Найденные шедевры

Этюды о прекрасном
№45 (551)

Тьеполо. Имя-лозунг, «веха в истории искусства» - как сказал один из ведущих специалистов Джон О’Мелли. И первым, кто имя это прославил, был Джамбаттиста Тьеполо, великий венецианец, подаривший миру сотни своих солнечных, ярких, всегда несущих заряд разума и доброты полотен и фресок.
Сохранилась древняя, запечатленная Джамбаттистой Тьеполо на холсте легенда о живописце Апеллесе, которому Александр Македонский поручил написать портрет своей возлюбленной Кампаспы. Полководец был так восхищен творением Апеллеса, что, взяв картину себе, девушку подарил художнику. А у Тьеполо все, что он создал за полвека творчества, продолжает вызывать пылкое восхищение. Большинство его поэтических, зачастую откровенно декоративных произведений находится в Венеции, а множество фресок украшают венецианские дворцы и храмы. Немало фресок старшего Тьеполо, рядом с которым работал Доменико, его сын, - ученик, а часто и соавтор - в Германии, еще больше – в Испании, где оба Тьеполо жили на протяжении 15 лет. Так кто говорит, что природа непременно отдыхает на детях?
Доменико не менее талантлив и, что очень важно, не менее идееспособен, чем отец. Но долгие годы считался лишь отцовским подмастерьем. Так бы и могла раствориться его известность в огромной славе отца (как случилось это с одаренным сыном Эль Греко), если бы отец не старался говорить постоянно о таланте сына и невозможности работать без него.
Джамбаттиста Тьеполо вместе с Доменико многократно обращался к религиозным сюжетам, но когда после смерти отца в 1770 году сын, уже сорокатрехлетний, вернулся из Испании в родную Венецию, он решил осуществить давнюю свою мечту – создать иллюстрации к Новому Завету. Но пару слов о новой странице в книге жизни Доменико Тьеполо: он великолепно и изобретательно декорировал свою виллу в Цаниго близ Венеции, женился (в 47 – самое время для первого брака), много и плодотворно работал. Был признан как большой самобытный живописец и избран президентом венецианской Академии художеств, кем и был, добросовестнейше исполняя свои обязанности до самой смерти в 1804 г. А надо сказать вам, что тогда, в XVIII веке, именно Венеция всем миром почиталась столицей искусства.
Доменико много и упорно работал, прославился не только как живописец, но главным образом как непревзойденный рисовальщик. Его графика поистине совершенна, а рисунки цикла евангельских притч – шедевры. Шедевры, судьба которых на протяжении почти двух столетий была трагической. Дело в том, что ни один рисунок при жизни художника дом его не покидал, и показаны были эти листы лишь друзьям и почитателям, в мастерскую стареющего Доменико вхожим. Отзывы были восторженными, в чем убедились исследователи, изучая письма и литературу тех лет.
Но вот после смерти мастера большая часть рисунков (остальные были собраны художником в альбом, который сейчас в Лувре) по одному были распроданы с молотка, рассеялись, растворились в собраниях самых разных покупателей, многократно переходили из рук в руки - как серия, как единая коллекция иллюстраций к Новому Завету практически перестали существовать. Их поиск, идентификация, документирование, подробнейшее описание отняли у двух искусствоведов годы. И это был титанический, порой близкий к детективу труд, приравненный к подвигу. И подвиг этот совершили Адельгейд Гилт и Джордж Нокс.
Теперь эти потерянные и найденные сокровища экспонируются в музее Frick Collection. Том самом музее шедевров, о котором мы с вами не раз беседовали и который, как вы наверняка помните, расположен в Манхэттене на углу 5-й авеню и 70-й улицы, в пяти минутах ходьбы от станции метро «68 Street» (поезд 6).
У Доменико Тьеполо три знаменитых цикла рисунков. Это остроумнейшие, изобретательнейшие «Приключения Панчинелло», одного из персонажей популярной и в Италии, и за ее пределами Комедии дель арте; жанровые сценки из жизни Венеции и венецианцев. И самый совершенный, самый серьезный, самый значительный цикл, в который художник вложил и свои знания, и свое мастерство, и свою душу – Новый Завет. Каждая притча им расшифрована, ситуация внутренним взором увидена, прочитана и детальнейше отображена на бумаге. Особом, не страшащемся времени ее сорте, секрет изготовления которого, увы, утерян.
Какие типажи! Какие образы! И особенный, никем не повторенный, неповторимый образ Христа – истинное достоинство, ум, полное бескорыстие и абсолютная жертвенность, убежденность и сила убеждения. К ногам Христа упал и припал римский центурион; Матфей взвешивал золото, когда Иисус сказал: «Следуй за мной», и тот пошел; очень выразительный «Арест Христа в садах Гефсиманских», когда сказал он впервые «Я светоч на земле» - и художник будто дает нам возможность услышать эти слова.
Графика Тьеполо отточена и виртуозна – выполненные пером, углем сангиной рисунки и гравюры. К тому же удивляет, насколько достоверно показаны интерьеры, архитектурные пейзажи, костюмы, лица, позы, характеры. Чего стоят плащ первосвященника, одеяние Пилата, хоромы Ирода, масляный светильник, свисающий с потолка. Для всего этого нужно было быть не только тонко чувствующим, с богатейшим воображением художником, но и историком, и знатоком Библии, и психологом. Каковым и был Доменико.
Вдобавок он мастер композиционных решений: «Вознесение» - Его уже нет, Он вознесся, мы видим лишь облако, в котором проглядывает дивная голова мученика. Какое смятение, какая душевная боль читаются в сжатых, боящихся выронить рыдание губах, в движении подбородка, в полных муки и веры глазах! А «Стенания Богородицы»? Как созвучны трактовке Тьеполо строки Ахматовой:
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый коченел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.
В каждом рисунке - не просто иллюстративный материал к евангельским конкретным притчам, но и общечеловеческая проблематика, драматические ситуации и их разрешение, призыв к добру и милосердию. Как в «Добром самаритянине» - образец бескорыстной помощи ближнему. И везде – дух и приметы эпохи. Той, далекой, на стыке двух эр – это не только великолепная графика, но и дотошнейшее историческое исследование, для нас – буквально учебник.

Чрезвычайно интересно сравнить образный строй Доменико Тьеполо и знаменитейших живописцев проторенессанса, т.е. XIII – первой трети XIV веков. Их удивительные творения сейчас тоже представлены в музее Фрика. Никакого примитивизма, скорее натурализм с акцентом на простые человеческие чувства и у библейских персонажей, и у зрителей, которые остаться равнодушными никак не могут. Это тоже иллюстрации к житиям святых.
Вот интересно выполненная сдвоенная дорожная икона (то, что на Руси называли складнем) неизвестного художника из Умбрии. Вот еще один диптих – «Снятие со креста» и «Успение Богородицы», это снова складень. Пластика отсутствует, но эмоциональности - хоть отбавляй. Автор – Пачино ди Буоногвида. Его же рисунки в книге. И вот что изумляет: пергамент пожелтел, вот-вот рассыплется, а краски живут!
И великий Чимабуэ: «Воцарение Святой Девы». Хоть и одета Богородица не по-царски, но сколько в ней достоинства, воли и скромного обаяния! Знаменитое «Бичевание Христа»: Иисус наг и обессилен, но он возвышается над палачами. И складень Чимабуэ, уже триптих – сцены страстей христовых, а на левой створке Иисус, царь иудейский. Поразительно! И если у Тьеполо Христос – личность, чей высокий разум и всепонимание обнимают мир людей, кому свойственны доброта, милосердие и всепрощение, то у Чимабуэ Он сильный телом и духом Богочеловек, вождь.
Так что, придя в музей, мы получаем двойной урок древней истории и истории искусства. Не пропустите!
Кстати, по воскресеньям с 11 до 1 часа дня - вход по желанию, т.е. можно положить доллар. Что тоже немаловажно.