного голосования.
Министров-технократов станет назначать победитель состязания за пост главы государства и правительства.
Парламентариев, получивших министерские портфели, обяжут сложить с себя депутатские полномочия.
Наряду с посланниками партий, за депутатские мандаты будут бороться кандидаты от территориальных округов, беспартийные претенденты, так называемые «одномандатники».
Будет введен жесткий и реальный электоральный барьер, препятствующий заселению Кнессета представителями мелких секторальных партий. Исчезнет та мрачная неодолимая сила, которой обладают, например, религиозные партии, присоединившиеся к коалиции. В Кнессете больше не будет политических шантажистов и вымогателей, способных связать по рукам и ногам коалицию при принятии решений общенационального характера.
А там, глядишь, случится и самое невероятное: в стране, называющей себя «единственной демократией на Ближнем Востоке», будет принята Конституция - основной документ, без которого все россказни о народовластии, равноправии, свободах и диктате закона - типичное левантийское вранье.
Неужели все это возможно и Израиль, наконец-то приобретет черты цивилизованной страны западного типа?!
...Когда-то шутили, что в энциклопедиях XXI века Л.И. Брежнева назовут «политическим деятелем эпохи Аркадия Райкина». В Израиле тоже, может статься, Эхуда Ольмерта назовут главой правительства, при котором была наконец изменена система власти, существовавшая 58 лет. Видимо, на это и рассчитывает тертый партаппаратчик, нынешний премьер-министр, приглашая в правительство автора идеи Авигдора Либермана и готовя ему Министерство стратегических дел и пост первого вице-премьера. Выдуманный Ольмертом и его советниками министр- «верховный стратег» будет, говорят, обладать правом вмешиваться во внутренние и внешние дела, оборонную сферу и епархию государственной безопасности.
Таким образом, НДИ может волей-неволей продлить политическую биографию лидера «Кадимы» и отвести от него угрозу карьерной расплаты за неудачу военной кампании лета 2006 года.
Наблюдатели предполагают, что ради этого Ольмерт согласится расстаться с «Аводой» и сдать министра обороны Амира Переца. Тем более что лидер Партии Труда на нынешнем своем посту сразу стал едва ли не посмешищем, а позор и горе Второй ливанской войны многие склонны возложить именно на него.
Иными словами, неожиданный альянс искушенной дамы с сомнительной репутацией (современной партийно-бюрократической власти и «Кадимы») с ретивым и резким молодым реформатором (Либерманом и НДИ) весьма вероятен.
Такой «гражданский брак», оказывается, возможен. В отличие от тех, с проблемы которых начиналась эта статья.
Именно закон о гражданских браках может стать камнем преткновения на пути Авигдора Либермана в правительство Эхуда Ольмерта. Ведь, согласно коалиционному соглашению, у религиозной партии ШАС есть право наложения вето на все вопросы, связанные с отправлением обрядов и регистрацией актов гражданского состояния. Умный, очень популярный не только среди религиозных сефардов лидер ШАС, министр внутренних дел Эли Ишай уже сделал заявление. По его мнению, Либерман может поступиться своим требованием насчет принятия закона о светских браках ради прохождения остальных пунктов, исключительно важных для всего общества, а не только для «некошерных» репатриантов.
Расчет по-восточному тонкий: на одной чаще весов - общенациональный титул «Авигдор-реформатор», на другой - общинное реноме «Эвик -заступник». Что окажется дороже политику Авигдору Либерману?
Никто не знает, как все повернется в дальнейшем, но недавно Либерман так ответил на выпад политического соперника:
«У Эли Ишая, по всей видимости, серьезные проблемы с ивритом, если он не понял моих слов. Я сказал: «И речи быть не может о том, что мы снимем с повестки дня вопрос о регистрации гражданских браков». Это - одно из наших самых главных требований к нынешнему правительству. Мы считали и считаем, что сотни тысяч новых репатриантов - граждан Израиля, служащих в армии, исправно платящих налоги, работающих на благо родины, должны обладать правом создания семьи в своей собственной стране».
... Что же касается реализации задуманных реформ и высоких государственных постов, то все достижимо. Не на сей раз, так в близком будущем. Не с теперешними вынужденными партнерами, так с будущими искренними союзниками. Не до, так после очередных выборов. Главное - не угождать чужим, не предавать своих и не путать цели со средствами. Кажется, Авигдору Либерману всего этого объяснять не нужно...