Судьбы пропавших по-прежнему неизвестны

В мире
№35 (854)

 

Несколько недель назад США и Израиль потрясло сообщение о том, что полиции Нью-Йорка удалось раскрыть тайну исчезновения шестилетнего Эйтана Паза (Паца на американский манер). Сын обосновавшейся в США израильской пары пропал 25 мая 1979 года после того как родители впервые отпустили его одного к школьному автобусу. В школу мальчик не пришел и обратно не вернулся. Полиция тогда сделала все возможное, чтобы найти Эйтана, его портреты были расклеены на всех рекламных щитах Нью-Йорка и отпечатаны на пакетах с молоком, но выяснить, что же случилось с мальчиком, так и не удалось.
 
И вот недавно полиция неожиданно вышла на след убийцы ребенка. На допросе 51-летний Педро Эрнандес рассказал, что 33 года назад заманил Эйтана Паза в магазин, пообещав угостить конфетами, убил его, положил тело в полиэтиленовый мешок и выбросил на помойку.
 
После публикации этого сообщения у родственников десятков пропавших без вести израильтян появилась надежда, что когда-нибудь и им станет известно, какая судьба постигла их близких.
 
Среди множества дел, которые так и не удалось раскрыть израильской полиции, есть два, которые вызывают особую боль, потому что они связаны с детьми и в чем-то напоминают дело Эйтана Паза.
 
Никто в израильской полиции не может и сегодня, спустя много лет, ответить на вопрос о том, куда пропала 10-летняя Саша Брандт и кто убил 11-летнюю Наву Элимелех.
 
 
 
Саша
 
Я, как и многие другие репатрианты начала 90-х годов, до сих пор хорошо помню тот холодный ноябрьский день 1994 года, когда по Израилю разнеслась весть о бесследном исчезновении Саши Брандт, проживавшей с матерью в Рамат-Гане. Многие хорошо знали мать Саши - Светлану. Она приехала вместе с двумя дочерьми и мужем из Украины, но здесь с Брандтами произошло то, что, увы, происходило тогда со многими молодыми парами репатриантов: не выдержав трудностей первых месяцев абсорбции, Светлана и Марк расстались, хотя официально не развелись. Вскоре у Светланы появился новый друг, Геннадий. Он очень хорошо относился к двум ее дочерям, Саше и Юлии. Как и десятки тысяч других олим хадашим тех лет, Светлана и Геннадий работали с утра до позднего вечера, и девочки часто были предоставлены самим себе.
 
Юля была младше Саши на год, сестры учились в параллельных классах и домой возвращались обычно вместе. Но в тот роковой ноябрьский день уроки у Саши уже окончились, а Юлия должна была пойти еще на урок музыки. Саша зашла в класс к сестре, чтобы взять у нее зонтик. Потом Юля говорила, что, возможно, если бы она попросила сестру дождаться конца ее урока, все было бы иначе… Но Саша направилась домой из школы одна, и с тех пор девочку никто не видел.
 
Главные обвинения в произошедшем, по словам друзей этой семьи, Юлия и Светлана Брандт (сегодня их зовут иначе) адресуют израильской полиции. Они уверены: если бы не были в тот период совсем “зелеными” репатриантами из СССР, в полиции к их беде отнеслись иначе. В первые, самые важные часы после исчезновения девочки полиция вообще ничего не предприняла, так что Светлана, Геннадий, Юля и несколько друзей семьи стали искать Сашу самостоятельно. Возможно, Светлане нужно было стукнуть кулаком по столу, устроить скандал, и тогда полиция подключилась бы к поискам ее дочери, задействовала бы служебных собак. Но Светлана, тогда совсем еще молодая женщина, прожив два года в стране, была совершенно растеряна, не знала, к кому и как нужно обращаться и почти не говорила на иврите.
 
Как бы то ни было, полиция начала искать Сашу с… многочасового жесткого допроса ее матери. Обезумевшей от горя женщине сообщили, что она подозревается в том, что задушила дочь, а труп бросила в озеро. Потом у следствия появилась другая версия, по которой за исчезновением стоял отец Саши, Марк Брандт. Дескать, он собирался вернуться в Украину, для начала предварительно похитив дочь и отправив ее в Киев, чтобы отомстить жене за измену. Но в ходе допроса Марка следователи поняли, что эта версия не подтверждается, хотя Светлана и Юлия, похоже, по-прежнему ее не исключают.
 
Как бы то ни было, первые сутки после исчезновения Саши Брандт были упущены. Когда полицейские нашли соседку, утверждавшую, что она видела, как Саша вернулась из школы и о чем-то по-русски разговаривала во дворе дома с тремя молодыми мужчинами, выяснить, кто эти мужчины и были ли они вообще, уже не представлялось возможным.
 
Все свое недовольство работой полиции Светлана Брандт выплеснула в письме, которое через три недели после исчезновения Саши направила тогдашнему начальнику Тель-авивского округа полиции Габи Лесету. “Я не понимаю, неужели только потому, что я - новая репатриантка, у меня нет денег и моя дочь не служит в армии, о ней можно забыть? У меня есть четкое ощущение, что если бы я была миллионершей, полиция отнеслась бы к исчезновению Саши по-другому”, - говорилось в том письме.
 
Тогда было модно обращаться за помощью ко всяким ясновидящим и экстрасенсам, и Светлана Брандт потратила немало денег на этих шарлатанов. Один из них взял у нее 1500 шекелей (огромные деньги по тем временам, особенно для нуждающейся олимовской семьи), пообещав определить по фотографии местонахождение Саши, но в итоге попросту удрал с этими деньгами. Еще один луч надежды появился у семьи, когда Светлане позвонил дальний родственник из Украины и сказал, что хочет приехать в Израиль и “показать ей очень интересную видеокассету”. Но в Израиль этот человек так и не приехал - он внезапно тяжело заболел и скончался на операционном столе.
 
Как сложилась судьба семьи Брандт после исчезновения Саши? Спустя несколько лет Светлана официально развелась с мужем, прошла вместе с Юлей церемонию гиюра и официально вышла замуж за Геннадия. Все трое поменяли свои имена. Геннадий и Светлана стали вести ультраортодоксальный образ жизни, и за прошедшие годы у них родились четыре дочери. Юля Брандт, вопреки протестам матери и Геннадия, прошла службу в армии и сейчас вместе с мужем живет в одном из кибуцев, расположенных южнее Хеврона. Марк Брандт занимается бизнесом и живет на две страны - то в Израиле, то в Украине.
 
Все члены семьи помнят Сашу, постоянно думают о ней, и все произошедшее остается для них незаживающей раной.
 
В полиции, в свою очередь, утверждают, что сделали для прояснения судьбы Саши Брандт все, что могли. Дело это по-прежнему остается открытым и находящимся на особом учете. В 2003 году у полиции появилась надежда пролить свет на судьбу Саши. Тогда арестованный педофил Орен Коридо заявил, что изнасиловал девочку и убил, а тело захоронил в рамат-ганском парке. Однако найти тело в указанном месте не удалось, и Саша Брандт продолжает числиться пропавшей без вести. А значит, ее семья, как до недавнего времени семья Эйтана Паза, продолжает надеяться на то, что она жива.
 
Нава
 
О Наве Элимелех точно известно, что она мертва. Но обстоятельства ее убийства, не говоря уже об установлении личности убийцы, остаются загадкой. И, тем не менее, истории Навы Элимелех и Саши Брандт в чем-то схожи.
 
Нава исчезла в субботу, 20 марта 1982 года. В тот день она отправилась в гости к своей подруге Т. Вместе с сестрой Эфрат они дошли до улицы Ротшильда, одной из главных улиц Бат-Яма, по субботам переполненной народом. Здесь сестры расстались - каждая пошла к своей подруге. Однако спустя минуту Эфрат услышала крик Навы - та звала ее по имени. Девочка обернулась, но на улице было полно народу, и сестры она не увидела. Подумав, что крик ей почудился (возможно, и в самом деле ей все это лишь показалось), она пошла дальше... Так же, как и Юлия Брандт, Эфрат Элимелех все эти годы живет с чувством личной вины за случившееся.
 
Когда выяснилось, что Нава до подружки так и не дошла, начались ее поиски. Вскоре фотография пропавшей девочки была развешена на всех улицах Бат-Яма, к ее поискам подключились десятки добровольцев. Спустя 9 дней, 29 марта 1982 года, истерзанное тело Навы было найдено на пляже Тель-Барух. Чтобы читатель понял, что убийца сотворил с телом девочки, скажем лишь, что родителей не подпустили к телу - им дали опознать дочь через окошко, и несчастный отец, Махлюф Элимелех, опознал ее по сережкам. Примечательно, что дело об убийстве Навы Элимелех до сих пор, спустя 30 лет, остается засекреченным, и допуск к нему крайне ограничен.
 
Ну а тогда, в 1982 году, полиция собрала экстренную пресс-конференцию, на которой заявила, что девочка стала жертвой “настоящего чудовища” и “чудовище это будет найдено, чего бы это ни стоило”. Увы, слова так и остались словами.
 
Поначалу по подозрению в убийстве Навы был арестован житель Яффо, работавший на принадлежащей Махлюфу Элимелеху обувной фабрике. В конторке подозреваемого было найдено фото девочки, однако на допросе в полиции этот человек отрицал все, и никаких других улик, кроме фотоснимка, против него не нашлось. Затем по подозрению в убийстве был арестован житель Джебалии, но и его пришлось вскоре освободить за отсутствием доказательств.
 
В Бат-Яме, да и во всем Гуш-Дане, в те дни царила паника - родители прятали детей от неизвестного маньяка. Но если версия о маньяке была верна, почему (как и в случае с Сашей Брандт, если она тоже стала жертвой маньяка) он не нанес следующий удар? Для маньяков такое поведение нетипично. Тогдашний начальник генштаба Рафаэль Эйтан (Рафуль) был до конца своей жизни убежден, что Нава Элимелех погибла от рук террориста, “сдавшего” таким страшным образом “вступительный экзамен” на прием в террористическую организацию.
 
Рассматривала полиция и версию о том, что Нава Элимелех могла быть убита из мести кем-то из знакомых или родственников ее семьи, но и эта версия был признана несостоятельной: семья Элимелех вела нормативный образ жизни, и врагов у нее не было.
 
Спустя несколько лет, видя, что полицейское расследование окончательно зашло в тупик, семья Элимелех наняла для поисков убийцы одного из лучших частных детективов Израиля Михаэля (Муки) Кригера. Репатриант из Украины, Кригер прошел службу в знаменитом “подразделении 8200” и специализировался на поиске пропавших без вести (позже он был подключен и к поиску Саши Брандт, но и его усилия не принесли особого успеха). Кригер был убежден, что ключом к поиску убийцы является Т., та самая подруга Навы, к которой она шла и до которой так и не дошла. Т., по его убеждению, что-то знает, но скрывает. К тому времени, когда Кригер занялся этим делом, Т. была юной девушкой, увлекавшейся литературой. Договорившись с местной газетой, Кригер обставил дело так, будто Т. получила литературную премию этого издания, и явился к ней домой для ее вручения. При этом детектив поставил в известность полицию, что собирается “разговорить” девушку. В результате в тот самый момент, когда Кригер беседовал с девушкой, в ее квартиру ворвались полицейские и, обвинив Кригера в незаконных действиях, арестовали его. Из полиции детектива выпустили только под расписку, что он никогда больше не будет заниматься делом об убийстве Навы Элимелех.
 
Правда, спустя какое-то время полиция признала, что допустила ошибку, принесла Кригеру извинения и разрешила продолжить расследование. Через полгода Кригер решил подослать к Т. симпатичного юношу с той же целью - чтобы расспросить девушку об обстоятельствах исчезновения ее подруги. Но Т. почувствовала ловушку и уклонилась от знакомства. Кригер и сегодня убежден, что Т. известно то, что неизвестно всем остальным.
 
Родители Навы Элимелех и вся ее многочисленная семья не теряют надежды, что убийца будет найден. Но будет ли?
 
***
 
Признаюсь, обе эти истории вольно или невольно перекликаются с другими загадочными и преступлениями последних лет, например, с убийством Таир Рады в Кацрине или недавним убийством 10-летнего Анаса Сарсура в Кфар-Касеме. Как известно, в последнем преступлении подозревается отец мальчика, но слишком уж много загадочных вопросов связано с убийством мальчика, и у следствия, похоже, пока нет ответа на них.
 
Кто-то когда-то сказал, что все тайное рано или поздно становится явным… Очень хочется верить, что это правда, и так же, как в случае с Эйтаном Пазом, истинный убийца рано или поздно будет найден и предстанет перед судом.    
 
 “Новости недели”