СПЕКТАКЛЬ-БАЛЕТ ИЗ ЖИЗНИ БАЛАНЧИНА

Культура
№43 (653)

“Three Movements” –  так озаглавлен спектакль-балет, который идет  в одном из театральных районов Нью-Йорка на 42-й улице между 8-й и 9-й авеню. В маленьких залах, вмещающих немногим больше 50 человек, выступают театральные труппы, собранные для одного спектакля. “Three Movements” –  это три  части, три периода, три важных события в жизни хореографа  Алексея, взятые из биографии Дж.Баланчина. Одну из жен Баланчина, танцовщицу, красавицу Танакиль Леклерк, полиомиелит приковал к инвалидному креслу, когда балерина находилась на пике своей карьеры. В конце концов Баланчин развелся с ней, чтобы жениться на своей молоденькой «музе» - Сьюзен Фаррелл. Но она предпочла ему молодого танцовщика и хореографа, вышла за него замуж и вынуждена была некоторое время работать в другом театре.
Автор пьесы Мартин Зиммерман использовал эту коллизию из жизни Баланчина для своей пьесы, сохранив все три важных события его биографии. Поставила спектакль Маура Фарвер, танцевальные сцены – хореограф Авишай Шер. Действие происходит в 50-е годы прошлого века.
Репетиции хореографа Алексея (он так же, как и Баланчин, выходец из России) с начинающей танцовщицей Линдсей сменяются сценами в больничной палате. Там лежит после операции его жена Соня (кстати, Соня – это то имя, на которое Алексей заставил свою жену поменять настоящее – Маргарет).  Он уверен, что положение Сони не безнадежно, но она знает, что никогда больше не будет танцевать. И пытается говорить с мужем о себе, о том, как ей нужно его человеческое участие. Но Алексей думает только о том времени, когда Соня сможет выйти на сцену: ему срочно нужна балерина,  которая будет вдохновлять его на новые постановки. Убедившись, что жена танцевать не сможет, Алексей начинает обращать внимание на Линдсей и находит в ней свою новую музу и новую любовь.
Сцены репетиций перемежаются  сценами прошлого (танцами Сони, любовной сценой в грим-уборной), затем объяснениями Алексея и Линдсей. Он уезжает с труппой на гастроли в Россию, откуда привозит бедной Соне подарок - матрешку, причем ужасно бесцветную, как будто вылинявшую. Ну, таковы представления американского режиссера спектакля о том, что можно привезти из России...
В конце концов Алексей объявляет плачущей Соне, что он с ней разводится. Но Линдсей отвергает его любовь и покидает труппу. Словом, все соответствует биографии Баланчина. Автор пьесы хорошо знаком с ней даже в самых мелких деталях. Но меня заинтриговали не ассоциации, а сама затея: поставить пьесу из жизни Баланчина. Баланчин в Америке – персона неприкасаемая. Все, что другим руководителям театров ставится в вину (череда романов с танцовщицами, выдвижение очередной фаворитки на главные роли и т.п.), в истории Баланчина только благоговейно констатируется. И вдруг – такое «святотатство»! На сцене – живой человек, причем не очень симпатичный: глухой к чужим страданиям, навязывающий свою волю  «музам».  Помню, как возмущались некоторые «баланчинские» критики балетом Бориса Эйфмана «Мусагет», где вывел Баланчина и трех его «муз»! А ведь он поставил балет в приподнято-романтическом стиле, причем, прежде всего, о творческих стимулах в работе хореографа, а не о его частной жизни! Спектакль “Three Movements” написан и поставлен в сугубо реалистически-бытовой манере, отношения между героями носят конкретный характер, без романтики, а творческие порывы и идеи Алексея только декларируются.
Очень хорошо играет Соню Мария Портман Келли. Она искренна во всех трагических сценах. Мике Тимоней (хореограф), довольно известный актер театра и кино, на мой взгляд, для этой роли не подходит. Он «простак», личность не очень импозантная. А ведь актер играет человека выдающегося, его гений в любом случае  должен производить впечатление и притягивать сердца. А перед нами – «сосед по квартире»... Молоденькая танцовщица  Эрин Фогарти впервые и вполне успешно выступила в драматической роли.
Автор склонен осудить Алексея. В конце спектакля Алексей выходит к зрителям и повторяет слова, которые уже не раз говорил: одинокий человек, теряющий ясность мысли... Но в спектакле нет назидательных интонаций, и зрителю предлагают делать свои выводы. И спектакль все-таки производит впечатление на зрителя, даже  не знакомого с миром театра: сами драматические коллизии человеческих отношений трогают сердца.